Принцесса. Часть I
Шрифт:
— Не отпустил бы, — подтвердил Тан, — этот подонок держит у себя целый гарем из наших девушек, и ни одна пока не вернулась. Так что хорошо, что ты его отговорила, хотя разорвать контракт с Челси, наверно, было сложно.
— Если честно, мы сейчас в бегах, — призналась я. — Я и была той работой, которую он должен был выполнить для Совета. Но, как видишь, не сложилось.
— Сражённый твоей красотой, он бросил вызов Совету, — вздохнул Танислав. — Впрочем, Адрей достаточно разумен, чтобы принимать правильные решения, а ты, думаю, достаточно сильно его любишь, чтобы не сдаваться. А мы все встанем
Я тяжело вздохнула. Да, если я сейчас скажу ему, зачем, а главное, КТО я, всё его доброе расположение мгновенно улетучится! Если они так не выносят благородные рода, то к девушке королевской крови отнесутся не лучше, чем к самому Челси. Поэтому я перешагнула через себя:
— Челси очень хочет меня заполучить, а зачем, точно не знаю. Пожалуй, он хочет меня убить. Или пополнить свой гарем…
Да, это был не совсем честный ход. Хотя эта жирная скотина действительно так пялилась на меня тогда, что при одном воспоминании начинается рвотная реакция.
— Челси, — задумчиво сказал Тан, — снова Челси, кругом один Челси. Фактически он правит страной, подмял под себя Совет, распустил королевскую гвардию…
— Так короля всё равно нет, — закинула я удочку в надежде выловить пару крупиц ценной информации. Танислав пояснил:
— Есть его младший сын, отправившийся попутешествовать по соседним мирам, да так и не вернувшийся. Как человек, живший тогда, я могу тебе сказать, что это не легенда — он действительно ушёл в один прекрасный день, задолго до того, как королевскую семью перебили. О нём у наших сложилось в целом неплохое впечатление, на фоне других членов королевской семьи. Может, было бы хорошо, если бы он вернулся, опять же предсказание… Хочешь вина? — он подхватил с подноса проходившего мимо парня два бокала.
— А? — неожиданная смена темы выбила меня из колеи. — Да, пожалуй, — я взяла бокал, машинально отпила глоток. — Так что там с предсказанием?
— Тебе интересно? — удивился Танислав. — Я так, почти думал вслух…
— Нет, мне правда интересно, — я отпила ещё глоток — вино было очень вкусное. — Видишь ли, я совершенно не разбираюсь в расстановке сил… Я жила себе, не задумывалась ни о каком Совете магов, королях и прочем, а потом у меня вся жизнь перевернулась!
— Ясно, — кивнул Танислав. — Предсказание — про дитя королевского рода, которое спасёт нас. Весьма путаное предсказание, написанное вдобавок на древнем языке, как его только не толковали… Но я подозреваю, что, если принц не изменился, то он скорей всего осел где-нибудь в другом мире, и не собирается возвращаться домой…
К сожалению, ты прав, дорогой мой Танислав! Папа совсем не хочет сюда, и, похоже, всё это придётся разгребать мне…
— А гвардия после смерти королевской семьи принесла присягу принцу, заочно, так сказать. Они молодцы — очень удачно вышли из политической игры — мы, мол, храним верность законной власти, и больше никому не подчиняемся. А что пару раз превысили свои полномочия, помогая детям проклятых родов… — он резко замолчал, посмотрел на меня, я ответила непонимающим взглядом, он улыбнулся ласково и чуть грустно: — А ты ведь даже не понимаешь…
— Чего? — я поставила
— Я тебе выболтал тайну, которая может повредить стольким хорошим ребятам…
— Да за кого ты меня принимаешь?! — я почувствовала, как отливает кровь от лица. — Что я, по-твоему, сейчас понесусь докладывать об этом Челси!? Ну, спасибо!
— Слава, Слава, ты меня не так поняла, — он притянул меня к себе, заглянул в глаза. — Я всего лишь хотел сказать, что тебе даже обрывок такой мысли в голову не закрался, потому что ты такая чистая и добрая… Ты — волшебная девушка, — его руки неожиданно крепко сомкнулись на моей талии, и он наклонился с явным намерением меня поцеловать.
Я думала совсем о другом, такой резкий поворот событий совершенно выбил меня из колеи, и я упустила момент, когда ещё можно было вывернуться. Я упёрлась руками ему в грудь и отвернулась, но это не очень помогло — на краешке уха я почувствовала его тёплое дыхание и… Раздался гневный вопль и грохот бьющейся посуды. Танислав отвлёкся, объятья ослабли, я рванулась вниз, выскальзывая, и попятилась. Не успела я отдышаться, как увидела поражённо глядящую на меня Алилу и покраснела до ушей.
— Так, — голосом, не предвещавшим ничего хорошего, сказала она, и повторила угрожающе: — Так.
— Ревнуешь? — весело спросил Танислав.
— Почему?! Почему из всех девушек мира ты выбрал мою Славу?! — взвилась она. — Почему, когда ты наконец решил вспомнить о том, что ты мужчина, тебе вдруг понадобилось обнимать и целовать именно мою Славу?? Какого чёрта ты двести лет позволял стольким девушкам сохнуть по тебе без взаимности, а теперь соблазняешь мою Славу?!
— Он меня не целовал! — пискнула я, но на меня не обратили внимания.
— Успокойся, — улыбнулся Алиле Танислав, явно забавляясь. — Моя Слава…
— Твоя?! — завопила она. — Это она за пять минут стала ТВОЕЙ?! Да если хочешь знать, мы на тебя поспорили!
О, так это?.. Оооой!
— Я не знала, что это ты, когда спорила! — я посмотрела на Тана глазами слегка провинившейся дворняжки, он весело улыбнулся:
— И в чём же заключался спор?
— Славу может испугать только одно, — неожиданно спокойно стала объяснять Алила, а я заметила, что, привлечённая скандалом, вокруг собралась небольшая толпа. — Она может пригрозить Челси сунуть его головой в унитаз и залепить восхитительную пощёчину помощнику главы Ассамблеи, но кое-что заставляет её паниковать, — Алила коварно улыбнулась, скользнула ко мне, обвила руками и, прежде чем я смогла увернуться, поцеловала.
— Алила, — умоляюще пробормотала я, пунцово краснея и тщетно пытаясь оторвать от себя её блуждающие ручки. Среди собравшихся пробежали добродушные смешки.
— Но хорошее воспитание не позволяет ей послать меня куда подальше вместе с моими гнусными домогательствами, — Алила улыбнулась мне и пояснила Таниславу: — Поэтому я пообещала освободить её от них на целых пять дней, если она тебя очарует! Я же не знала, что ей это удастся!!
Вокруг засмеялись.
— Никого я специально не очаровывала! — возмутилась я. — Но раз уж ты проспорила, — я многозначительно посмотрела на неё, она со вздохом неподдельной грусти отпустила меня и раскрыла сумочку.