Приручитель 3
Шрифт:
Германцы здорово разозлились из-за убийства посла, уничтожения шагохода и истребления миротворцев. Британцев обидела смерть сенатора и открытое сотрудничество с Австралией, Оливию единственную из послов крупных держав пригласили на коронацию Артура. Плюс приручитель подозревал, что обиженный Гамильтон подлил масла в огонь. Обложки английских и немецких газет пестрели передовицами о кровавом тиране, узурпировавшем трон у такого хорошего Алексея. Радовало только, что французы ограничились скупыми поздравлениями и теперь хранили молчание.
– Боюсь, у
– Скорее всего, он предложит отправить небольшой отряд талантливых офицеров и отрубить змее голову, – усмехнулся Артур, покачав головой. – Вы не понимаете очевидных вещей. Мы должны послать переговорщиков, а не убийц.
– Вести переговоры с мятежниками? – ошарашенно воскликнул Голиков. – С грязными крестьянами?!
– С моими верными подданными, попавшими в тяжелое положение! – Артур ударил кулаком по столу, не давая себя прервать. – Я забочусь обо всех, не только о дворянстве и военных! И то, что они ниже вас по положению, не повод смешивать их с грязью! Именно крестьянский труд кормит всю Россию! Вы меня поняли, князь?
– Да, ваше величество, простите, я… – Мужчина заметно побледнел, он еще ни разу не видел приручителя в гневе. Даже при штурме императорского дворца Артуром владел боевой азарт.
– Предложите их лидерам переговоры. Во главе делегации должен быть кто-то из низов, не потомственный дворянин, а добившийся всего упорным трудом простолюдин. Откройте закрома, пусть на южные территории двинутся обозы, груженные зерном, мясом и вином. Кто добровольно сложит оружие, получит амнистию, первые присягнувшие на верность займут руководящие должности. Если найдется кто-то достойный, поменяем и губернатора.
– Но… – все же осмелился возразить Голиков. Мысль сместить губернатора в пользу крестьянина показалась ему кощунственной.
– Никаких «но»! Он не справился с оказанным доверием! – распалялся Артур. Любитель стратегий «пароходов» не терпел некомпетентности. – На его территории вспыхнул мятеж, причем по причине того, что людей лишили дома и семей! Почему мы должны решать эту проблему в его пользу? По нему виселица плачет!
– Я немедленно займусь…
– Ждите до конца совещания. Как я сказал, нерешенных вопросов у нас три, – жестко отрезал император с молчаливого одобрения Лучезарной. – Граф, я жду вашего доклада как генерала инфантерии.
– Со стороны армии бунты исключены, – важно ответил Комаровский, подкручивая ус и стараясь не ерзать. Артур был против курения во время работы, приходилось терпеть без любимой трубки. – Но из-за смерти Константина и последовавшей смуты наше наступление фактически остановилось, а османы сразу попробовали перейти в контратаку, безуспешно по итогу. Согласно докладу разведки, они усиленно набирают рекрутов с вассальных территорий и собирают силы для нового удара.
– Возможен ли белый мир? – Артуру совсем не улыбалось жертвовать жизнями солдат в навязанной османами войне.
– Они могут согласиться после нанесенных им поражений, особенно после крымского побоища, –
– А как перечисленные вами сословия и народ в целом реагирует на войну? – Приручитель как никто понимал, насколько важна поддержка населения. Он не собирался повторять ошибок последнего императора России в его мире.
– Поддержка высокая, постоянно присылают пожертвования на армию. Правда, не все они доходят до нас… С вашего позволения, я бы направил Блохина на расследование, развелось всякой аферной швали.
– Хорошая мысль, он как раз должен был закончить чистку, пусть жандармерия займется своими непосредственными обязанностями. – Артур подавил вздох. Он не стал спрашивать о «брате» – если бы появилась какая-то информация, ему бы сразу доложили. – Вечером представите мне свои соображения по войне с османами и планы на случай образования враждебной коалиции.
– Если британцы, германцы и французы и впрямь присоединятся к османам, нам придется туго. – Комаровский нахмурился, с неохотой произнеся следующие слова: – Не хочу говорить плохое о вашем покойном батюшке, но Константин почти не занимался внешней политикой. Дипломатический корпус состоит из импотентов, и у нас нет сильных союзников! Всякие микроскопические княжества не в счет!
– Прям классическая ситуация. – Артур побарабанил пальцами по столу. Он уже несколько дней изучал мировую карту, раздумывая над местной геополитикой, которая, в общем-то, не шибко отличалась от его собственного мира. – Хорошо хоть Австралия за нас.
– Это, разумеется, главный сдерживающий фактор, – осторожно вклинился Голиков. – Ваше величество, нам кровь из носу нужен официальный союзный договор с ними.
– Сегодня как раз встречаюсь с Оливией. – Артур обвел взглядом своих немногочисленных доверенных советников и махнул рукой. – Работайте, господа.
– Ваше величество, вы забыли спросить о «Гранатовом охотнике», – с непривычным почтением в голосе напомнила доселе молчавшая Хетем.
– Точно! Кто-нибудь слышал о таком названии? Скорее всего, это корабль.
– Разумеется. – Комаровский недоуменно пожал плечами. – Хоть Минск и считается глушью, до нас доходят все мировые газеты. Я читал о нем в статье.
– Граф, не испытывайте мое терпение, говорите по существу, – попросил Артур. Его раздражала эта аристократическая манера рассусоливать ненужные детали, избегая основной темы. Вероятно, так они убивали время в мире без интернета и телевидения.
– «Гранатовый охотник» – флагман первого флота Австралийской империи. Ваша Оливия именно на нем разбила непобедимую армаду и экспедиционный корпус адмирала Нельсона, об этой великой победе на протяжении месяца писали во всех газетах. – Комаровский как-то странно посмотрел на Артура и неуклюже поклонился. – Если позволите, мне пора готовить доклад.