Прилив
Шрифт:
– Деревня тебе на пользу, девочка. Ты ведь знаешь, что в Лондоне тебе становится хуже.
– Это было, когда его бомбили… – Розалин задрожала и закрыла глаза. – Я никогда этого не забуду…
– Еще как забудешь! – Дэвид осторожно взял ее за плечи и слегка встряхнул. – Выбрось это из головы, Розалин. Ты была контужена, но теперь все кончено. Бомб больше нет. Не думай о них. Доктор сказал, что сельская жизнь и деревенский воздух пойдут тебе на пользу. Вот почему я держу тебя подальше от Лондона.
– В самом деле? А я подумала…
– Что ты подумала?
– Что
– Из-за нее?
– Ты знаешь, о ком я. О той девушке, которая служила в армии.
Лицо Дэвида внезапно стало суровым.
– Линн Марчмонт?
– Она что-то значит для тебя, Дэвид?
– Линн – невеста этого тупоголового бычка, Роули.
– Я видела, как ты разговаривал с ней тем вечером.
– Ради бога, Розалин…
– И ты ведь встречался с ней после этого, не так ли?
– Я столкнулся с ней возле фермы однажды утром, когда ездил верхом.
– И будешь сталкиваться снова.
– Конечно, буду! Это крошечная деревушка. Тут шагу нельзя ступить, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из Клоудов. Но если ты думаешь, что я влюбился в Линн Марчмонт, то ты ошибаешься. Она заносчивая и неприятная девица со злым языком. Пускай Роули с ней справляется. Нет, Розалин, она не в моем вкусе.
– Ты уверен, Дэвид? – с сомнением спросила девушка.
– Конечно, уверен.
– Я знаю, ты не любишь, когда я гадаю на картах, – робко проговорила Розалин. – Но они говорят правду. Карты сказали, что девушка, приехавшая из-за моря, принесет нам несчастье. Потом в нашу жизнь войдет незнакомый брюнет – он тоже грозит бедой. Еще выпала карта, означающая смерть, и…
– Ох уж эти мне незнакомые брюнеты! – Дэвид рассмеялся. – Советую тебе держаться от них подальше. Сколько же в тебе суеверий! – Продолжая смеяться, он направился к двери, но, выйдя из дома, нахмурился и пробормотал: – Черт бы тебя побрал, Линн! Вернулась из-за моря и расстроила все планы. – Дэвид понимал, что намеренно идет туда, где надеялся встретить девушку, которую только что проклинал.
Розалин наблюдала, как он шагал по саду к калитке, выходящей на дорожку через поле. Потом она поднялась к себе в спальню и стала перебирать одежду в гардеробе. Ей нравилось трогать новое норковое манто – она и представить себе не могла, что у нее когда-нибудь будет такое. Розалин все еще была в спальне, когда горничная сообщила, что пришла миссис Марчмонт.
Адела сидела в гостиной, поджав губы. Ее сердце колотилось вдвое быстрее обычного. Она уже несколько дней пыталась заставить себя обратиться за помощью к Розалин, но со свойственной ей нерешительностью откладывала этот момент. А еще ее удерживало то, что отношение Линн внезапно изменилось. Теперь она категорически возражала против того, чтобы ее мать просила взаймы у вдовы Гордона.
Однако очередное письмо от управляющего банком, пришедшее этим утром, побудило миссис Марчмонт к решительным действиям. Больше мешкать было нельзя. Линн рано ушла из дому, и миссис Марчмонт видела идущего по полю
Тем не менее миссис Марчмонт ужасно нервничала, ожидая в солнечной гостиной. Впрочем, ей стало немного легче, когда вошла Розалин, выглядевшая, как показалось миссис Марчмонт, еще более «полоумной», чем обычно. «Интересно, – подумала она, – это у нее после бомбежки или она всегда была такой?»
– Д-доброе утро, – запинаясь, поздоровалась Розалин. – Пожалуйста, садитесь.
– Какой прекрасный день, – отозвалась Адела. – Взошли все мои ранние тюльпаны. А ваши?
Девушка рассеянно посмотрела на нее:
– Не знаю.
«Как вести себя с человеком, – думала миссис Марчмонт, – с которым нельзя говорить ни о садоводстве, ни о собаках – опорных пунктах всех сельских бесед?»
– Конечно, – заметила она, не сумев удержаться от язвительных ноток, – у вас так много садовников. Они за всем следят.
– Старый Маллард говорит, что ему нужны еще два помощника. Но рабочих рук по-прежнему не хватает.
Казалось, это ребенок повторяет слова, которые слышал от взрослых.
Она и впрямь походила на ребенка. «Не в этом ли, – думала Адела, – заключается ее очарование? Не это ли привлекало проницательного бизнесмена Гордона Клоуда, сделав его слепым к ее глупости и отсутствию воспитания? Едва ли все дело было только во внешности. В конце концов, много красивых женщин безуспешно добивались его внимания».
Но детская наивность могла привлечь шестидесятидвухлетнего мужчину. Была ли эта наивность подлинной или это всего лишь поза, оказавшаяся прибыльной и ставшая ее второй натурой?
– Боюсь, Дэвида сейчас нет… – сообщила Розалин. Это привело в чувство миссис Марчмонт. Не следует упускать шанс – ведь Дэвид может вернуться. Слова застревали у нее в горле, но она заставила себя их произнести:
– Не могли бы вы мне помочь?
– Помочь? – Розалин выглядела удивленной и озадаченной.
– Понимаете… все очень осложнилось… Смерть Гордона многое изменила для всех нас…
«Что ты пялишься на меня, как идиотка? – с тоской подумала миссис Марчмонт. – Ты отлично знаешь, что я имею в виду! В конце концов, ты сама была бедной…»
В этот момент она искренне ненавидела Розалин. Ненавидела за то, что ей, Аделе Марчмонт, приходится сидеть здесь и выклянчивать деньги. Как же это нелегко!
Буквально за минуту ей вспомнились долгие часы беспокойных размышлений и неопределенных планов. Продать «Белый дом»? Но куда ей переехать? Ведь приобрести маленький, а тем более дешевый дом невозможно. Принимать у себя постояльцев? Но прислугу не сыщешь днем с огнем, а она в одиночку не справится с хозяйством и стряпней. Если бы ей помогала Линн – но Линн собирается замуж за Роули. Жить с Линн и Роули? Нет, она никогда на это не пойдет! Найти работу? Но какую? Кому нужна утомленная пожилая женщина, не имеющая специального образования?