Принц для Полины

Соседова Маргарита

– Сначала нужно нам обоим развестись, – заметила Роза, что на самом деле означало: «Я согласна!»

Спустя несколько дней влюбленные стали любовниками. Это произошло дома у Петрова, в однокомнатной и запущенной квартирке. Таисия переехала в общежитие, и Родион несколько месяцев жил один. Перед свиданием мужчина навел в своей берлоге марафет, ему казалось, что все вокруг разительно изменилось и заблестело. Но как только Роза зашла в квартиру, моментально оценила масштаб трагедии. В нос женщине ударил специфический запах одинокого мужчины – одеколона «Саши» вперемешку с ароматами несвежего белья и какой-то

пищи.

Но идти на попятную или хотя бы проветрить помещение женщина не успела: Родион, как пиявка, впился в нее практически с порога. Страсть, с которой он набросился на нее, унесла Розу в запредельные дали. Женщина отдалась, не успев испытать муки совести или хотя бы стыда. А Родион, добравшись наконец до запретного плода, любил Розу со всей неистовостью, на которую был способен. Правда, сам процесс занимал у него всего пару-тройку минут, но женщина и этому была рада. Она любима!

***

На следующий день Родион уехал на гастроли. В разлуке с любимой актер страдал, а когда вернулся спустя два месяца, Роза сообщила, что беременна. Хрупкое счастье едва не разрушила врач-гинеколог по фамилии Старикова. Маленькая и сморщенная старушка с трясущейся и западающей на бок головой, определила беременности Розы свой собственный срок – 3 месяца.

– Этого не может быть! – оторопела женщина.

– Ой, мне ли не знать, голубушка, – ответила врач, записывая в амбулаторную карту что-то кривым и непонятным почерком.

У Розы на глаза выступили слезы. Что же она скажет Родиону?!

– Ты ведь замужем? – поинтересовалась Старикова.

– Ну да, – согласилась женщина.

– Тогда чего так беспокоишься? – недоверчиво посмотрела на пациентку медик.

Бедной Розе пришлось согласиться с диагнозом, не могла же она рассказать про Виктора и Родиона. Такие отношения были страшным позором для советской женщины!

Домой Роза шла как в тумане. Женщину пугала неизвестность. Беременность обрушилась как снег на голову, и это после одной ночи.

Прям как в пьесе какой-то!

А что если Родион не поверит и бросит ее? И останется Роза уже с двумя детьми: без образования и мужа. Тут женщина вспомнила про Виктора, и ее стошнило прямо на улице.

Но Родион поверил. Даже посмеялся, когда Роза изобразила гинеколога с повернутой на бок головой. Влюбленные твердо решили развестись со своими супругами, но неожиданно возникла новая проблема – запротестовал инженер.

– О разводе мне на работу сообщат! – возмутился Виктор. – Ты что, хочешь ребенка без отца оставить?!

– А разве ты отец? – усмехнулась Роза, но убедить мужа ей не удалось.

Тогда к нему отправился Родион. Мужчины всю ночь пили горькую, а под утро Родик дал поэту в глаз. Во избежание повторных визитов Виктор согласился, но только с одним условием – все расходы возьмет на себя Петров. В те годы размер госпошлины определял суд, и учитывая, что у Розы был ребенок, а у Родика рушился второй брак, две пошлины в казну обошлись им в 150 рублей. Это были две зарплаты Петрова! И даже с гаком. Родион назанимал денег у всего города, и к зиме влюбленные подали долгожданное заявление. Веселой и шумной свадьбы у них не было. Родик тогда лежал в больнице с профессиональным заболеванием всех ведущих – катаральной ангиной, поэтому появился в ЗАГСе ровно на пять минут, расписался в акте, чмокнул

невесту и убежал обратно. А Роза пошла домой одна.

Одна она оставалась теперь часто. Все выходные и праздники Родик работал. А когда находился дома, то жаждал тишины и покоя, а от него требовали другого. Розе нужна была страсть, Тамарке – бесконечные игры и развлечения. Но вечный болтун и юморист Родион Матвеевич в домашних условиях оказался совсем другим человеком: тихим и малоразговорчивым. Хотя девчонок своих любил и постоянно баловал.

Полинка родилась точно в срок, определенный матерью. Когда лечащий врач в роддоме изучала карту роженицы и наткнулась на запись Стариковой, не удержалась и покрутила пальцем у виска. Особые диагнозы бабушки-гинеколога в городе были хорошо известны.

Как только Родион взял в руки сверток с дочерью, прежняя жизнь вольного актера приказала долго жить. Началась новая – отцовская. Впервые за несколько лет Петров оформил полный отпуск и растворился в человечке, которого сам и создал.

Красная сморщенная мордашка казалась ему красивее всех на свете.

Первые дни жизни своей драгоценной Полины Родик провел возле детской кроватки: слушал дыхание и трогательно реагировал на любой издаваемый дочерью звук.

У Польки появились нежные прозвища: «Пупунечка», «Колобочек», «Лялюшка» и даже «Полячок».

Родион сам купал дочь и отважно промокал зеленкой медленно заживающий пупок на крошечном тельце. А потом показывал малышке детские книжки с картинками, пел колыбельные и отказывался верить жене, что новорожденные ничего не слышат и видят все вверх ногами.

– Она понимает, – не сдавался Родик. – Ты только посмотри, какой осмысленный и мудрый взгляд!

Роза наблюдала за сумасшествием мужа с улыбкой. Инженер Виктор с Томкой никогда так не возился, а у самой женщины вообще отца никогда рядом не было. И помимо радости в душе Розы неожиданно поселилась крошечная ревность, маленькая, с игольное ушко.

Отпуск счастливого отца закончился, и глава семейства вышел на работу. Девчонки купались в Родионовской любви, но так уж устроен человек, ему всегда чего-то не хватает. Роза стала частенько злиться и по началу не могла понять причину своей злости.

– Ты просто устала, милая, – прижимал ее к груди муж. Поначалу женщина верила и успокаивалась. Но проходило время, и все начиналось снова.

Тамарка росла подвижным и активным ребенком. Она с удовольствием ходила с Родионом на лыжах, а летом участвовала во всех спортивных праздниках в парке. Полинка же была другой. Белокурая, с белесыми бровями и такими же ресницами девочка постоянно витала в облаках, чем ужасно раздражала конкретную и деятельную мать. Полячок могла часами листать любимые книги, не поднимаясь с места. Чтение она обожала.

Когда у отца выдавались свободные дни, он брал обеих девочек и уходил из дома. Втроем они ходили в кино, в гости, в лес. Мужчина поступал так, чтобы Розалия (так он называл жену в минуты недолгой страсти) могла отдохнуть и успокоиться. После вторых родов Роза располнела. И за это она начала себя изводить. Родион пытался пробиться к жене, утверждал, что она по-прежнему хороша и желанна. Но эти доводы заглушались камнепадом Розочкиных причитаний.

– Я толстая и несчастная! – уверилась женщина, и никто не мог ее переубедить.