Принцесса Севера
Шрифт:
– И маг, без которого мы не узнали бы и этого, исчез, – грустно закончила Сиелла.
***
Вынырнув из воспоминаний, показанных «Дневником магистров», Сиелла с улыбкой вспомнила то, что не внесла в книгу.
Она сидела на подоконнике в садовой беседке и обрывала красные лепестки с бутонов вьющейся розы. Растение так сильно заплело постройку, что дверной проем напоминал вход в темный грот. Здесь Сиелла не боялась быть обнаруженной: мало кто знал об этом месте, да и на улице лил дождь.
Ронарк пропал бесследно. А для Межграничья наступили черные времена. Не проходило и дня, чтобы на границе не происходил разрыв силовой стены. Боевые «четверки» с немыслимыми усилиями сдерживали наступление тьмы. Казалось, древнее пророчество начало сбываться, и появление проклятого мага Эвгуста не за горами.
Альберт попросил у нее прощения. Магесса не стала настаивать на дуэли, ведь Альберт не проиграл ни одной за свою жизнь, а сразу приняла извинения. Члены Дюжины одобрили решение магистра, хоть многие склонялись к мысли, что прощение Верховный получил слишком легко. Магистр Хариус относился к Сиелле, как к дочери, ведь именно он спас их с дядей из плена захудалого клана степняков, где с юными магами обращались, как с рабами.
Один Карим знал, с какой болью в сердце прощала Сиелла оскорбившего. Он единственный знал ее семейную тайну, случайно забравшись в самые сокровенные уголки памяти во время одного ритуала. Тринадцатый магистр был больше, чем просто наставник.
Магистр выбросила в окно оборванные лепестки и потянулась за своим желе.
– А вы все едите и едите, – весело прозвучало за спиной магессы.
Сиелла обернулась и увидела промокшего насквозь Корвина. Немного подвинувшись, магистр помогла мальчишке забраться к ней на подоконник.
– Хочешь?
– Не-е-ет! – наморщил курносый нос мелкий пакостник. – Что это такое страшное?
– Страшное? – удивилась Сиелла и помешала желе ложкой. – По-моему, наоборот красивое. Прозрачное… зеленое и слегка дрожит…
– Фу! Все, теперь мне обед в рот не полезет, – возмутился Корвин. – Подозреваю, вы специально, чтобы сэкономить на мне харчи!
Сиелла рассмеялась. Слезы давно высохли. Рыжий негодник вызывал в ее душе десятки самых разных эмоций, но уныние в их число не входило.
– Почему ты не на уроке? – магесса придала своему голосу больше строгости.
Корвин жалобно засопел.
– Марион меня выгнал – я подбил Барику глаз…
Магистр не знала плакать ей или смеяться – Корвин, воспринявший ее советы всерьез, начал воплощать их в жизнь.
– Кстати, риэлла магистр, – оживился мальчишка, – вы в хранилище забыли свою книжку. Я не подозревал, что там есть секреты, и немного почитал. Я и не знал, что сильные эмоции мага могут влиять на природу. Вот, например, когда вы плачете, идет дождь! Но вы не бойтесь, я умею хранить секреты. Особенно чужие…
Корвин вытащил из-за пазухи «Дневник магистров» и протянул ошеломленной Сиелле.
Да, в те дни происходили не только грустные события. Она наконец-то обрела своего ученика,
Глава 8. Проводник смерти
Северная империя, Семиград,
28-й день пришествия Эвгуста Проклятого
Паланкин двигался медленно, и нас покачивало точно лодку на спокойных волнах. Не в силах сдержать своего ехидства я с умилением смотрела на Эвгуста. Маска скрывала выражение его лица, но вот эмоции спрятать удавалось не всегда.
– Что? Полагаешь, мне нужно было его прибить? – насмешливо произнес маг. – Избавление от этого чудика – мечта большей части обитателей дворца, но я вам не добрая колдунья из детских сказок, чтобы ее исполнять.
– Признайтесь, что боитесь обвинений в излишней жестокости, и я отстану, – увы, я не могла сдержать свой глупый язык, нарываясь на неприятности.
– Нет, не боюсь. Когда придет час, я залью все реками крови, – Эвгуст говорил полушутя-полусерьезно – и у меня пошел мороз по спине, – а сейчас слишком рано. Они меня боятся, но терпят. Когда страх перерастет в ужас, они начнут трепыхаться в тщетной попытке сбросить мое иго. Так всегда бывает с правлением тирана. Когда страх подданных достигает потолка, они идут на смерть лишь бы избавиться от монарха-монстра.
«Неплохая лекция по политологии. Слушай внимательно дядю, он научит тебя не только плохому».
«Грэм, помолчи, пожалуйста, ты мешаешь мне сосредоточиться».
«Хорошо, но не вздумай потом просить подсказать тебя невыученный урок».
– Почему вы говорите «они»? Вы не причисляете меня к числу недовольных запуганных поданных? Но ведь и я в паре шагов от обморока, стоит вам взглянуть на меня грозно?
– Ты со мной кокетничаешь, Эва? Не советую, – в голосе мага прозвучала насмешка. – Хочу, чтобы ты знала: я надеюсь найти в тебе потенциального союзника.
Я хмыкнула:
– Что-то не верю в такие союзы. Когда найдете настоящую принцессу, вы от меня избавитесь. Позвольте узнать, как продвигаются поиски?
– Никак. Будто ее и не существовало. Чего у Константина не отнять, так умения прятать концы в воду.
Я отвернулась к окну. Нас проносили по боковым ответвлениям главной улицы – самому короткому пути до храма Судьбы, нашей первой остановки. Незаметно для себя самой стала нервно теребить кончик широкого кожаного пояса, подобранного в тон к бежевому платью. Ради прогулки я оделась тепло и неброско.
– Мариэлла существует. Я видела ее, когда впервые считывала ауры и внешность, – признание далось нелегко, девушка, чьим двойником мне доводится быть, мне не безразлична. Но и не настолько дорога, чтобы упускать возможность завоевать благосклонность мага.
– Обнадеживает, но пока настоящей принцессы нет, ты исполняешь ее обязанности. Обещаю, если согласишься помочь мне добровольно, я награжу тебя по окончании нашего сотрудничества. Даю слово.
Ну-ну, слово – именно та гарантия, которая мне нужна. Чтобы я заняла чужое место, нужно больше, чем награда.