Принцесса огорошена
Шрифт:
– Ох, простите! – рассыпалась я. – Мне очень неудобно, что я отвлекаю ваше внимание, но обстоятельства… Вот мои документы.
Ида Ивановна долго разглядывала корку частного детектива, затем бросила ее на стол и уверенно заявила:
– Фальшивка. Обескураженная таким заявлением, я осторожно поинтересовалась:
– Вам часто приходится видеть удостоверения частных детективов?
– Слушайте, женщина, – менторским тоном обратилась ко мне дама. Для пущей важности она сняла очки и вытаращилась на меня исподлобья. – Говорите, зачем пришли, или не морочьте мне
– Э… э…
Борясь с искушением послать все подальше и гордо уйти, я судорожно соображала, как мне вести себя дальше.
– Думайте быстрее, или я охрану вызову, – велела начальница двадцать седьмого кабинета.
На счастье мой блуждающий, гневный взгляд упал на яркий, основательно зачитанный томик Орбениной. Разобрать удалось только подзаголовок: "Дело о разбитом сердце". Тактика получения сведений выстроилась сама собой.
– Ида Ивановна, – я плюхнулась на стул и всем корпусом подалась к начальнице. – Вы можете меня выставить вон, но знайте, что речь идет о судьбе одной женщины, которая… Которая отчаянно нуждается в помощи. В вашей помощи.
Я послала обалдевшей даме проникновенный взгляд. Вадим Соколов утверждает, что подобный жест всегда заставляет человека чувствовать себя индивидуально ответственным за что-то.
– Понимаете, – главное теперь не дать милейшей Идее Ивановне прийти в себя, – я сейчас веду очень и очень щепетильное дело. Муж моей клиентки украл у нее ребенка. Это ужасная история. Ужасная! Моя клиентка вышла замуж по горячей любви, за цыгана. Ни о чем не думала, родила девочку. Этот негодяй сказал ей, что хочет отвезти внучку к бабушке и дедушке в табор. Специально выбрал для этого такое время, чтобы моя клиентка не могла вместе с ним поехать. Теперь он скрылся и требует колоссальный выкуп! Мне уже почти удалось распутать это дело, я знаю, кому он передал ребенка и на каком поезде его перевозили!
Нужно узнать только еще одно имя. Это женщина, тоже цыганка, которой девочку отдали, чтобы сбить с толку следствие. Я знаю, что вы можете помочь. В вашей базе данных ведь хранится информация обо всех пассажирах, приобретавших билеты в кассах? Ида Ивановна поджала губы, постучала пухлыми пальцами по столу, задумчиво посмотрела на свои огромные старомодные кольца с рубинами. Потом вздохнула и нравоучительно произнесла:
– Головой надо думать, за кого замуж выходишь. Вот так всегда, наворотят дел, потом другим расхлебывать.
– Ида Ивановна! – я спластилинила на лице немой укор. – Но девочка чем виновата? Ей всего пять лет! Неужели из-за глупости матери надо обречь ребенка на страдания и лишения? Вы ведь знаете, как живут цыгане…
– Невозможно, – тихим жестким голосом ответила фея железной дороги. – Такие сведения выдаются только по специальному разрешению.
Ида Ивановна выжидающе сложила руки и уставилась на меня красными от гипертонии, немигающими глазами.
– Так бы сразу и сказали, – пробурчала я и полезла за кошельком. – Вот.
Ида Ивановна выгнула губы подковой, глядя на три зеленые бумажки.
– Дамочка, ваша клиентка хотя бы представляет, на какой
– Нет, не представляет, – ответила я, вытаскивая из кошелька еще три бумажки. – Может быть, такой?
– Почти, – кивнула Ида Ивановна и показала мне два пальца.
Добавив еще двести долларов, я получила разрешение на спецдопуск к железнодорожным анналам.
– Дата, номер поезда и маршрут, – спросила услужливая дама, сразу перейдя на деловитый, уверенный тон и повернувшись к компьютеру. Бумажки она предусмотрительно заперла в ящике стола.
– Восемнадцатое сентября, номер поезда не знаю, маршрут "Москва-Чебоксары-Йошкар-Ола", – четко ответила я. – Меня интересуют две пассажирки, бравшие билеты на этот поезд. Фамилия одной – Жемчужная, второй – Агалаева. Надо выяснить, кто ехал с ними в одном купе.
Толстые, морщинистые пальцы, унизанные допотопными ювелирными изделиями, быстро нажимали клавиши.
– Четверо пассажиров, – произнесла Ида Ивановна через некоторое время. – Записывайте. Роза Жемчужная, паспорт серия IV-АК, № 567392, Жанна Агалаева, паспорт серия V-АИ, № 459835, Олег Корсаков, паспорт IV-AK, № 986243, Ольга Колесникова, паспорт VI-AH, № 924343.
– Есть, – радостно прошептала я. – Спасибо!
– Пожалуйста, – с чувством выполненного долга вздохнула Ида Ивановна.
ДЕНЬГИ В КАССЫ, ТАЙНЫ В МАССЫ
Я неслась к машине, как на пожар. Николай Иванович даже отпрянул назад, когда я грохнулась на водительское место.
– Ну что? – спросил он, откладывая каталог "Квартиры и дачи".
– Они все подстроили! – заорала я. – Им все было известно с самого начала!
– Что подстроили? – не понял Николай Иванович. – Ты что узнала?
– Угадай, кто был попутчиками Жемчужной и Агалаевой на том поезде?! – заорала я.
– Ну? Не томи! – сердито крикнул Николай Иванович.
– Ольга Колесникова и Олег Корсаков!
Младший детектив Яретенко задумался, почесал затылок, вытер лысину, тяжело вздохнул и спросил:
– И что теперь?
Я поглядела на часы. Самолет Ефрема Жемчужного и Розы только что взмыл в небо и взял курс на солнечную Испанию. Потребовать их ареста на испанской границе только на основании того, что они ехали в одном купе с Корсаковым и Колесниковой, невозможно. Мало ли как они там оказались? Гораздо сильнее меня занимал сейчас другой вопрос.
– Коля, а ты хорошо рассмотрел тело, которое нашли в лесу?
– Да, такое не забывается, – фыркнул помощник, – мне оно потом еще дня два в кошмарных снах являлось!
– Ты уверен, что вы нашли цыганку? – спросила я.
– Уверен, а что? – не понял Николай Иванович.
– Возможно, это тело Ольги Колесниковой!
Младший детектив Яретенко насупился.
– Да ну, Сашка, тебе втемяшилось в голову, вот ты и притягиваешь за уши все к одному и тому же. Надули, надули… Подумаешь, ехали в одном и том же купе. Мало ли! Может быть, это Агалаева их вызвала…