Принцип вмешательства
Шрифт:
– Живо очистить поляну от падали!
– рявкнул полковник.
– Развели, понимаешь, бардак во временном лагере!
Ликвидаторы молча переглянулись и принялись оттаскивать прочь трупы зверей, а Шебанов, израсходовавший на крик последние силы, тяжело опустился на землю. В ноге пульсировала постепенно усиливающаяся боль, хотя и весьма странная, свойственная не свежей ране, а скорее уже подживающей. Вахлюев, аккуратно разрезавший мокрый от крови рукав Дэна, вдруг издал изумленный возглас.
– Халтурите, парниша, - недоуменно пробормотал он.
– На тебе же ни царапины!
–
– буркнул Дэн.
– Может, наконец, отстанете?
Но отставать Вахлюев определенно не хотел. Вместо этого он принялся буквально обнюхивать рукав дэновой куртки.
– А чья тогда кровь?
– с торжеством в голосе, словно улучив ликвидатора во вранье, спросил он, размахивая перепачканной ладонью.
– Кровь чья?
– Отвали от него, в самом-то деле, - проворчал Шебанов. То, что подсыхающая на руках Вахлюева кровь принадлежит не зверям, было видно даже с того расстояния, на котором находился полковник. У кенгуроидов из ран текло что-то черное и отвратительно пахнущее - именно этой дрянью была густо заляпана форма Шебанова. То, что демонстрировал Вахлюев, имело нормальный цвет, присущий обычной крови. В том числе и человеческой.
И, кажется, полковник начинал догадываться о том, каким образом это можно соотнести с отсутствием ран у Дэна. Если вспомнить о том, что сделала беловолосая - если это и в самом деле была она же - в Гостеевке, не догадаться было трудно. Мысли Вахлюева, похоже, шли в том же направлении, потому что он вдруг переключился на ногу Шебанова. Здесь даже вспарывать ничего не пришлось. Штанина и так превратилась в лохмотья, а под лохмотьями была бурая корка запекшейся крови как минимум недельной давности.
– Поздравляю вас, батенька, - вынес вердикт Вахлюев, бегло осмотрев рану.
– Вы - покойник, хотя и весьма активный.
– Ты чего гонишь?
– со злостью переспросил Шебанов, менее всего сейчас предрасположенный к шуткам.
– У тебя повреждение бедренной артерии, - уже совершенно серьезно сказал ученый.
– Без наложения жгута и оказания срочной медицинской помощи - смерть от потери крови в течение двух-трех с половиной минут. Ты однозначно уже прожил дольше, и, я думаю, всему научному сообществу интересно будет узнать, каким именно образом тебе удалось остановить кровотечение без помощи традиционных методов.
– Воздух здесь, видать, такой целебный, - угрюмо буркнул Шебанов.
– Это точно, - согласился Вахлюев, демонстративно скривившись, когда ликвидаторы протащили мимо обгорелый труп кенгуроида.
– Воздух такой, что прямо хоть сейчас здравницу возводи. Болотом, правда, припахивает, но это уже мелочи. А вон тот бедняга не иначе как на высоковольтный провод напоролся. Что поделать, цивилизация уже и досюда добралась.
– Чья бы корова мычала, - пробормотал полковник, раздумывая над тем, стоит ли накладывать на рану повязку, или в нынешнем ее состоянии это уже бесполезно, - а вот ты бы лучше помолчал. Поскольку, если бы кучка идиотов вместо того, чтобы лезть, куда их не просят, осталась в Туле и занималась делом, ничего бы вообще не произошло.
– Если бы кучка, как ты говоришь, идиотов никуда
– Какое-такое открытие? Что ты псих и маньяк? Так это я тебе и так мог бы сказать, и не стоило для этого черт знает куда лазать.
– Псих? Не отрицаю, - Вахлюев был подозрительно добр.
– А как тебе обнаружение иномирного разума? Дьявольщина! Ты, что, хочешь сказать, что не заметил даже ту беловолосую очаровашку, которая с тобой контактировала?
– Заметил. А ты бы заметил ее еще в Туле, если бы не ловил ворон, а делом занимался.
– Это когда?
– недоуменно переспросил ученый.
– А вот поразмысли на досуге, - предложил Шебанов, придя к выводу, что без повязки все-таки можно обойтись, проследил, как проштрафившиеся ликвидаторы укладывают в кучку последнего кенгуроида, и скомандовал:
– Возвращаемся к точке перехода!
– То есть, как это "возвращаемся"?
– спохватился ученый.
– А как же исследование нового мира?
– У меня приказ привезти тебя к Марееву. Потом, если переживешь беседу, можешь заниматься, чем хочешь, хоть мир исследуй, хоть зайцев саперной лопатой гоняй. А сейчас следуешь за нами.
– А, может, можно...
– Нельзя!
Больше кардинальных возражений со стороны Вахлюева не поступало, однако он все же настоял на том, чтобы прихватить с собой одного из кенгуроидов. Соперничая по мрачности с жутковатым небом этого странного мира, ученый плелся в центре державшейся сплоченно группы ликвидаторов. Шебанов хромал следом, прикидывая, хватит ли оставшейся в переходнике энергии для перемещения восьмерых человек. Индикатор зарядки показывал примерно пятьдесят процентов от максимума. Расход энергии на перемещения, похоже, был больше расчетного... Чисто теоретически, должно было хватить впритык, но в свете последних сюрпризов лишний раз рисковать не хотелось, поэтому Шебанов предпочел остановиться на альтернативном варианте.
– Успокоился?
– улучив момент, осведомился он у ученого. Тот в ответ что-то невнятно буркнул.
– На вашем переходнике как с зарядами?
– Нормально.
Полковник протянул Вахлюеву свой прибор.
– Тогда синхронизируй резонаторы, возвращаться будем по нашему бакену.
– Если его тоже не сперли, - оптимистично добавил Дэн.
– Типун тебе на язык, пророк недоделанный, - проворчал Леха.
До поляны с червоточиной удалось добраться без происшествий. Правда, когда дошло дело до вскрытия прохода, Вахлюев попытался сделать финт и отправить первой возвратной партией оперативников.
– Нет уж, голубчик, - покачал головой полковник, раскусив расчет ученого.
– Вперед пойдешь ты, а мы двинемся следом, иначе тебя еще лет сто ждать придется. Иванов, Майоров, отправляетесь с ним.
Испустив тягостный вздох, Вахлюев включил резонатор на своем переходнике. Спустя тридцать секунд воздух расступился, открывая черную червоточину.
– Ну, кажись, все в норме, - с облегчением заявил Дэн.
– Угу, - проворчал ученый.
– Давайте уже вперед. Время - деньги.