Присвоенная Драконом
Шрифт:
– В общем, если у вас возникнут проблемы с прочтением древних книг или манускриптов, то попросите Нессу – она поможет. Так ведь дорогая?
Я дергано кивнула. Потом кашлянула и выдавила из себя надрывное:
– С удовольствием.
На самом деле никакого удовольствия, только зашкаливающее чувство опасности. Я уже жалела, что мама рассказала про второй дар. Как-то уж слишком заинтересованно после этой новости блеснули глаза саорца.
– Какие-нибудь еще способности? – спросил он, заставляя меня внутренне содрогнуться.
Точно что-то
– У девочек из Май-Броха открывается только два дара, – с легким сожалением произнесла мама, – увы.
– Мам, – Дарина тут же надула губы, – у меня вообще ни одного. И мне вообще-то обидно!
– Прости дорогая.
Пропустив мимо ушей болтовню матери с сестрой, Кириан хмыкнул:
– Занятно.
Я не понимала, что его так развеселило, но облегченно выдохнула, когда гость переключил свое внимание на другую тему.
От волнения аппетит напрочь пропал и все, что я могла – это сидеть, словно неживая кукла, и ковыряться в тарелке.
– Несс, хватит уродовать пирожное, – прошептала Дарина.
Я посмотрела на нее и снова не заметила ничего плохого. Румяная, веселая с сияющими глазами… Но это ведь все неправда, да? Ненастоящее? Счастье это, хлещущее через край, неуемная энергия, слишком громкий смех. Это все неправда.
В груди сжалось от тревоги.
Что же с тобой такое, Дариш? В какую передрягу ты попала?
Я понятия не имела, что все это значило, но в одном была уверена – сестре нужна помощь.
Решив еще раз убедиться, что мне не показалось, что это не бред, вызванный усталостью после долгой дороги, я взглянула на Шайриса, как раз рассказывающего очередную веселую историю, и натянуто улыбнулась. Всеми силами изображая интерес слушателя, я пыталась зацепить боковым взглядом сестру… но зацепила Кириана, сидевшего с другой стороны.
В этот момент его глаза изменились – стали ярко-оранжевыми, будто в них плясало бешеное пламя.
И этого никто не заметил. Никто! Ни мама, которая смеялась до слез, изящно прикрывая рот ладонью, ни суровый отец. Про сестру и речи не шло – она все так же слишком надрывно веселилась и с упорством влюбленной кошки льнула к своему мужу.
Только я одна видела то, что Кириан прятал от всех остальных за непроницаемой маской. Видела его настоящего.
Я понятия не имела, что все это значит, но одно знала наверняка – жизненно важно не показать гостям, что я чего-то вижу. Нельзя. Табу!
Поэтому несмотря на то, что от ужаса сковывало внутренности, я продолжала смотреть на Шайриса и даже смеялась над очередной шуткой.
Как угодно, надо держаться, но ни словом, ни взглядом не выдавать себя…
***
Я и держалась. Из последних сил, борясь с паникой и собственным криком, засевшим где-то глубоко внутри.
С одной стороны – изнеможденная сестра, пытающаяся что-то мне сказать, с другой – тот, кто пугал до дрожи.
Он наблюдал за мной. С ленивой усмешкой, не скрываясь, подмечая каждую деталь. Мы даже перекинулись парой фраз, и каждый раз я старательно отыгрывала роль
Слишком страшно, чтобы было правдой. Может, это сон?
Кое-как мне удалось досидеть до конца ужина, а потом, когда все собрались на террасу, чтобы продолжить общение на свежем воздухе, я сбежала к себе в комнату, сославшись на головную боль.
– Милая, с тобой все в порядке? – обеспокоенно спросила мама.
– Кажется, я переоценила свои силы, после долгой дороги. Хочу спать.
– Так рано? – изумилась сестра, – мы же только начали! Смотри, как весело!
Да уж, весело…
Настолько, что мороз по коже. Словно меня закинули в клетку к зверю, и он неспешно кружил вокруг, выбирая удобный момент для нападения.
Шайрис, притягивая к себе жену. Она не сопротивлялась, наоборот тянулась к нему так, будто в ее жизни не было ничего важнее этих объятий.– Кажется, наши рассказы утомили Ванессу, – усмехнулся
– Нет, что вы… Было очень интересно, но почти две недели в пути сделали свое дело. Обещаю, к нашей следующей встрече я буду бодра и полна сил.
Я надеялась, что эта встреча состоится нескоро, и я успею разобраться с тем, что видела, решу как себя вести и что делать дальше, но к сожалению голос подал отец:
– Иди отдыхай, Несс. Но к завтрашнему дню будь готова. Нас всех пригласили к Вилсонам.
– Всех? – тихо переспросила я.
– Всех, – радостно ответила Дарина вместо отца.
– Я поняла… постараюсь.
Вместо радости от того, что увижу подруг детства, я испытала лишь горечь разочарования. О какой радости речь, если ОН будет рядом? Одна надежда на то, что гостей соберется много, и на меня никто не станет обращать лишнего внимания.
Распрощавшись со всеми, я покинула гостиную.
Сил хватило лишь на то, чтобы достойно удалиться – с прямой спиной, гордо поднятой головой и мягкой улыбкой на губах. Но стоило только выйти в холл, как выдержка закончилась. Подхватив длинный подол, я бросилась бежать, взлетела по лестнице на второй этаж, ураганом пронеслась по коридору, и только оказавшись в своей комнате, за закрытой дверью, смогла сделать вдох. Судорожный и такой громкий, что я поспешно зажала себе рот, испугавшись, что внизу услышат.
Вдруг у этого огненноглазого и слух как у зверя?
Воровато оглядываясь, я отошла от двери и присела на кровать. После того страха, что натерпелась внизу – ноги отказывались держать. В ушах гремело, в груди – гудело, и вообще казалось, что вот-вот и упаду в обморок.
Самое страшное, что не к кому было обратиться за помощью. В Калирии не осталось Видящих кроме меня. Мама, папа – ничего не замечали, в самой Дарине я теперь была не уверена. Такое чувство, будто ее оболочка жила отдельной жизнью, скрывая то, что творилось внутри.
К кому идти? К соседям? К друзьям? Так они тоже ничего не увидят! Никто не увидит… И не поверит.