Принцесса яда

Коул Кресли

– Игнорируй свою маму, брось Брэндона, улучшай свои оценки. Если не получится, я завалю вместе с тобой. Ты провалишься, я провалюсь. Делов-то.

Если бы это было так просто.

– Что, если я не хочу пока бросать Брэнда? А? Я не поддаюсь его давлению!

Сцена первая: я смотрю диким взглядом в зеркало. Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Просто у меня такое ощущение, будто все проскальзывает мимо. Я постоянно боюсь потерять его, потерять всех моих друзей.

– Ты имеешь ввиду, потерять свою популярность?
– спросила Мэл, с проницательным взглядом и я неохотно пожала плечами.
–

Это так важно для тебя… - она прервалась.
– Если популярность является твоей сладкой мечтой, круглым леденцом, то так тому и быть. Кто я такая, чтобы плевать на твои мечты? Но знай: долбанная школа не закроется без тебя, и она не изменится, только из-за того, что ты медленно соображаешь.

– Я хожу всю неделю мимо людей и даже не здороваюсь! Я хожу по коридорам как зомби.

– Всем просто будет ясно - на этой неделе Эви врубила "красный свет". Когда я так делаю, это сигнал, что я опасна как Годзилла.

Твоя выдуманная маленькая волшебная страна кажется очень симпатичной по сравнению с дыханием настоящего огня. На следующей неделе, возможно, все повторится. Черт, я почти привыкла к растениям. Убрать этот страх из уравнения, и возможно...

– Самое главное - запомни, что я твоя лучшая подруга.
– Сказала Мэл, ее голос был самым милым из всех, которые я когда-либо слышала.

– Ты знаешь как поразительно то, что ты делаешь?
– я вздохнула и повернулась чтобы обнять ее.
– О, Мэл...

Но она потянула меня за волосы, перебирая их пальцами.

– Наши отношения были всегда честными и близкими, Грин. Не разрушь это или еще что-нибудь, договорились?

– Это адское место, - сказала Мэл, когда мы пробирались через высохший проток около фабрики. Мы подъехали так близко, насколько только отважились на своем Бумере, осталось пройти через высохший лес. Туман был настолько густым, что я едва различала куда иду. Другое бабушкино высказывание возникло в голове: остерегайся засухи - змеи ползают рядом.

– Это не моя идея, Мэл.

– Я очень серьезно надеюсь, что нет. Две болельщицы идут по ночному лесу, чтобы якобы попасть на фабрику?

– Не могу определиться, это звучит как анекдот или начало фильма ужасов.

– Эй, у тебя еще есть, находящаяся под угрозой исчезновения, девственная плева. А значит, ты можешь погасить свой "кредит".

– Думаешь остальные уже здесь? Может они припарковались на другой стороне? Попытаюсь позвонить.

И тут я вспомнила, что ранее оставила свои вещи и заблокированный телефон в своем автомобиле, вместе с моим драгоценным альбомом. Я обернулась, но не смогла увидеть сквозь туман Бумер.

– Позвонить?
– торопливо сказала Мэл, - не будь такой глупой. Мы почти там, правильно?

Когда мы приблизились к тому, что осталось от завода, я пробормотала: «ты слышишь что-нибудь?». Я потерла затылок, снова чувствуя, что за мной кто-то следит... Меня ослепили огни. На лицо упали тени, которые стремительно приближались. Из моей груди вырвался вопль. Крики: "Сюрприз!" затихали, десятки студентов стояли в тишине, пораженные моей реакцией. Грейс Энн, Кэтрин, Брэндон. Все они ошеломленно смотрели. О. Мой. Бог. Это вечеринка-сюрприз в честь дня рождения. Кто-то развесил огоньки на стенах. Динамики расположили на вершине ржавой тростниковой дробилки. На

старом ржавом котле стоял бочонок. Я просто унизилась перед всеми этими людьми. У Мэл отвисла челюсть от моего крика. И когда я уже была на грани истерики, она очнулась и громко сказала:

 - Эви! Ты знала об этом, не правда ли, сучка? Хотела напугать тех, кто сделал для тебя сюрприз? Затем она сымитировала мой вопль, сопровождая его шотландским йодлем "Лэй-хи-ху". Когда люди начали смеяться, я улыбнулась через силу.

– Да. Конечно, я знала. Весь день ждала этого!
– улыбайся, Эви!

Теперь все расслабились, некоторые шутливо толкали меня в плечо, как будто я только что сделала что-то крутое, забавно пошутила.

– Спасибо за спасение, Мэл.

Уголком рта она пробормотала:

– Ты ведь и не представляла, правда?

– Нет. Точно, нет!

– Проблемы?

– Обязательно будут.

– Ну, тогда веселись сегодня, попрыгунчик. Потому что завтра, дерьмо вернется в реальность.

Брэнд налетел на меня и кружил, пока я действительно не засмеялась.

– Я надеялся, что ты не догадаешься.

Я прикусила нижнюю губу. Возможно, если бы вечеринка была поменьше, или музыка потише.

Прозвучал гудок. И еще один. Мэл, Брэнд и я присматривались ко входу. Внизу сквозь туман, свет фар высветил старые следы трактора. Это выглядело как массовая эвакуация направленная непосредственно на завод. Последнее, что мне хотелось бы, чтобы моя мама вызвала полицию, не понимая, что это ее дочь безумствует.

– Послушайте, ребят, может это не такая уж хорошая идея.

Мэл и Брэндон посмотрели на меня в замешательстве. Эви Грин не часто такое произносила.

– Мы ведь не рушим твой дом, - сказал Брэнд, - Это снаружи.

– Моя мама...

– Она никогда не узнает. Мы в милях от твоего дома. Плюс стены удерживают звук.

Мэл сказала: «Он прав. И подумай о фото! Мы можем получить серию классных кадров». Затем она добавила: «Популярная девушка празднует свой день рождения, неистовствуя с привидениями сахарного завода».

Была ли я обеспокоена только потерей популярности? Не будет ли странно для меня не праздновать шестнадцатый день рождения? Черт, мама воспримет празднование как хороший знак. Она не слушала бабушку и была не слишком строга со мной. С другой стороны, она может пересмотреть свое "такой хороший мальчик" по отношению к Брэндону, или не так реагировать на шутки Мэл. Чуть ранее сегодня, Мэл назвала ее "женщиной, породившей Эви". Маме не понравилось. Я не знаю, что буду делать, если она объявит вне закона любого из них.

– Я обещаю тебе - все будет хорошо, - сказал Брэндон.
– Честное скаутское.
– Вместо трех пальцев скаутского приветствия, он изобразил знак мира. Я предпочитаю думать, что он шутит. Я вздрогнула, когда Брэнд полез в карман.

– О, я почти забыл! Твой подарок. Я хранил его до понедельника, но подумал, что ты захочешь надеть это сегодня.

 Он протянул мне завернутую коробочку, связанную лентой. Я разорвала обертку, открывая, чтобы найти огромный кулон на цепочке из белого золота. Потрясающе. Он соответствовал моим серьгам с бриллиантами, прекрасно. Сложив руки на груди, Мэл скептически проговорила: «И все, что он хочет, это побеситься на вашем сахарном заводе?»