Принцесса Теней
Шрифт:
Я выдернул свою руку из ее руки и накрыл ее одеялом, после чего выскользнул за дверь и плотно ее закрыл. Я задержался там на целых десять секунд, воюя со своими эмоциями. В конце концов, мне удалось похоронить их глубоко в душе, и я ушел, наклеив на лицо улыбку, направляясь обратно на вечеринку.
Я Сет Капелла. Я не слабак. Я ни перед кем не ломаюсь. И уж точно не сломаюсь перед Вега.
Дариус
Рычание вырвалось из моих губ, когда я пробирался сквозь толпу извивающихся тел, устремив свой взгляд на Рокси
Я направился к ней, ее сверкающая кожа позволяла мне не отрывать от нее глаз в толпе тел.
Она танцевала с закрытыми глазами, откинув голову к своду пещеры, и ее тело одновременно терлось о Милтона, мать его, Хьюберта и этого ее придурка-дружка в его гребаной шапке-бини. Если я не прекращу это дерьмо быстро, то это гребаное зелье может заставить ее делать больше, чем просто танцевать.
— Рокси, — позвал я, достаточно громко, чтобы окружающие ее мудаки услышали меня и отступили к чертям.
Глаза Рокси затрепетали, когда ее партнеры по танцу бросили испуганные взгляды в мою сторону, и она надулась, как будто я только что украл ее любимого плюшевого мишку.
— Как дела, Дари-задница? — спросила она, смеясь над собственной шуткой, продолжая танцевать сама.
Мой взгляд окинул ее голодным взглядом. Она была почти неузнаваема, ее кожа была покрыта серебристыми блестками Пегаса, а волосы выкрашены в цвета радуги, но она выглядела достаточно так хорошо, чтобы взять ее.
Я не мог не восхититься ее наглостью: явиться сюда и надеть это, хотя она знала, что это взбесит Калеба. И несмотря на его чувства по этому поводу, я не мог не думать, что это чертовски забавно. Это делало ее похожей на какое-то неземное существо, загадочное в своей красоте.
Она недолго танцевала в одиночестве, ее взгляд остановился на мне, когда она двинулась прямо ко мне.
Мои губы раздвинулись от удивления, когда она обвила руками мою шею, притянув свое почти обнаженное тело вровень с моей голой грудью.
Она издала стон экстаза, и мое сердце подпрыгнуло, когда я схватил ее и попытался оторвать от себя. Как бы я ни фантазировал о том, чтобы подержать ее вот так, я даже не получил никакого удовольствия от этого момента. Она была сама не своя, это проклятое зелье заставляло ее вести себя так, и мне нужно было поскорее избавиться от его последствий.
— Я принес тебе выпить, — сказал я, протягивая рюмку текилы, в которой было противоядие от зелья, которое мы ей подсыпали.
Она с минуту смотрела на рюмку, затем взяла ее из моих рук и отпила.
Когда зелье начало действовать, она медленно прекратила танцевать, отошла от меня и нахмурилась, словно не совсем понимая, что происходит. На самом деле это должно было просто немного отрезвить ее, и я надеялся, что она так и поступит.
Я нагнулся и поднял с пола ее платье, протягивая его ей, в то время как
Рокси взяла у меня свое платье и натянула его, слегка нахмурившись, словно не могла понять, как она вообще оказалась без него.
Часть меня хотела отвернуться и оставить ее здесь, чтобы не испытывать стыд за то, чему мы позволили случиться. Но я не мог просто бросить ее здесь, пока она выглядит такой растерянной. Я должен был убедиться, что она вернулась в свою постель. Если бы я только знал, что сегодня она в безопасности, я мог бы списать все это на ужасную идею и забыть об этом. Я бы остановил ее до того, как случилось бы что-то плохое. Так что мне просто нужно было убедить себя, что ничего страшного не произошло. Даже если бы я и чувствовал себя сейчас как куча с дерьма.
— Эта вечеринка уже надоела. Не хочешь вернуться в общежитие? Я могу проводить тебя, — предложил я, гадая, собирается ли она сказать мне, чтобы я отвалил. Или мне придется перекинуть ее через плечо и тащить туда против ее воли. В любом случае, мне уже надоело позволять придуркам на этой вечеринке глазеть на нее, и я должен был быть уверен, что она в безопасности.
Я протянул руку, и она подняла бровь, глядя на нее.
— Перемирие? — предложил я. — С этого момента и до завтра мы можем просто притворяться, что нравимся друг другу. Или, по крайней мере, не ненавидеть друг друга.
Момент растянулся, и я немного стеснялся того, что моя рука повисла в пространстве между нами.
— Может быть, я всегда притворяюсь, что ненавижу тебя, — сказала она в конце концов, и я замер, когда она протянула руку и взяла меня за руку. Она посмотрела на меня из-под ресниц, которые переливались всеми цветами радуги, и мое сердце заколотилось от невозможности такого предположения. Потому что, хотел я это признать или нет, мысль о том, что она может не ненавидеть меня, вызывала во мне отчаяние. — А может быть, и нет, — добавила она, погасив этот лучик надежды так же быстро, как и зародила его.
Я не знал, почему, черт возьми, это заставило меня улыбнуться, но это так.
Я обхватил пальцами ее маленькую руку и потащил ее сквозь толпу к выходу. Она все еще наполовину танцевала, пока мы шли, смех лился с ее губ, когда она увидела нескольких членов клуба Ослов, которые решили одеться как Сирены с фетишем на говно. Они нарисовали на своих телах чешую, а затем намазали себя большими комьями коричневой грязи, чтобы завершить образ. Я догадывался, что Макс их не заметил, иначе, как мне казалось, они уже висели бы на потолке пещеры за лодыжки.
Я наполовину задумался о том, стоит ли мне вступить с ними в перепалку, когда Рокси схватила меня за руку и указала в противоположном направлении, снова рассмеявшись.
Я проследила за линией ее руки и увидел двух девушек, которые нарядились Вегами. Они обе были одеты в платья, которые выглядели так, как будто были бы уместны при дворе Короля Дикаря, а на головах у них были возвышающиеся короны. Они добавили к своим костюмам пояса с нацарапанными на них именами Гвендалина и Роксания и старались привлечь к себе внимание.