Притворись нашей мамой. Дочери
Шрифт:
Она будто не видит этого, онемела.
Бросаю на Олега вопросительный взгляд. Что вы сделали с Натой? Ее будто подменили! Неужели всё это время вы настраивали ребенка против меня. Хочется верить, что не сказали ей, будто я ее бросила?!
Бывший нагло усмехается.
Набираюсь смелости. Встаю, подхожу к дочери близко.
– Иди ко мне, – зову ее.
Из моих глаз готовы политься слезы. Терплю.
– Дочка, это я – твоя любимая мама, – протягиваю руку, беру хрупкую нежную руку Наты в свою.
Через мгновение моя
С удивлением разглядываю пустую ладонь. Из последних сил сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться.
– Мамочка, – Алёнушка, кладет маленькую теплую ладошку в мою руку. Согревает мое замерзающее сердце.
– Наташа, познакомься, твоя сестренка – Алёна.
– Она мне не сестра! – Ната впервые подает голос.
Становится очень горько, но я улыбаюсь. Назло людям, сумевшим отнять у меня любовь старшей дочери – Олегу, Ольге, Маргарите. Очень больно в груди. Нестерпимо жжёт. Хватаюсь за сердце.
Глава 5
Злата
Конечно, я представляла эту встречу себе по-другому. Думала, дочь бросится мне на шею, как только войду в дом. Вместо этого моя любимая, драгоценная девочка забилась в угол дивана, спряталась за Ольгу. От кого? От меня?
В самых страшных фантазиях не могла представить, что бойкая, веселая Наташенька за два года станет необщительной. На меня смотрит маленький затравленный волчонок.
У меня есть четыре варианта ответа, объясняющие поведение дочери. Приемная мать и родной отец настроили ее против родной матери. Ревнует меня к новой семье. Не доверяет. Обижена на меня из-за «исчезновения». Олег её разбаловал, вселил в нее веру во вседозволенность. Девочке всего семь с половиной, поэтому неправильное воспитание и лживые утверждения спокойно легли пластами на ее неокрепшую психику. Похоже, цементирование пластов в самом разгаре. А это значит, одно, если я заберу доченьку сейчас, то еще смогу всё исправить.
– Полагаю, нам пора расходиться, – Ольга встает, девочки поднимаются за ней.
Вот же дрянь! – швыряю сестре невидимые угольки за шиворот.
– Златонька, – обращается ко мне Демид. – Думаю, нам лучше переехать в ближайший отель.
Нервно кусаю губы, принимая решение. Смотрю вслед удаляющейся спине дочери, принимаю непростое решение.
– Дем, ты езжай в отель, а мы с Алёнчиком останемся здесь.
Надеюсь, в душе, что дочь поможет мне растопить холодное сердце дочери. Неожиданно вспоминаю мульт, любимый мной и дочерями.
Анне удалось растопить заколдованное сердечко любимой старшей сестры Эльзы. Значит, нам тоже удастся!
Дем недовольно щурится, подходит ближе, как только мы остаемся одни. Обнимает крепко, наклоняется к моему лицу:
– Золотой, ты уверена? Может, тебе лучше жить со мной?
– Нет, – утверждаю настырно.
Алёнушка обнимает нас обоих. Нежно касается пальчиками моей руки, заглядывает мне в глаза своими бирюзовыми. Что-то там читает только ей понятное, затем переводит
– Папуля, неужели ты не понимаешь? Мамочка хочет жить здесь! Со мной и Наташей.
От нежного прикосновения пальчиков младшей дочурки и ее добрых слов, мое сердце заходится в бешеном ритме.
Гляжу на малышку с благодарностью.
– Окей…
***
Вижу, что Дем удивлен не меньше моего. Муж делает вид, что целует мое ушко, сам шепчет напоследок:
– С двумя ревнующими дочерями тебе будет бесконечно тяжело. Не забывай, пожалуйста, про нашего малыша! Не нервничай, не реагируй ни на что. Эти матрешки сделают всё, чтобы вывести тебя из себя. Держись, – гладит большой ладонью мой живот.
Целую любимого в щеку с отросшей светлой щетиной.
– Не беспокойся за меня. Я взрослая девочка, а наш дьяволенок мне поможет установить контакт.
Дем поднимает дочь на руки, кружит ее в воздухе. Она громко визжит.
А я чувствую затылком, что за нами следят из-за двери. Резко поворачиваю голову на шорох. Вижу лишь, как мелькают рыжие волосы.
Это могла быть любая из Рыжих, но я надеюсь, что Наташа.
Демид уезжает в гостиницу, мы с дочкой ужинаем одни на большой кухне.
Семья уже поела, и повторять трапезу не намерена, даже ради гостей.
– Странные здесь порядки. Не нам судить! – говорю шепотом.
Алёнка не понимает, о чем я говорю, но согласно кивает.
Моя новая любимая дочка, как же с тобой легко! Что бы я ни сказала, ты меня во всем поддерживаешь. Мамина радость…
Сердце неприятно екает, когда дочка садится ко мне на колени, обнимает меня за шею, целует в глазки.
Мы ведь точно также забрали Алёнушку. Вырвали её из сердца другой параллельной матери.
Что за судьба такая? Параллельные отцы? Параллельные матери?
Зарываюсь пальцами в мягких волосах дочки, прикрываю глаза.
Снова этот шорох. Вскидываюсь. Упираюсь взглядом в щель между дверью и косяком.
Снова мелькают рыжие волосы.
На этот раз я рассмотрела кудряшки.
Сердце набирает обороты. Всё-таки старшая дочь неравнодушна ко мне.
Она меня любит.
Любит?
Любит…
– Пойдём спать. – Встаем, топаем в гостевую комнату на первом этаже, где нас поселили.
Открываем балкон, осматриваемся. Выход на внутренний двор, где раскинулся бассейн и сад. Деревья с цветами рассмотреть не удается в темноте. Но по чудесному запаху могу поклясться, что сад прекрасен.
– Мамуль, расскажи сказку, – просит Алёнка, едва наши уставшие тела прячутся под одеялом.
– Жила бы в Авалоне наследная принцесса эльфийка Элли. Фэйри славилась неавалонской красотой. В отличие от белокурых сестер у нее были рыжие кудри и карие глаза. Эльфийка была очень богата, первая наследница Авалона! Её любили, боготворили, но пришла война, и рыжую красавицу захватил в плен король драконов Драко…