Пришлая
Шрифт:
— Знаешь, о лесном народе тоже уйма слухов ходит, — потеряла самообладание я, намекая на рассказанную не так давно Шараром историю. — Мол, вы создания природы и что-то там о двуобличьи…
Окара нахохлилась, с недоумением глядя то на лесного, то на меня.
Дион сощурился. По его лицу на долю секунды скользнула тень. Он поднялся на ноги, и его зеленовласая макушка исчезла в переплетении ветвей.
— Ребята, ну не ссорьтесь, — с отчаянием в глазах простонала Ума. — Дион, сядь.
— То есть, — с угрожающими нотками в голосе начал он,
Ассаро, похоже, уже заметил волнения за нашим столом и теперь пристально наблюдал издали. По сторонам я головой не вертела, но готова об заклад биться, Шарар тоже не спускает с нас глаз.
— Разумеется, буду, — просто отозвалась я. — Мы говорили об этом, Дион, и не раз. Ассаро не причинит мне вреда. Я это знаю. И ты это знаешь. Просто сейчас у тебя дрянное настроение и ты злишься, — попыталась сгладить острые углы я. — Да и выбор-то у меня невелик. Не забывай, мне нужно попасть в Нур-Асера, — понизила я голос. — Так что прекрати агонию. Ассаро поможет мне, а я ему. И это не обсуждается.
Я с невозмутимым видом принялась за завтрак, но внутри все клокотало от гнева. Того и гляди дым из ушей повалит.
«Неужели Дион не понимает, как важно для меня сейчас держаться Ассаро? — так резко опустила я стакан на стол, что часть питья расплескалась. — После учебного семестра я могу уплыть вместе с ним отсюда. Он обеспечит мне защиту в пути, и нужно быть умалишенной, чтобы отказаться от такого, пусть временами и своенравного, но все же подарка судьбы».
— Дион, сядь пожалуйста, — тем временем продолжала увещевать лесного Ума, но нимфа уже составил тарелки с недоеденным салатом на поднос. — Доешь! Ну чего с тобой?
— Извините, — с каменным лицом вышел из-за стола парень. — Я сыт.
— Дион!
Окара вскочила следом, но едва заметила, как Калеб, бросив завтрак, тоже привстал, не сводя с нее глаз, со вздохом плюхнулась на место.
— Продыху мне не дает, — косясь на брата, тихонько пожаловалась она и принялась вяло ковыряться в тарелке с кашей. — Поскорее бы он учебу закончил. Сил уже нет.
— Соберитесь, Елизавета, — сердито вымолвил Гакэру Авар, прохаживающийся меж рядов. С недавних пор занятия по предметной магии проходили в замке, в обычной аудитории, ведь пришло время теоретического материала, а писать лекции по зачарованию, сидя на тренировочных матах, крайне неудобно. — Это знак силы. Зачем он в руне исцеления?
Но собраться я никак не могла. То и дело поглядывала на Диона, корпевшего неподалеку над своим заданием. Мы впервые так серьезно повздорили, не говорили толком уже довольно долгое время, и это было неприятно.
Да и гори оно все синим пламенем! Я даже была готова, наплевав на гордость, подойти первой и объявить перемирие, но, казалось, будто Дион намеренно сторонится не только меня, но и всех студентов, не исключая даже Окару. Отыскать его едва только
— Простите, профессор, — спешно затирала я ластиком начерченные карандашом символы. — Сейчас все исправлю.
Хорошо еще, что вырезать не начала, ведь Ума в ту же секунду ойкнула, испуганно уставившись на рогатого Авара. Рука у нее дрогнула и вместо положенного знака на черенке посоха теперь красовалась закорючка, больше напоминающая осьминога.
— Мисс Валетти, ну что же вы, — Авар со вздохом склонился над посохом, пытаясь сообразить, как же можно это безобразие теперь исправить.
После занятий, когда добрая половина студентов сумела-таки зачаровать свои палки-посохи и даже призвала руну, связанную с ним, я тут же рванула вслед за Дионом, но внезапно возникшая на пороге профессор иллюзий госпожа Эстрель меня остановила.
— Елизавета, не поможете мне? У старшекурсников сегодня здесь практика, — зачем-то пояснила она.
Я остановилась, вежливо улыбаясь. Мирона мне нравилась. Похоже, и она ко мне неприязни не испытывала.
— Как успехи в учебе? — дружелюбно поинтересовалась женщина, раскладывая на столах рабочий инвентарь, который до этого парил перед ней в большом плетеном коробе. Я ринулась на помощь.
— Неплохо, профессор. Прогресс есть.
— Я заметила, что вы работаете увереннее, — качнула серебристой головой эльфийка. — Рада, что вы с Ассаро нашли силы сотрудничать. Он прилежный ученик. Да и юному принцу полезно научиться работать в команде.
— Наверное, — согласилась я, вновь вспомнив, что камнем преткновения в нашей с Дионом дружбе стал именно мой нынешний наставник. — Ассаро здорово помогает мне.
— А вы ему, — засмеялась эльфийка. — Полагаю, это вы исцелили господина Вер Истер. Его кожа выглядит почти безупречно!
Я смущенно заморгала, не понимая, вопрос это или утверждение.
— Не беспокойтесь, — окинула меня многозначительным взглядом женщина. — Раз это тайна, я не стану передавать ее огласке.
Удивительно, но госпожа Эстрель всегда вела себя сдержанно, но сегодня она выглядела словно бы возбужденной. Впрочем, как и во все дни после нашего с Окарой неудавшегося побега.
— Похоже, нам очень повезло, что вы появились на Авэль, — уставилась она на меня.
— Скорее это мне повезло оказаться здесь, — покачала я головой.
— Не могу не согласиться, — вздохнула профессор, взволнованно теребя рукав серебристой накидки. — Что ж, похоже, вы можете быть свободны, — обвела она печальным взглядом аудиторию. — Благодарю за помощь.
Я покорно направилась к выходу, но внутренний толчок вдруг засавил меня вернуться.
— Профессор, — отважилась я задать вопрос, — а вы ведь тоже родом из Федерации?
Мирона со вздохом присела на краешек преподавательского стола. Но этот вздох был скорее приурочен к нахлынувшим на женщину воспоминаниям, а не недовольством, как у Ривела, например.