Принятие
Шрифт:
– Хорошо! Я согласен! Но после я хочу стать полноправным членом Ордена Феникса!
– бросил оборотень.
– Но я уже считаю вас таковым! Потому и поручаю вам эту миссию. Уверен, вы преуспеете!
Уверен он! Фенрир проследил, как директор забросил в рот очередную конфету. Да, лимонные конфеты напоминали самого Дамблдора. Сначала вы чувствуете сладость сахара, затем содрогаетесь от кислоты лимона, а потом почему-то хочется повторить. Так и этот хитрец - он такой милый, когда у него просят совета, затем пугает своими невероятными предположениями, манипулирует всеми, но в конце концов к
* * *
Ближе к вечеру, квиддичное поле.
Драко следил за Гарри, летающим среди тренируемых первокурсников. У него такой усталый вид... После разговора с отцом гриффиндорец вернулся, чтобы извиниться перед Роном за свое неподобающее поведение. Он так и не смог объяснить, откуда взялось нахлынувшее бешенство. Да и сам он, казалось, ничего не понимал, когда рассказывал о непреодолимой силе, подтолкнувшей его накинуться на своего лучшего друга.
Драко заметил, как из замка вышли Грейбек и Розье и пошли к квиддичному полю. Интересно, может ли он сейчас поговорить с оборотнем? Или же это опять разожжет гнев его партнера? О, Салазар! Неужели ему теперь придется думать о реакции Гарри всякий раз, как захочется с кем-то поговорить? И Драко помахал рукой оборотню, который сразу же повернул к трибуне. Розье направился в сторону приземляющегося сына.
* * *
Эндрю приземлился рядом со своим отцом.
– Отец, что ты тут делаешь?
– спросил мальчик с улыбкой.
– У меня была встреча с директором. Я решил воспользоваться его приглашением еще и для того, чтоб увидеть тебя и заверить в своем благополучии.
– Да... Ходят слухи о твоем возможном предательстве... Так ли это?
Эван заколебался. Сыну следовало сказать правду, но пугать его не хотелось.
– Это правда, - выпалил все же он.
– Лорд все дальше отходит от наших первоначальных целей. Мне кажется, он просто сходит с ума... Я больше не смог видеть всего того насилия, не смог участвовать во всех тех пытках!
– Особенно если эти пытки касались кое-какого оборотня!
– поддразнил его мальчик.
Для Эндрю оказалось удивительным видеть, как его отец покраснел. Да, у него какие-то странные реакции, стоит только упомянуть его любовь. Но он не хотел, чтобы его отец прекратил говорить с ним о своих чувствах. Он уже достаточно взрослый, чтобы понимать все!
– Отец... Что-то мне кажется, что тебя покусать успели...
– Нет! Нет! Клянусь тебе! Он ничего мне не сделал! Он...
– Отец, я всего лишь пошутил!
– поспешил прервать его мальчик.
– Я просто хотел немного развеселить тебя. Вот только неудачно!
– Я... Я...
– Нервы у тебя на пределе.
– Просто я постоянно рядом с ним, и... и я...
– И ты не можешь признаться!
– Я пытался! Клянусь, я пытался! Но мне не везло!
– Давай не будем больше говорить о минувшем, и о том, почему ты не воспользовался подвернувшимся случаем! В общем, как можно скорее отводишь его в сторонку и все говоришь ему! Посмотри, погода стоит хорошая, но народа вокруг не слишком много, однако ты при этом не
– Нет, не сейчас! Я не готов!
– Да что же это, отец! Ты уже столько лет как готов!!!
– Ты что, знал?
– А что, есть кто-то, из знающих тебя, кому такое не известно? Ах да, действительно есть! Где же моя голова, твой слепой соратник ничего не замечает! Я о мистере Грейбеке, чьи чувства вообще-то острее человеческих, да еще и обостряются они во время полнолуния!!!
– Эндрю, не наглей!
– А ты, отец, не пытайся перевести разговор на мое поведение! Тем более что наглость в подростковом возрасте характерная черта, так что не удивительно ее присутствие в моей речи. Кстати, в связи с этим появилась одна мысль - вот прямо сию же минуту я подойду к нему и представлюсь будущим пасынком! А заодно скажу ему, что уверен - он окажется супер-папочкой! Да, нужно еще добавить: «Вы конечно же женитесь с моим отцом, потому что он не станет играть с вами «в ладушки», пока не окажется связан официально!»
– Эндрю... Эндрю... Эндрю...
– Эван даже не знал, что ему сказать, чтобы помешать сыну сотворить такую грандиозную глупость.
Эндрю, бросив смою метлу и перчатки, побежал к трибунам.
* * *
Драко не шевелился, ожидая, пока оборотень усядется рядом.
– Как дела?
– Не очень... Что ты делаешь в Хогвартсе?
– Я участвую в планах главы Ордена... Думаю, ты можешь даже не поверить, если я скажу, что его планы еще более сумасшедшие, чем выдает Лорд...
– Зря ты так думаешь, - ответил Драко, играясь с браслетом вейлы.
– Ты решил свою проблему с Гарри?
– Нет. У меня пока даже возможности поговорить с ним наедине нет. Мне даже кажется, что директор все специально делает!
– Ты, похоже, уверен в своих словах.
– Он делает все, чтобы Гарри оказался от меня как можно дальше. А Гарри выглядит изнуренным. Он же белый, как снег. Ты только посмотри на него. И за голову время от времени хватается - болит она, видно. А еще ко всему добавляется патологическая ревность, которая грызет его, даже если меня касается Уизли, а уж когда ты...
Драко в ужасе застыл. Нет! Нет! Нет! Это слишком страшно! Такого просто не может быть! А в голове уже вертелись фразы из разных разговоров и всполошено метались мысли.
«...Вейла ничего не говорил, были только несколько приступов ревности. Однако он страдал от головных болей, приступов удушья, потери аппетита, что в конце концов убило его...»
«У Гарри непонятно от чего остановилось сердце!»
«...когда между котенком и волчонком возникнет порядок...»
«Его приступ ревности сначала в подземельях к Фенриру, патом к Рону...»
Много что еще вспомнилось...
Драко посмотрел на браслет, а потом, стиснув его в кулаке, сбежал по ступеням на квиддичное поле. Он даже не заметил, что чуть не сбил с ног Эндрю.
Гарри только что приземлился и устало разговаривал с первокурсниками, поздравляя их с достижениями в полете. Блондин схватил его за плечо и сильным рывком развернул к себе.
– Тебе снились этим летом очень интересные сны?