Приобщение

Шарапановский Владимир

И так пару раз она нас спалила и замечала, чем бабуля занимается в лаборатории, когда мы сталкивались с ней в мансарде, а двери в лабораторию были ещё открыты. Правда бабуля там только чертила на кульмане, но ведь не книгу же писала.

Стук печатной машинки можно было выдавать за написание новой книги, а вот черчение вряд ли удастся. Пришлось вешать лапшу про помощь дедушке в оформлении проекта для стойки. Только бы не запутаться впоследствии во всей этой неправде. А то она всё это сообщит по инстанции, что может вызвать ненужные подозрения, так как про наше сотрудничество с Глушковым знает лишь очень ограниченный круг лиц, и расширять его совсем не в наших интересах. Петрович нам её сосватал, пусть сам всё что можно ей и поясняет, чем таким мы с бабулей там занимаемся,

а то глаза у неё были очень уж удивлённые.

Ну, а домомучительница она, так это потому, что наряду с бабулей штудирует со мной школьную программу. Сама-то недавно окончила Универ, и от школы её отделяет не так уж много лет. Притом дюже въедлива и дотошна, прям настоящая училка, которой очевидно и собиралась стать, если бы за отличные знания предмета и отменную спортивную подготовку её не затащили в контору.

А теперь она со всем нерастраченным преподавательским пылом подтягивает мои знания по школьной программе, и в особенности английский язык. Теперь мы втроём общаемся только на нём, а бедняга джуниор даже опасается казать к нам свой нос. Мы с Верочкой его только журили за допущенные ошибки, а она к нему придирается, будто он обучается на старших курсах ин-яза.

К тому же я его сразу упредил насчёт хиханек и хаханек в адрес товарища Людмилы. У неё отец оказался очень авторитетным тренером по самбо, и девочка с младых ногтей занимается этим видом борьбы. Так что постоять за себя она очень даже способна и легко раскатает супротивника в тонкий блин. Я-то пользуюсь своим привилегированным положением, а также тем, что она обязана всячески меня оберегать. Вот и позволяю себе пикировку и шуточки в отношении товарища Людмилы, но «что позволено Юпитеру, то не дозволено быку» [55] . Пока мне это сходит с рук, но лично я, давно бы такого наглого балбеса перекинул через коленку и всыпал по первое число, то есть второго начал и первого закончил.

55

— Quod licet Iovi (Jovi), non licet bovi (лат.) — «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку». Крылатое латинское выражение, смысл которого в том, что если нечто разрешено человеку или группе людей, то оно совершенно не обязательно разрешено всем остальным. Авторство фразы приписывается Теренцию.

Но за джуниора я ей всё же отомстил, ведь — абидна, да?! На ближайшей же репетиции, куда попросил её пойти со мной, чтобы не отвлекать бабулю и Верочку, я натравил на неё Людмилу Михайловну, чтобы показать домомучительнице, чьё кунг-фу круче. Таким образом, репетиция определённо удалась. Пух и перья летели только так и во все стороны, а в завершение Людмила Михайловна очень её хвалила и приводила всем присутствующим в пример. Я от себя добавил свои пару копеек, наказав школьникам образцово постигать иностранные языки, чтобы также стать гувернёром при подобном юном даровании. Приплел пушкинское: «Судьба Евгения хранила: Сперва Madame за ним ходила, потом Monsieur её сменил. Ребёнок был резов, но мил» [56] .

56

— Отрывки из поэмы «Евгений Онегин» А. С. Пушкина.

Однако, несмотря на продолжающуюся пикировку, мы весьма быстро продвигались в изучении предметов программы, так как они с бабулей чередой подменяли друг друга. А мне оставалось только пищать, что не стоит так гнать лошадей, нам некуда больше спешить.

И голова уже начинает пухнуть от всей этой книжной премудрости. К тому же никто не освобождал меня от иных работ. И мы с бабулей продолжаем разработку документации для отправки в Киев. Так что с подачи Петровича я несу положенную кару в полной объёме. Вот уж истинно: «Слово серебро, а молчание золото». Так что неча мне заниматься демпингом и сорить повсеместно словами. Впредь постараюсь больше молчать, авось за умного сойду.

