Прима

Хенсли Альта

— Ты замешана в чем-то незаконном? — спросила Джуди.

— Нет, ничего подобного… по крайней мере, не напрямую, — ответила я, размышляя о том, сколько степеней разделения необходимо, чтобы остаться незатронутой чужими преступлениями.

Джуди налила третий стакан чая и устроилась на стуле рядом с моей бабушкой. — Тогда, может быть, пройдем по этому мосту, пока не доберемся до цели.

Я рассказала в сокращенном и убористом виде историю, которую рассказывала Алексею несколько ночей назад. По мере того как я говорила, бабушка стала протягивать руку и гладить меня по руке, по волосам, нежными прикосновениями как бы заверяя меня, что

со мной все в порядке, или уверяя, что я все еще с ней, а не вернулась в тот ад, где я когда-то жила.

— Я думала, что все налаживается, что все закончилось. Несмотря на то, что это было четыре года назад, за последние несколько месяцев я впервые по-настоящему поверила, что все начинается с чистого листа, что у нас есть новое начало, которое действительно может куда-то привести, — сказала я, закончив рассказ. — Я снова танцую и…

— Меня приняли на испытания препарата, — вклинилась бабушка. Когда я, задыхаясь, подняла глаза, она одарила меня самой лучшей улыбкой, на которую была способна в данный момент, ее серебристые локоны покачивались, когда она кивала головой слишком энергично, словно желая убедить меня, что в ее мире все в порядке. — Итак, вопрос только в том, что мы будем делать, чтобы этот ублюдок больше никогда не появился в твоей жизни.

— А ты не можешь позвонить в полицию. Получить запрет или что-то в этом роде? — спросила Джуди.

— Это ничего не даст, — сказала я, покачав головой. — Это все вещи, о которых заботятся законопослушные граждане. То, что позволяет спокойно спать по ночам. Мир братвы… мафии… не такой. Они живут по одним правилам, и именно они их устанавливают. — Я сделала паузу, в голове пронеслись отрывки разговоров, которые я подслушала, пока была с Николаем, и я вздрогнула. — И они же их исполняют.

Поставив бокал на поднос, я встала и, обхватив руками туловище, начала расхаживать по комнате.

— Должно быть что-то, что можно сделать. Никто не заслуживает того, чтобы жить в страхе. Это Америка, ради Бога, а не…

— Россия? — предложила моя бабушка, когда Джуди резко замолчала. Когда сиделка кивнула с немного смущенным видом, она продолжила: — Злые люди были среди нас с самого начала времен. Неважно, где они живут и как их клубы называются. Неважно, носят ли они униформу со знаками отличия, вселяющими страх в сердца людей, или ходят в костюмах, сшитых на заказ за тысячи долларов. Разденьте их догола, как в тот день, когда они с криком явились в этот мир, и они все равно останутся злом.

— Неужели ты думаешь, что он собирается вернуться? — спросила Джуди.

— Я не думаю, я знаю, — сказала я, стоя на своем месте и глядя в окно, словно ожидая увидеть его серебристую машину, проносящуюся по улице.

— Тогда, я думаю, вам обоим стоит остаться у меня, — сказала Джуди, и я повернулся, чтобы улыбнуться ей.

— Это очень мило с твоей стороны, но нет, — сказала я, поднимая руку, когда она начала протестовать. — Я не хочу показаться грубой. Это очень доброе, очень щедрое предложение, но, Джуди, это не то же самое, что пытаться спрятаться от разъяренного бывшего. Как только я вошла и увидела Николая, стоящего в моем доме, я поняла, что нет такого места на земле, где бы он меня не нашел. — Подойдя к бабушке, я опустилась на колени возле ее кресла и снова взяла ее за руку. — Бабушка, ты должна…

— Никуда я не поеду, — сказала Ольга, голос ее стал тверже, чем раньше. — Я слишком долго жила, чтобы позволить какому-то мужчине отпугнуть меня от моего…

от нашего дома. Ты гораздо сильнее, чем была четыре года назад, и тебе все равно удалось уйти. И на этот раз ты не будешь одна.

— Я люблю тебя всем сердцем, но я не позволю тебе подвергать себя опасности из-за…

— Я говорю не о себе, дитя, я говорю о мужчине, который завоевал твое сердце.

Не успела она договорить, как я уже качала головой. Ни за что на свете я не позволю Алеку окунуть хоть один палец в бурлящий котел злого варева Николая. Алексей был хорошим человеком. Может быть, у него и была своя извращенная, грязная сторона, но сердце его было чисто, как выпавший снег, и я намеревалась сохранить его таким. Тем не менее, мне не хотелось вступать в спор с моей бабушкой.

— Может быть, я слишком остро реагирую. В конце концов, Николай уехал, когда я его попросила. Может быть, он переосмыслил свою жизнь и…

— А может, он из задницы радугу выдувает, — сказала Ольга, закатив глаза. — Дорогая, у леопардов пятна не меняются.

Я не смогла удержаться. Кто бы не рассмеялся, когда восьмидесятипятилетняя женщина в мгновение ока переходит от радуги к опасному леопарду? Джуди тоже улыбалась, и я решила, что это подходящий момент для объявления перерыва.

— Хорошо, но пока давайте поговорим о другом. Расскажи мне, что именно сказал доктор. — Вернувшись на пуфик, я налила всем нам еще по чашке чая и слушала, как Ба и Джуди рассказывали о том, что анализы моей бабушки показали, что она может участвовать в испытаниях новейших лекарств, которые помогут ей избавиться от мучительной боли, вызванной артритом.

— Это самая лучшая новость, которую я слышала за последнее время, — радостно сказала я, вкладывая в каждое слово смысл.

Планы, которые я строила ранее, были мгновенно перечеркнуты присутствием Николая, но я вдруг поняла, что это самое худшее, что я могла сделать. Я много лет боялась, что этот человек может сделать… возможно, потому, что знала, что он может и хочет совершить. Но, как говорила моя бабушка, я изменилась.

Теперь я была сильнее. Если дело дойдет до драки, я не собираюсь уходить. Я буду бороться.

Встав, я хлопнула в ладоши. — Мы идем праздновать.

— Праздновать?

— Да, праздновать, — твердо сказала я. — Ты станешь звездным пациентом в этом клиническом испытании, и мы собираемся отпраздновать подарок, который нам преподнесли.

— Ну, если так рассуждать, — неуверенно произнесла Ольга, хотя глаза ее мгновенно просветлели, и она села на стул ровнее. — Куда мы идем?

— Я приглашаю тебя на ужин, но сначала я подумала, что ты захочешь увидеть балет Волкова. — Я улыбнулась, зная, как она любит балет и все, что с ним связано. — Посмотришь, куда я убегаю каждый день, а после я отведу тебя к Джонни Редсу. — Конечно, это был не самый шикарный и не самый дорогой ресторан, но он был любимым для моей бабушки, и я была рада порадовать ее чем-то вкусненьким.

— Звучит замечательно. — Ольга счастливо улыбнулась. — Спасибо.

Я повернулась к Джуди. — Пожалуйста, поехали с нами.

— Я бы с удовольствием, но у меня сегодня вечером книжный клуб, — сказала она.

Я могла бы подумать, что это просто отговорка и, возможно, она уже начала отдаляться от нас, и я, конечно, не стала бы ее винить. Однако я знала, что они с бабушкой часто часами обсуждали прочитанные книги, обе они были библиофилами до мозга костей.

— Может быть, в следующий раз? — спросила я.