Природа мандрагоры
Шрифт:
– Большинство людей как-то проявляются, чем-то выпячиваются. О них есть, что сказать. Не выделяются только те, у кого есть иная жизнь. Например, игровая. Я просто сделала предположение. Альгути – это кто?
– Рыцарь ордена тамплиеров.
– А в жизни ты рыцарь?
Илья улыбнулся:
– А в жизни я ведущий менеджер по снабжению.
Мандрагора зачерпнула мороженное.
– А ты играешь? – спросил Илья.
– Никогда не пробовала.
– Думаю, тебе понравится.
– Возможно.
– Тебе нравится у нас?
– Пока
– Если вдруг появятся – обращайся. Помощь даме в беде – моя миссия.
– Я буду иметь в виду, – улыбнулась Полина, – и ты заглядывай как-нибудь, подскажешь, какую игру выбрать. Может, дашь совет по другому поводу. Будем друзьями?
– Почту за честь.
Вечером Валерий Юрьевич постучался в дверь Полины.
– Я не смог вчера, – сообщил он с порога.
– Не страшно, – улыбнулась Полина, – проходи.
– Мы могли бы поужинать в ресторане. Недалеко, минут десять на машине. Потом я отвезу тебя обратно. Заказать столик?
Полина кивнула.
На террасе ресторана стояли кадки с пальмами и фикусами. По периметру балкона были развешаны фонарики, на столиках – вазы с цветами и свечи в стеклянных баночках.
– Я думал о текущей ситуации, и, возможно, причина во мне, – начал Валерий, – я довольно легкомысленно отношусь к женщинам. Относился.
– Что-то изменилось?
– Что-то начало меняться. Я впервые почувствовал что-то похожее на вину перед Кристиной. И перед Лерой тоже.
– А перед Лерой за что?
Валерий махнул рукой и скорчил рожицу:
– Да мы с Кристиной до сих пор время от времени втайне встречаемся. Но эти мысли, ну, что я что-то делаю не так, они бысто уходят. Да ко всему проще надо относиться. Эти женщины – не истерички. Все получают свою долю удовольствия и все должны быть довольны.
Полина с облегчением расхохоталась.
– Ты чего? – спросил Валерий, улыбнувшись, глядя на нее. Ее смех был очень заразительным.
– Ох, – утирала глаза Полина, – прости. Просто показалось забавным. Но в этом мало смешного, продолжай.
– Да я в общем-то всё сказал. Моя ошибка в том, что я позволил себе резвиться на работе. Нельзя было этого делать, зря я так. И еще Лера в последнее время стала давить. Слишком много требует. Если я с ней расстанусь, это добавит проблем?
– Скорее всего.
– Мне бы хотелось стать свободным, чтобы завязать новые отношения. С женщиной, которая меня понимает. Умной женщиной.
Он подождал реакции. Полина смотрела на него с улыбкой и молчала.
– Как ты, например, – наконец сказал он.
– Нет, – всё еще улыбаясь, ответила Полина.
– Я не в твоем вкусе?
– Полностью в моем.
– Из-за отношений, которые у тебя уже есть?
– Я не в отношениях.
– Ты же сказала, что у тебя кто-то есть. И тебя навещал мужчина, Света упомянула.
– Я обманула. Это был мой отец.
– Но со мной ты всё равно не готова попробовать?
– Нет.
– Да почему же? Из-за денег? Уверяю
– Я верю тебе. И верю, что сейчас ты искренне хочешь сближения. Но ты, вероятно, остынешь даже раньше, чем истечет срок моего контракта.
– Да, я быстро вспыхиваю и быстро перегораю. Но может, просто не встретил ту самую.
Полина снова рассмеялась, и он невольно рассмеялся тоже.
– Значит, всё-таки нет?
– Нет.
– Как у тебя дела, освоилась?
– Освоилась, и у меня нет никаких дел.
– Не скучно?
– Нет. А у тебя?
– Работаю.
– Давно?
– Восемь лет, по директорм стал меньше полугода назад.
– Уже вник в дела компании?
– Что значит «вник»? Да. Я со всеми ключевыми сотрудниками переговорил.
– Нет, цифры. Я всегда смотрю на цифры и факты, если хочу что-то узнать. Цифры не врут.
– Люди тоже иногда честны.
– Да, это правда. Иногда. Но даже честные люди могут заблуждаться. И абсолютно искренне уверять в своих заблуждениях.
Валерий Юрьевич больше не пытался флиртовать. Ему было интересно и без флирта. Полина могла поддержать любую тему, от футбола до политики, причем всему давала свою, какую-то свежую оценку. Они проговорили три с половиной часа, после чего Валерий Юрьевич отвез Полину в офис, дождался, пока она поднимется и зажжет свет в своей гостинной, и отъехал только после того, как Полина вышла на балкон и помахала ему рукой. Ехал в состоянии полной безмятежности и внутреннего покоя. Ветер из открытого окна машины приятно дул в щеку, подборка музыки по радио оказалась на редкость удачной, светофоры зажигались зеленым, как только он подъезжал к пешеходному переходу. И – да, Полина права, надо завтра вникнуть в дела компании.
– Знаешь, что я узнал? – торжествующе спросил Владимир, заходя к Полине в гостинную.
– Привет, пап. Ну и что ты узнал?
– Директор-то твой, работает на два фронта. У него текущий роман, но он продолжает интрижку с Кристиной.
– Я знаю.
– Откуда?
– А ты откуда узнал?
– Я с Кристиной познакомился, пригласил ее на ужин. Мы разговорились, она мне и выболтала. А ты как узнала?
– Он сам мне сказал.
– И что? Всё еще вздыхаешь по нему?
– Нет, пап, – улыбнулась Полина, – опасность миновала. Я и не вздыхала. Можешь выдохнуть.
Валерий Юрьевич проводил совещание с Оксаной. Оксана накануне почти не спала и плохо соображала. Не спала она из-за сценария. Когда ее на собеседованиях или просто в разговоре спрашивали о хобби, Оксана говорила про фитнес. Фитнесом она занималась, но настоящей ее страстью было написание сценариев. Про это она не упоминала, не то, чтобы скрывала, но считала это увлечение слишком личным, затаенным. Она написала около пятнадцати сценариев и отправляла заявки в студии, не особенно надеясь на успех. Но неделю назад один из ее сценариев приняли.