А ещё я начал перевод книги на аглицку мову, но затем пришлось

прерваться. Всё-таки в сутках не 48 часов. Кроме всего прочего сильно не хватало опыта реверсного перевода литературных произведений на английский. Это несколько иное, чем перевод их на русский язык. Словарный запас-то присутствовал, ведь недаром прочел достаточно много книг в оригинале, три года занимался на государственных курсах иностранных языков, и даже участвовал в любительских переводах понравившихся книг. Ну, а ещё мне крайне не хватало компа и программ облегчающих работу. К тому же обнаружилась нехватка словарей, особенно идиоматических оборотов и крылатых слов.

Пришлось совершить паломничество на кафедру в Универ, и просить помощи у специалистов. Прихватил с собой и парочку переведённых глав, чтобы они могли оценить недостатки перевода, а также порекомендовать мне необходимые словари и литературу.

В библиотеке нас так нагрузили словарями и полезной литературой, что обеим девушкам пришлось совершить несколько рейсов к машине, загружая книги в багажник. А самое ценное, что на кафедре пообещали через недельку выдать замечания к переводу. Также постановили, что участие Верочки в переводе книги будет зачтено, и по нему будет выставлена оценка. Порекомендовали глубже привлекать к работе товарища Людмилу, отмечая её отличные познания в английском языке, так как она была у них одной из лучших студенток.

Вот и ладушки, так что мне удалось подготовку текста к переводу, редактуру и последующее перепечатывание сгрузить на домомучительницу. Авось её учительский пыл слегка поутихнет, а тут с неё будет ощутимая польза. Один чёрт её нам навязали, вот я и решил хоть так использовать её с выгодой.

Всё равно, в первое время бабуля очень ограниченно допускала её до готовки, и только обучала этому искусству. Оказалось, что та небезнадёжна и постепенно ряд работ по дому перепоручили ей. Таким образом, я оказался в роли той собаки, «которая смотрит на жизнь, как на консервную банку, привязанную к ее хвосту. Набегается до полусмерти, усядется, высунет язык, посмотрит на банку и скажет: Ну, раз мы не можем от нее освободиться, пойдем в кабачок на углу и наполним ее за мой счет» [57] .

57

— Этот Омар X. М., судя по тому, что просачивалось из его книжонки через посредство Айдахо, представлялся мне чем-то вроде собаки, которая смотрит на жизнь, как на консервную банку, привязанную к ее хвосту. Набегается до полусмерти, усядется, высунет язык, посмотрит на банку и скажет: «Ну, раз мы не можем от нее освободиться, пойдем в кабачок на углу и наполним ее за мой счет» — цитата из рассказа «Справочник Гименея» О’Генри.

А пока я её использовал, как редактора перевода и секретаря машинистку. В результате чего у неё оставалось меньше времени совать свой нос в те вопросы, что её совершенно не касаются. В остальном же товарищ Людмила оказалась выше всяческих похвал. «Спортсменка, комсомолка, наконец-то, она просто красавица», как в фильме говаривал небезызвестный товарищ Саахов.

Уж и не знаю, почему она не сумела решить главного вопроса высшего образования, то есть подыскания достойной партии. Но скорее всего виной тому её излишняя серьёзность и отсутствие на факультете достойных кандидатов. Возможно, сказалась излишняя стеснительность и закомплексованность.

А то я как-то случайно вогнал её в краску, откровенно говоря, совсем непреднамеренно. В тот день был сильно погружен в работу, и не сразу отвлекся на звонок в дверь. Обычно я не хожу её отпирать, так как мне очень непросто дотянуться до высоко расположенного замка, и приходится тащить табуретку из кухни. Но звонок прозвонил вновь, и я поспешил к входной двери. Тут-то и увидел, как она выскакивает из душа, на ходу набрасывая халатик. Обзор был, так сказать, как из первого ряда стриптиза, и она при этом дико покраснела. Притом вся, и не только лицо, но также все доступные обзору части тела. Всё это выглядело так мило и невинно, а к тому же необычайно эротично.