Природа зверя
Шрифт:
– Это может означать, что Лорана, возможно, убили где-то в другом месте и сбросили в овраг.
Ал открыл рот, и слово готово было сорваться с его губ. Может быть, «зачем». Или «что». Но он так и не проронил ни звука. И Гамаш увидел, как отец Лорана закрыл свой дом, собрал все пожитки и переехал. В тот другой мир. В котором совершают преступления. В котором убивают девятилетних мальчиков.
Арман Гамаш был перевозчиком, паромщиком, доставившим Ала в тот жестокий мир.
А для тех, кто попал туда,
– Вы говорите – палка? – Голос Жана Ги в телефонной трубке сорвался на пронзительный крик.
– Oui, – ответил Гамаш.
Он стоял в своей гостиной и смотрел через окно на деревенский луг. Там были Клара и Мирна – сидели на скамье, болтали с месье Беливо.
– Вы хотите, чтобы я пришел к старшему инспектору Лакост и сказал, что мы должны заново открыть дело о смерти Лорана Лепажа, расследование, которое мы проводили только из уважения к вам, и все из-за пропажи какой-то палки?
– Oui.
Арман Гамаш понимал, какие чувства должен был испытывать Лоран, стараясь убедить людей, что видел монстра. Гамаш еще не видел монстра, но знал: он где-то здесь. Нужно было только убедить в этом других.
– Я понимаю, каким смешным это может показаться, Жан Ги.
– Не думаю, что вы понимаете, patron, иначе никогда бы такого не сказали.
– Прошу тебя, сделай это.
– Но что мы должны делать? Мы уже закончили расследование. Установили, что произошел несчастный случай.
– Не несчастный случай, – произнес Гамаш осипшим голосом. – И дело не только в палке. Мы были вчера днем на том месте, искали палку, но меня поразило кое-что еще. То, как лежало тело. Если ты допустишь, как допускаем и мы, что он ехал на велосипеде вниз по склону и попал колесом в выбоину, то наверняка полетел головой вперед. Верно?
– Так оно и случилось. Он ударился головой. Простите, шеф, но к чему вы клоните?
– Он лежал головой не в том направлении, Жан Ги. Ваши же фотографии подтверждают это.
– Что?
Гамаш услышал, как засуетился Жан Ги, застучал пальцами по клавиатуре, открывая папку с фотографиями.
Затем наступила пауза.
– Господи Исусе… – выдохнул Жан Ги. – Вы уверены?
– Если ты съездишь на то место, то сразу же увидишь: Лоран не мог двигаться вниз по склону холма, когда упал.
– А в другом направлении?
– Там плоско. Колесо могло попасть в выбоину или на камень, но он в худшем случае ободрал бы себе коленку или сломал руку. Но улететь так далеко он бы не смог.
– Черт, вы, вероятно, нащупали кое-что. Но как быть дальше?
– Если Лорана убили, то убийца совершил серьезную ошибку. Он переместил тело, но оставил палку. Когда мы найдем палку, то будем знать место, где убили Лорана.
– И будем знать, кто его убил, – сказал Бовуар. – Но если все так и обстоит, как
Гамаш посмотрел в окно поверх деревенского луга, поверх старых домов. На лес. На чащу. Сотни квадратных миль леса вокруг деревни. На земле миллионы палок.
Но Лорану было девять лет, а мальчишки такого возраста даже на велосипеде не объезжают сотни квадратных миль. И уж точно не углубляются в лес.
Если его убили, то где-то неподалеку.
– На днях ты играл в футбол на лугу, когда Лоран прибежал в деревню.
– Да, – сказал Жан Ги.
– С какой стороны он прибежал?
– Со стороны старого вокзала, – ответил Бовуар.
– Через мост, – уточнил Гамаш. – Да, кажется, он сам об этом говорил. Вот оттуда и начнем.
– Почему оттуда?
– Недавно ты спросил меня, кому могло понадобиться убивать девятилетнего мальчишку, – напомнил Арман. – Мне приходит в голову два ответа. Первый: без всякой причины, только из удовольствия. Тогда убийца – психопат. А второй ответ: причина была.
– Но опять же зачем? – спросил Жан Ги.
– Вспомни Лорана, – сказал Гамаш. – Что он делал? Выдумывал истории. Всякие истории. Мирна считает, что он таким образом привлекал к себе внимание. Как тот мальчик из сказки, который кричал «волки, волки». Но даже тот мальчик в конце концов сказал правду. Что, если то же самое произошло и с Лораном?
– О нашествии марсиан?
– О пушке.
– И монстре на ней? – осведомился Жан Ги.
Арман вздохнул.
– Парнишка привык к преувеличениям, – признал он. – Вот почему и не достучался до нас. Если бы он ограничился одной пушкой…
– Пушкой, которая больше дома?
– …то мы бы ему поверили. А так никто его и не слушал. Мы его просто проигнорировали. Он просил меня сходить с ним в лес, но я даже и не подумал это сделать, – сказал Гамаш. – Если бы я сходил с ним…
Голос его стих. Эта мысль весь день терзала его, но сейчас он впервые облек ее в слова.
– Я еду, – сказал Жан Ги.
– Не спеши. Я уже снарядил несколько человек на поиски. Это займет некоторое время. Может, мы ничего и не найдем.
– Так что же я могу сделать?
– Попроси коронера перепроверить медицинские данные. Спроси, могли ли такие повреждения быть получены не вследствие несчастного случая, а из-за чего-то другого.
– D’accord [15] . А еще я пересмотрю фотографии и другие улики. – Жан Ги помолчал. – Вы правда считаете, что его кто-то убил? Вы понимаете, что это означает?
15
Здесь: хорошо (фр.).