Притворись моим

Макей Марика

Эддисон набрала в легкие как можно больше воздуха, чтобы сказать все, что так долго рвалось наружу на одном дыхании. Но у Лиама зазвонил телефон.

– Да, Вики? Да, уже бегу.

Лиам отодвинулся от Эддисон и посмотрел на экран телефона, проверяя время.

– Нет, ничего не произошло, я скоро буду, – торопливо заверил он. Лиам вдруг виновато взглянул на Эддисон, отвернулся и еле слышно прошептал: – И я тебя люблю. Скоро увидимся.

«И я тебя люблю»…

Эддисон думала, что новость о том, что у Лиама есть девушка, будет самым сильным ударом. Но как же она ошибалась…

* * *

Помещение

клуба «Сыр» было небольшим, но обустроенным всем необходимым. Комната шестнадцать на двадцать четыре фута вмещала в себя длинный стол, расположенный прямо посередине, стулья, раставленные вокруг него, и деревянные стеллажи, на которых умещалось все необходимое оборудование. На стенах висели снимки всех участников фотокружка, которые когда-то учились в школе. За годы существования «Сыра» фотографий стало так много, что они перестали помещаться на стену. Ученики лепили их уже друг на друга, и перед выпускным Эддисон и ее команда тоже планировали пополнить эту коллекцию. Но самым главным достоянием «Сыра» являлась проявочная. Там происходило настоящее волшебство. Эддисон была из тех, кто всегда пользовался двумя камерами: цифровой и пленочной. И если цифровые снимки она легко могла сделать достоянием общественности, то пленку проявляла исключительно в одиночестве. И никто, даже Лиам, никогда не видел этих работ.

Клеменсия Кэрроу энергично рассказывала о предстоящем фотопроекте в приюте для домашних животных. Примерно на втором предложении ее тирады Эддисон перестала слушать. Она погрузилась в собственные мысли. В голове снова и снова звучали слова Лиама: «И я тебя люблю…».

– Эддисон! Эддисон Смит!

Эддисон нехотя вынырнула из глубин сознания. Ребята из фотокружка пристально смотрели на нее и чего-то ждали.

– Где ты витаешь, Эддисон? – деловито спросила Клеменсия. – Расскажешь нам о своем фотопроекте?

– Да зачем ты спрашиваешь? Наверняка она опять станет снимать людей исподтишка.

Джек Грин самодовольно ухмыльнулся. Близнецы Картер, Аллен и Шон, дружно захихикали.

– Это называется стрит-съемка, олухи, – Эддисон показала всем язык.

Так уж у них в фотокружке было заведено: все пытались язвительно задеть друг друга и обойти в любых начинаниях. Но Эддисон никогда не давала себя в обиду.

– В чем смысл постоянно делать одно и то же?

– В том, что мне это нравится, Клеменсия. Слава богу, у нас здесь есть право выбора. Иначе не было бы смысла в нашем клубе.

– Ну ладно, – сдалась та, как делала это уже десятки раз. – Ну а вы, Картеры? Чем займетесь?

Близнецы пожали плечами. В отличие от других членов клуба, эти двое здесь просто просиживали штаны. Они не любили фотографировать, но членство в «Сыре» нужно было им из-за отметки в рекомендательных письмах для поступления в колледж. Правда, как-то раз они устроили телефонную съемку на городской свалке и отправили материалы в местную газету. Привлекли внимание общественности к отсутствию переработки мусора, ответственных за бардак наказали, а вопрос отходов решили. Только за это все в фотокружке и уважали близнецов, закрывая глаза на некоторые их… особенности.

– Шон предложил посетить развалины бывшей психиатрической больницы. Я с ним согласен, –

ответил Аллен.

– Будет интересно, – кивнул Шон.

– Опять будете снимать на телефоны? – вздохнула Клеменсия. – Ну что ж, ладно. Вы же у нас герои.

Эддисон улыбнулась. Хотя она и не общалась тесно ни с одним из ребят, но все равно могла сказать, что они ей нравились. С ними она чувствовала себя в кругу единомышленников, умиротворенно и уютно.

Клеменсия стала дальше расспрашивать всех об их проектах. Бразды правления клубом она взяла ещё с момента выпуска из школы ее предшественника. Эддисон не волновали организационные вопросы, она больше интересовалась творчеством. Многие, скорее всего, думали так же, поэтому кандидатура Клеменсии была единственной. Но всех это устраивало. Даже с учетом того, что Клеменсия любила командовать, делала она это только для вида.

Собрание закончилось через полчаса. Эддисон любила пятничные собрания, когда они проходили уже после уроков. Казалось, что она не просто так тратит бесценное свободное время, а с пользой. Своим проектом она решила заняться на следующий день. Чтобы не делать все второпях но и не откладывать на «потом». К тому же они с Ноем собирались идти на вечеринку к Заку Миллеру. «Что б тебя, Ной Кинг! – подумала Эддисон, заходя в туалет. – Умудрилась же я тогда накинуться с поцелуями именно на тебя!».

Эддисон стояла у раковины и мыла руки, когда заметила двух девушек, которые странно смотрели на нее. Эддисон старалась не обращать на них внимания, пока стряхивала капли воды в раковину и сушила руки под феном. Но как только она собралась выйти из туалета, девушки преградили ей путь.

– Это ведь ты та самая Смит? – недовольно спросила одна из них, высокая брюнетка с пирсингом в губе, рассматривая Эддисон с ног до головы.

– Какая «та самая»?

– Не прикидывайся овцой! – фыркнула вторая, блондинка с отросшими корнями и черной подводкой вокруг глаз. Эддисон вспомнила, что когда-то эта самая блондинка прославилась на всю школу из-за секса со старшеклассником на трибуне стадиона. – Ты вешаешься на Ноя! Ваши вчерашние выкрутасы полшколы видело!

Эддисон машинально усмехнулась от такого заявления. Девушки взглянули друг на друга, неприятно поморщившись, затем снова посмотрели на Эддисон и сложили руки на груди.

– Вы что, какие-то его фанатки? Серьезно?

– Ты че несешь, коза?! – зарычала блондинка. – Эмили вообще-то его бывшая девушка!

– Ну раз бывшая, тогда в чем проблема?

На такое логичное замечание разъяренные девушки ничего не смогли возразить, но отступать они не собирались. Эддисон попыталась выйти, но ей снова преградили путь.

– Далеко собралась? Я еще не договорила.

– Ну, хорошо. Я тебя слушаю, – Эддисон внимательно посмотрела на Эмили.

От спокойной интонации Эддисон Эмили ненадолго растерялась, но под взглядом более бойкой подруги все же сказала:

– Не смей приближаться к Ною. То, что мы расстались… это ненадолго, ясно? Он просто запутался. Не мешай ему вернуть наши отношения.

– А он правда этого хочет? – не сдержалась Эддисон. – Что-то мне подсказывает, что он не очень-то страдает от вашего разрыва… Насильно мил не будешь, Эмили.