Принять учись
Шрифт:
— Мы просто поговорили.
— Поговорили значит.
— Да. Это нужно было.
— И зачем?
— Ты что мне допрос устроить решил?!
— Я просто хочу знать, что происходит, — держись Кулаков, только не заносись.
— Ничего не происходит. Мы просто поговорили и пришли к мирному соглашению.
— Да ладно? И к какому же? — чёрт, не сдержал саркастичных ноток.
— К такому, что он перестанет меня доставать?! Ясно?! Я дала ему понять, что всё в прошлом и он должен оставить меня в покое!
— И что
— Согласился, увидев, что я говорю серьёзно.
— И ты ему поверила?!
Блять, серьёзно? Она повелась на это?
— А что?! Чем ты не доволен?
— Лиса, ему нельзя верить! Такие люди не меняются, пойми ты это! Он как был подонком, так и остался!
— Тебе-то откуда знать? Он сказал, что завязал и начал новую жизнь.
— Да херас два! Он всё также промышляет, только поднялся ещё выше!
— Что? Ты откуда это знаешь?!
Блять, сболтнул лишнего.
— Я много чего про него знаю, но сейчас не это важно, а то, что ты позволяешь ему запудрить тебе мозги!
— Не держи меня за идиотку! Думаешь, я совсем не разбираюсь в людях?!
— Лиса! Да твою ж дивизию, я же хочу защитить тебя!
— Я не просила меня защищать! Сказала же, что сама разберусь!
— Но я вижу, что у тебя не получается! — моего терпения не хватило. Оно лопнуло.
— Да что ты знаешь! Получается или нет! Я просила не лезть в это!
— Но я не могу стоять в стороне!
— Это моя жизнь, моё прошлое и мне с ним разбираться!
— Я могу всё решить! Но ты не позволяешь мне этого!
— Не лезь, куда тебя не просят! Слышишь?! Не лезь!
— Лиса!
— Это не твоё дело! Сказала не лезь!
После чего она развернулась и ушла. А я не стал догонять и останавливать. Только со злости хлопнул дверью машины и умчался в закат.
Эмоции переполняли меня, злость зашкаливала. Хотелось рвать и метать. А куда деть всю эту дурь?
Лес.
Недолго думая, поехал в сторону леса, где смог обратиться и вдоволь проораться, а затем и прорычать, обратившись в зверя. Пары часов мне хватило, чтобы проветрить мозги, чтобы потом осознать, что произошло.
— Что с тобой? — спрашивает Антон, когда я завалился рядом с ним на диван в баре.
— Не спрашивай.
— Все становится только хуже?
— Я перегнул палку.
— С кем не бывает.
— Да уж…
— Может прижать его?
— Лиса не простит мне, если я вмешаюсь без её ведома.
— Ну а сколько ты будешь наблюдать за всем этим?
— Да хуй его знает. Я уже хочу поскорее в поселение, чтобы забрать её туда, в безопасное место.
— Тут соглашусь.
— Думаешь, он там её доставать не сможет? — говорит Диман.
— Во всяком случае, преследовать её в буквальном смысле не сможет.
— Этот вопрос надо решить до отъезда.
Легко сказать, да сложно сделать. Терпеть не могу ощущение беспомощности. Если бы не уважение к Лисе, я бы давно на хую вертел
Погодя попробовал позвоните Лизе, поговорить, извиниться, но она не брала трубку. Решил написать ей сообщение. Прочитала, но молчит. Ещё одно, и ещё одно. Тишина.
— Да чёрт бы тебя побрал! — швырнув телефон, рычу я. — Пошло всё к хуям собачьим!
— Что стряслось? — говорит Диман.
— Теперь меня игнорят.
— Держись, братан, — похлопав меня по плечу, говорит друг.
— Как дела с проблемой Марка? — решил сменить тему, надо отвлечься.
— Почти всё готово. Через десять дней будем с Мирой пробовать.
— Помощь нужна?
— Да вроде пока справляемся, но, если что дам знать. У тебя своих забот хватает.
Я умудрилась поругаться с Женей. Наговорила ему кучу гадостей. И вот мы не разговариваем уже несколько дней. Ко всему прочему добавилось ещё и это. Плюс сочувствующие взгляды друзей. Бесит!
На какое-то время всё стихло, Макара перестал писать, появляться на глазах, он просто исчез, но почему-то ком страха внутри только нарастал.
Я боялась собственной тени, опасалась любого шороха, звука. Я погружалась в какую-то тотальную тишину. Боялась закрывать уши, глаза, боялась каплей дождя что стучались в окно. Боялась хоть кому-то рассказать о том, что происходит. Ведь затишье продлилось недолго.
И вот, в один из дней раздает звонок с городского номера.
— Слушаю.
— Волошина Елизавета Алексеевна?
— Я.
— Вас беспокоит капитан полиции Красилов Илья Викторович.
— По какому поводу?
А у самой мурашки по коже, ладошки уже вспотели.
— Дело серьёзное. И лучше об этом говорить лично.
— Скажите хотя бы о чём речь.
— Журавлев Виктор Тихонович вам знаком.
— Д-да… — сиплю я. — С ним всё хорошо?!
— С прискорбием сообщаю, что он скончался. Вы можете приехать в морг по адресу…
Дальше я уже не слышала, так как телефон выпал из рук, а вслед за ним и я.
Из комнаты примчалась Мира, не понимая, что происходит, но услышав, что в телефоне какие-то звуки, взяла его и продолжила беседу.
Я не помню, как мы добрались до морга, как я опознавала тело, как получала документы о смерти. Всё было, как в тумане. Мне хотелось побыть одной.
Было прохладно и шёл проливной дождь. Я брела по улицам, промокшая до нитки, но совершенно не обращала на это внимание. На улицах было почти пустынно, и бродя, я думала о том, что тишина и одиночество не всегда желанны. Иногда они способны лишить тебя рассудка, даже если ты самый уравновешенный человек, запирая тебя в вакууме собственных мыслей, создавая пустоту и заставляя бесконечно роящиеся мысли достигнуть апогея. А ещё то, что смерть далеко не самое страшное, с чем может столкнуться человек. Оставаться в живых в разы страшнее и больнее.