Приманка
Шрифт:
Ноэль отказался от травки.
— Что ты там говорил? Продемонстрировать меня?
— Придется заняться этим завтра. Я хочу, чтобы народ тебя действительно рассмотрел. В баре они, конечно, тебя увидят. Но некоторые не ходят в бары. Я хочу, чтобы тебя увидели все. Все. Так что, завтра или послезавтра, мы устроим небольшую прогулку. Наденешь эти же самые штаны, слышишь? Пройдемся по Шестой Авеню и Восьмой улице до Кристофер-стрит, заглянем там в пару мест, и дальше вниз до пирса. На Кристофер все «пасутся».
— Ищут сексуальных партнеров?
— Да что угодно, — сказал Вега, потом вдруг,
— Я не был уверен.
— Услышишь ещё какое-нибудь слово, насчет которого не будешь уверен, спросишь меня. Но только не на людях, слышишь?
Машина остановилась на светофоре. Ноэль чувствовал досаду и раздражение на Вегу.
— Я тебе неприятен, да? — спросил он.
Вега дымил косяком, отвернувшись к окну, так что его слова прозвучали тихо, почти глухо.
— Мне всё равно.
— Тогда почему ты обращаешься со мной, как с придурком?
— Ты хочешь остаться в живых? Тогда слушай меня. Понял?
— Или дело в том, что я не полицейский? — спросил Ноэль, понижая голос на последнем слове так, что его едва можно было расслышать. — В этом дело?
— Что-то в этом роде, — признал Вега.
— Ну, об этом не беспокойся. Я профессионал, мистер Вега. Может быть, не в вашем деле, но в своем собственном. Я могу о себе позаботиться. Очевидно, Рыбак знал, что делает. Нет?
— Может быть, — сказал Вега без всякого убеждения в голосе. — Здесь, — сказал он громче, постучав в окно между ними и шофером.
Ноэль позволил Веге заплатить за такси и попререкаться с таксистом насчет расписки — без сомнения, Управление полиции потом возместит все расходы. Тем временем он разглядывал бар и его окрестности.
«Хватка» располагалась в конце квартала, выходящего на эстакаду Вест-сайдского шоссе и ряды громадных подвижных прицепов, припаркованных под закрытой дорогой, в одноэтажном здании, отштукатуренном вплоть до закрашенных или затененных окон. В бар вели два входа: большая двустворчатая дверь в центре и одна створка на углу. Обе двери были выкрашены в черный цвет, на обеих имелось маленькое окошко, прорезанное на уровне глаз. Над большой дверью красовалась доска в деревенском стиле с выжженными на ней буквами, а под ней — грубо намалеванный кулак в черной кожаной перчатке, сжимающий белый предмет цилиндрической формы, концы которого тянулись от верхнего до нижнего края вывески. Сперва Ноэль подумал, что это диплом. Секундой позже до него дошло, что, наверное, это должно было изображать пенис. «Привыкай», — сказал он себе.
На улице был ещё один бар, поменьше, и заколоченное четырехэтажное здание, в котором когда-то, возможно, располагался склад. Рядом с «Хваткой» находился магазинчик без вывески. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, почему в ней нет нужды. Две витрины по обе стороны от двери заполняли кожаные вещи: полные комплекты мужской одежды, от ботинок до закрывающих лицо масок, перчаток, белья и штанов с вырезанными передними и задними вставками. Кроме того, в витринах были выставлены секс-игрушки всех возможных форм и назначений: искусственные фаллосы всех цветов и размеров, ребристые и гладкие, разнообразные презервативы, кожаные плети, наручники, носовые платки, футболки с непристойными картинками. Над
— Пошли, — фыркнул Вега, выпихивая Ноэля из машины. Очутившись на улице, прибавил: — Придурок черномазый, имя свое написать не может. — Проследив взгляд Ноэля, прикованный к секс-магазину, он сказал: — Тебе надо туда зайти, чего там только нет, ты не поверишь. Купишь себе пару колец [12] и другие причиндалы.
Он вошел в «Хватку», Ноэль последовал за ним.
Внутри было темно и висел затхлый запах, характерный для большинства питейных заведений, в которых ему доводилось бывать; воздух пульсировал в беспрерывном и монотонном ритме рок-музыки, льющейся из невидимых с первого взгляда колонок.
12
Имеются в виду кольца, надеваемые на основание полового члена, чтобы усилить и продлить эрекцию.
Вега подошел к гигантской стойке начала века, огибающей первый зал «Хватки» и уходящей во второй неглубокой подковой. Ноэль присоединился к нему, завидуя той легкости, с которой он двигался, несмотря на тесные джинсы. Похоже, они пришли довольно рано. Лумис говорил, что в «Хватке» всегда полно народу, но сейчас в баре было всего полдюжины мужчин. Один из них, кудрявый, похожий на испанца парень наблюдал за ними от самой двери.
— Эй, Мигель! — громко и дразняще позвал Вега, подходя к нему, — что это у тебя на уме, а, малыш?
Мигель уставился на Ноэля твердым, почти мертвым взглядом, потом тихо заговорил о чем-то с Вегой. Взгляд напугал Ноэля. Может, это один из наемных убийц мистера Икс? Или Ноэль просто показался ему интересным? В любом случае, Ноэлю Мигель не понравился, и он предпочел держаться от него на расстоянии.
Из соседней комнаты внезапно появился бармен и подошел к Ноэлю. Его взгляд был гораздо откровеннее, чем взгляд Мигеля; он коснулся кончиком языка уголка губ и медленно прошелся глазами сверху вниз по телу Ноэля.
— Что я могу вам предложить? — спросил он, чуть-чуть растягивая слова в неопределенном акценте.
Вега оторвался от своего разговора ровно на секунду, только чтобы обернуться и сказать:
— Это тот парень, о котором я тебе говорил. Ноэль Каммингс. А это Рик Чаффи.
Ноэль протянул руку; Чаффи поколебался, а потом ответил открытым небрежным пожатием в стиле шестидесятых.
— А я-то гадал, почему Бадди тебя так расхваливает, — сказал он, удерживая руку Ноэля. — Теперь вижу.
— Рик управляющий, — небрежно сказал Вега и скрылся в маленьком зале.
— Что-нибудь выпьешь? — предложил Чаффи, упирая в Ноэля раздумчивый, змеиный взгляд. В отличие от взгляда Мигеля, впрочем, в нем невозможно было ошибиться. Сколько раз Ноэль видел его в глазах мужчины, встретившего женщину; он называл это взгляд оценивающим — насколько хороша она будет в постели? Что она будет делать? Что я могу сделать такого, чтобы у неё сорвало крышу? Ноэль медленно высвободил руку и оглядел бутылки на задней полке бара.