Приличной женщине нельзя...
Шрифт:
— Эй! — возмутилась я. — Я задала вопрос!
Он мотнул головой, отбрасывая отяжелевшую от налипшего снега челку в сторону.
— А почему у тебя мужа нет?
— Не хочу. Мне и так хорошо.
Мы пробирались какими-то задворками — узкий проход вдоль забора позволял идти только по одному, поэтому приходилось повышать голос, чтобы докричаться.
— Так почему у тебя девушки нет? — продолжила допытываться я.
— Ты же не хочешь, — пожал он плечами, вытаскивая меня на пустую заснеженную аллею.
Фонари в этой
Мы были где-то рядом с Мичуринским садом. Летом здесь обычно полно детей, которые носятся на велосипедах, лазают по яблоням и пытаются украсть из сада что-нибудь съедобное — не потому, что голодные, а из чисто спортивного азарта.
Но сейчас было тихо, темно — и никого вокруг.
Кроме нас.
— Не знаю… — сказала я, стряхивая налипший на сапоги снег и подтягивая капюшон. — Что у вас за странная мода появилась на женщин постарше, Демьян. Но я тебя уверяю — все совсем не так, как тебе кажется.
— А как мне кажется? — обернулся он, дожидаясь, пока я догоню и снова протягивая ладонь.
Я подумала-подумала — и вложила в нее свои пальцы. Холодно. А он теплый.
— Тебе кажется, что взрослая женщина, в отличие от подружек-ровесниц, не будет просить у тебя новый айфончик и отпуск на Мальдивах. Наоборот — это она тебе подарит новую машинку и часы.
— Это неправда?
— Неправда. У меня есть свой бизнес, да. Но это только звучит красиво — бизнес, а по факту зарабатываю я там только на себя и на дочь. На молодого любовника уже не хватит.
Демьян едва слышно хмыкнул и сжал мои пальцы.
Разочаровался?
— Мой друг Антон, ты его видела, — сказал он после небольшой паузы. — Спит с женщиной, которая старше его на двадцать лет. Она замужем за олигархом, который дает ей деньги на все, что она захочет, в том числе и на мальчиков, лишь бы не лезла к нему. Она дает эти деньги Антону. Антон на них выгуливает по барам свою подружку Кристину, дарит ей цветы и подарки — надеется, что ему однажды обломится. А Кристина бегает за своим начальником — взрослым женатым мужиком, надеясь стать его содержанкой.
— Начальник — это тот олигарх? — спросила я, выстроив в голове всю конструкцию.
— Красиво было бы, да? — усмехнулся Демьян. — Но нет. Просто еще один любитель молодого мяса. Нет, я не думаю, что ты меня будешь обеспечивать. У тебя и мужа-то нет.
— Почему-то стало обидно… — пробормотала я и услышала тихий смешок в темноте.
— На что еще мне не рассчитывать? — Поинтересовался Демьян.
— Что взрослые женщины не имеют парням мозг.
— Неправда?
— Ну как тебе сказать… Взрослые женщины не имеют молодым парням мозг, потому что им пофиг на тех парней. А вовсе не потому, что стали взрослые и умные. Все равно с вами ничего серьезного не построишь, так стоит ли беспокоиться, что загулял
— Вот теперь обидно мне… — Демьян сделал пару шагов назад, разогнался и пнул ком снега размером с футбольный мяч. Тот рассыпался на ошметки.
— Также не рассчитывай, что взрослая тетенька научит тебя всему в постели, — решила добить я тему. — Я вот ничего особенного не умею и не знаю, чему должна учить.
— Понял, — серьезно кивнул он.
Некоторое время мы шли вдоль рядов корявых яблонь, засыпанных снегом, в густой зимней тишине. Я знала, что отсюда максимум в десяти минутах по-прежнему играет музыка, носятся по освещенному катку люди и разыскивают Демьяна его друзья.
Но все равно казалось, что мы одни во всем мире.
Мы, снег и черное небо над головой.
Демьян крепче сжал мою руку и притянул меня поближе, заставив ухватить его под локоть. Так стало намного теплее, но пошли мы медленнее.
— Теперь, когда мы все выяснили, расскажешь, на что ты рассчитываешь? — спросила я.
— Да вроде уже сказал, — удивленно обернулся он ко мне. — Еще в кафе. Но можем зайти издалека. Начну с ухаживаний. Цветы? Рестораны? Как там принято…
— У нас, взрослых женщин? — нервно хмыкнула я. — Лучше покажи, как это принято у вас.
— У нас принято беречь себя до свадьбы.
— В смысле? — Я даже остановилась, чтобы разглядеть в свете луны улыбку на его лице. — У вашего поколения? Никакого добрачного секса? Я думала…
— Что наше развратное поколение уже в тринадцать безнадежно испорчено? — хмыкнул он. — Пойдешь замуж за девственника?
Наглую ухмылку я все-таки разглядела, поэтому подхватила его под локоть и пошла по дорожке дальше, хмыкнув:
— Для девственника ты слишком наглый.
Он помолчал. Накрыл другой рукой мои пальцы на своем предплечье и, слегка поглаживая их, мягко сказал:
— Одно с другим никак не связано.
Я снова остановилась, пытаясь понять, что за приколы тут происходят:
— Погоди, это правда?
Демьян выдержал мой пытливый взгляд, безмятежно встречая его светлым льдом своих глаз, но под конец сорвался и заржал:
— Это предложение тебя заинтересовало больше?
— Тьфу ты, я реально поверила! — я ткнула его кулаком в бок.
— Правды ты теперь никогда не узнаешь… — полушепотом проговорил он, подтягивая меня к себе поближе.
Почему-то я не могла оторвать взгляд от его лица.
От странно-прозрачных глаз, почти светящихся отраженным лунным светом в темноте.
От упругих, по-мужски пухлых губ — никогда не любила Тома Харди, но Демьяну эти губы шли гораздо больше.
Я подняла руку и провела кончиками пальцев по острой линии его челюсти, слегка царапаясь о щетину.
Он едва заметным движением потерся о мою руку, но тут же словно одернул себя, задрал подбородок вверх, глядя чуточку высокомерно и холодно.