Пришлый. Дилогия

Платонов Андрей Николаевич

После этой схватки у меня появилось то, чего так не хватало в жизни прошлой. Чего не было до этого момента никогда. У меня появилась цель. Цель банальная, но ради нее на протяжении всей истории человечества пролилось немало крови. И я тоже собирался идти к ней отнюдь не бескровным методом. Эта цель - месть. Тот, кто стрелял мне в спину и чуть не угробил, должен ответить. Он ответит за все. Со своей новой силой я никому не собираюсь прощать обид.

Мне хотелось догнать и разорвать разбежавшихся мерзавцев на части. Но среди моих многочисленных талантов, к сожалению, не было таланта

следопыта. Ну что ж, придется пойти долгим путем, уверен, в городе наверняка найду информацию про этих бандитов и рано или поздно выйду на них самих. А тогда уж пусть они молятся всем своим богам, ибо жалеть я их не собираюсь.

Я шел и днем и ночью, делая привалы только на еду. Для сна мне теперь нужно не более трех часов в сутки. Мне надо попасть в город раньше моих врагов, чтоб осмотреться и разработать план действий. И сил для этого я не жалел. Подобная устремленность и мстительность мне самому казалась странной, особенно днем. Несколько раз я хотел все бросить и идти в другое место. Но стоило ль опуститься тьме, как жажда мести вспыхивала с новой силой.

На исходе третьего дня я, наконец, увидел город. Он был огорожен деревянной стеной метров пять в высоту, вокруг которой расположилось множество домиков. А недалеко от ворот виднелся внегородской рынок. Что ж, надо вливаться в суету этого мира, а лучше всего это можно сделать именно на рынке.

– Соленья! Соленья! Соленья!

– Варенье! Варенье! Варенье!

– Ножи столовые! Кому ножи!

– Ткань! Отличная ткань!

Я брел по рынку в поисках подходящего собеседника. Мне надо выяснить, как можно больше об устройстве города, при этом как можно меньше засветившись. В деревне, в которой прошли мои первые полгода в этом мире, если кто и ходил в город, то дальше этого рынка уходил редко. Ибо вход в город стоил десять медных ноготков (серебряные монетки, размером с ноготь большого пальца среднего человека), а крестьяне народ рачительный и бережливый.

– Бабуль! Почем яблоки?
– решился я разговорить одну из старушек, торгующую с самого края.

– Медный ноготь штука, милок.

– Дай-ка парочку.

– Да ты бери больше. Эвон, какой тощий.

– Да не могу я больше, бабуль, на дороге вон бандюганы меня обокрали, только пару монет за подкладку и завалилось, - сказал я жалостливым голосом.

– Ох уж мне эти грабители, совсем от них проходу не стало, - всплеснула руками бабулька, - второй год уже на рынок идти всем миром приходится.

– А стража городская? Почему их не изловит?

– Да кто ж его знает, милок? Облавы на них не раз устраивали, да все никак поймать супостатов не могут.

– А в городе ты, бабуш, была?

– Отчего же не быть? Сынок у меня там живет. К нему иногда вот в гости и наведываюсь.

– Ну а в городе чего ж своими яблоками не торгуешь?

– Да ты что? Совсем чтоль темный?
– возмутилась бабка.
– В городе за место столько ноготков отсыпать придется, сколько я и за месяц торговли яблоками не зарабатываю.

– Темный я, бабуль, совсем темный. Вот из деревни своей первый раз вышел за всю жизнь, решил город посмотреть, себя показать. Думал вот на рынке в городе, может, что для хозяйства

полезного прикупить.

– Да в городе, на рынке-то все в три дорого продают. Ежели что для крестьянских нужд надобно лучше здесь походи, посмотри. А на городском рынке только знать закупается. Там дороже все, да и товару крестьянского нет совсем.

– Бабуль, знать - это кто? Не подскажешь? Как самых знатных называть? А как не очень знатных? И кто самый знатный вообще?

– Не, ну неужто есть настолько темные люди?
– удивилась бабка.
– Знать всю, называть господами положено. Они и сами друг к другу господин, да господин говорят. А самый знатный тот, у кого ноготков больше всех. Чем больше у тебя ноготков, тем, значится, ты и знатнее.

– Бабуль, а как же узнать много у человека ноготков или нет их совсем?

– Ох! И темнота ты, милок. Так у кого больше ноготков, у того и одежда дороже, и драгоценности, опять же, и челяди больше, и охрана лучше. Ну вот, разве же обыкновенный купчина сможет себе нанять охранника из братства меча? Если ему в месяц по золотому ногтю платить надобно.

– Что-то я не пойму, а кто городом управляет?

– А что тут непонятного? У кого домов, да артелей с лавками больше в этом городе, тот им и управляет.

– И что же, бедных в городе совсем чтоль нет?

– Отчего же нет? Полно там и бедных. Господа они же только в центре живут. А остальное все беднота, да голытьба. Только появляться там пришлым я бы не советовала. Кажный день там кого-нить грабють да режуть. Народишко там жаднющий до денег живеть, а работать не хотящий. А пришлый для них - это же как голая баба в мужской тюрьме, - рассмеялась собственному сравнению бабуля.
– А стража-то только в центре города и ходить, на окраины и носа не кажет.

– А не подскажешь, бабуль, какую-нибудь гостиницу не шибко дорогую в городе. Сын, может, говорил о какой?

– Есть там одна, на окраине центральной части города - "Дом крестьянина" называется. Если кто из окрестных деревень в город заходит, так там и останавливаются - серебряный ноготок в день с едой выходит.

– Спасибо бабуль, - попрощался я, направляясь к воротам. В голове начал созревать план поиска моих недругов.

– Пусть тебе помогают твои боги, милок, а чужие не трогают, - прошмакала мне в след старушка.

Глава 3

Я шел по мощеной мостовой и усердно крутил головой, осматривая незнакомый город: по краям стояло множество торговых лавок и каких-то мастерских - судя по всему, я двигался по центральной улице. На некоторых зданиях виднелись таблички с надписями. Возможно, это были названия улиц и номера домов, к сожалению, читать на местном языке я еще не научился. Иногда попадался патруль стражи. Патруль состоял из трех человек: два мечника и арбалетчик. Вообще вокруг ходило много людей, похоже, многие из них просто гуляли, а, может, вышли прикупить что-нибудь в торговых лавках. Здания стоят настолько плотно друг к другу, что просвета между ними не видно. Но вот, неожиданно дома вдоль улицы закончились, и я оказался в полном деревьев парке. Пройдя по нему метров двести, вышел к арке, у которой клевали носом два стражника.