Принцесса и арбалет
Шрифт:
Гадюка держится на хвосте и ведет массированный огонь. У него хоть и не мой арбалет, но тоже магическое оружие. Пару сотен стрел в наличии имеется. Или больше. Обычный многомерный колчан. Ты их оттуда тянешь, они остаются. Нет уж, у меня более совершенная система – у меня они сразу на арбалетное ложе укладываются.
Отстреливаюсь. С воплями на таран летит Негр – Ив резко бросает машину к земле, инвалид пролетает над нами. Вопит, молотком машет. Гадюка отстает, но быстро набирает темп – сумеречные крылья дают ему почти двойное преимущество в скорости.
Черт, сразу три стрелы пробили
Есть! Первое попадание – мой арбалетный болт процарапывает ему плечо. Толку мало – такой раной Гадюку не испугаешь, но моральное удовлетворение огромное. Воспользовавшись небольшой форой во времени, направляемся в сторону леса.
Нас опять нагоняет Негр. По прежнему вопит. У самой кромки деревьев резко взмываем вверх. Меня чернокожий чувствует хорошо, а вот деревья – не очень. Врезается, проламывает своей головой просеку. Жаль, что голова крепкая – пошатываясь и стоная, снова идет на взлет.
Ив сообщает плохую новость – заряд пружин почти исчерпан. Еще пару минут, и придется переходить исключительно на ручную тягу – а это значит полную потерю маневренности. Плохо, тем более Гадюка опять на хвосте. Ведем друг в друга прицельный огонь. Одна стрела попадает в меня, отбивается силовым щитом, отскакивает. Крылан опять матерится. Пытаюсь попасть – не очень получается. На ходу придумывать систему самонаведения нет времени.
Опять Негр – ну все, он меня уже достал. Отталкивает только что пристрелявшегося Гадюку – ну конечно, ему воздуха мало. По прежнему вопит! Ну что, господин хороший, сам заслужил.
Мне в голову приходит оригинальная идея – спешу проверить. Против людей такое бесполезно, а вдруг против ангела поможет? Арбалет – штука хорошая, на любом уровне Сумрака сам собой остается. Этим и воспользуемся.
Подпускаем Негра поближе, чтоб не промахнуться. Захожу в Сумрак. Прицеливаюсь. Тремя точными ударами разрываю его правое крыло. Еще два болта – левое крыло бывшего ангела превращается в тряпку.
Выхожу из Сумрака. Наблюдаю, как до сих пор вопящий «афроамериканец» черным камнем летит к земле. Долетался, голубчик! Высота метров двадцать – жаль, не разобьется. Крыланы – существа живучие. Безногий, безглазый, лишенный крыльев, с одной рукой… Другой бы на моем месте уже списал его со счетов – но не я. Кто этих крыланов знает, вдруг они регенерировать умеют… Пока самолично врага не убью – не успокоюсь.
Гадюка опять на хвосте. Он хорошо видел, что произошло с его собратом. Сделал выводы. Близко не подлетает – ведет огонь с приличной дистанции. Уходим на бреющем полете.
Результативность моей стрельбы по Гадюке оставляет желать лучшего. Самолет трясет. Я сижу не в удобном кресле стрелка-радиста, а в ящике для багажа. О стенки меня уже столько раз било, что и не сосчитать. Синяки – мелочь, на них внимания не обращаю. А вот что я пару раз едва не выпал – это уже не хорошо.
Лечу задом наперед – в затылок
Входим в азарт. Давно вошли – я уже ничего не вижу и не слышу. Ив что-то мне кричит – без разницы. Гадюка тоже. Но я попаду в этого гада! Пользуюсь магией – теперь каждая вторая стрела у меня трассирующая. Впервые чувствую слишком низкую скорострельность. Мне бы станковый пулемет, а лучше – что-нибудь противовоздушное. Чтоб выстрелов девятьсот в минуту. Палец уже болит на спусковой крючок арбалета давить.
Трассировка не помогает. Теперь крылан тоже видит, куда я стреляю, и успевает оперативно увернуться. Ас косоглаз! Магию жалко – отключаю. Пробую на ходу в стрелы добавить самонаведение – как я и думал, ничего не выходит. Тут бы посидеть пару часиков с чашкой чая над книжками, поработать. Придумал бы что-нибудь. Может быть.
Самолет ложится на правый бок и медленно начинает заваливаться. Смотрю – полностью раздроблен стабилизатор правого крыла. Ив пытается выровнять машину – выходит, но плохо. Гадюка доволен, но ближе не подлетает – продолжает с воздуха свое черное дело. Уже настропалился – стрелы так и свистят у виска. На всякий случай готовлю двойное заклинание левитации. Пока не активирую – в невесомом состоянии не очень удобно стрелять. Начнем падать – тогда и буду.
Каким-то чудом Ив выравнивает машину – это ненадолго. Кто-то воет. Упс, похоже, рикошетом от крыла одна из стрел Гадюки задела Ива. Хорошо, что не глубоко – воет, но машину ведет.
Попадаем в зону турбулентности. Воздушные ямы – нас трясет, Гадюке пофиг. Ну еще бы! Его сумеречные крылья держат, какое ему дело до перепадов давления атмосферы и восходящих теплых потоков.
Трясет так, что прицелиться не могу. И потому, что логично, совершенно случайно пробиваю болтом его голеностопный сустав. И этот воет – все сегодня воют. А не воют – так матерятся.
Вырываемся из зоны турбулентности. Машина теряет всякий контроль – еще не камнем, но уверенно «планирует» к земле. Штурвал Ива не слушается. Педали крутятся вхолостую. Наш с Гадюкой азарт сменяется боевым безумием. Вопим, стреляем друг в друга. Я мажу. Крылан – нет, ангелы быстрее собак обучаются, уже понял, что да как. Стреляет в князя и в самолет. У последнего что-то отваливается, мне в затылок больно бьет что-то тяжелое. Судя по гневным звукам, Ив пока жив. Жив пока Ив.
Крылан улыбается – чувствует, что в этот раз свастику на его борту будут рисовать. Улыбается – но не долго. Одна, вторая, третья – летящие с земли стрелы пробивают тело Гадюки. Падает. Мы тоже падаем. На ходу активизирую заклинание левитации. Зависаем с Ивом в воздухе. Наблюдаю.
С земли по крылану прицельно бьет пять взводов королевской армии. Для бывалых охотников, рекхтаров на лету сбивающих, это – не цель. Большой летающий человек с змеиной физиономией имеет большую эффективную площадь, чем маленький летающий крокодил.