Прикованный

Блэйк Джоанна

Она также выглядела любопытной. Даже больше, чем немного. Девушка не сказала мне идти к черту.

Во всяком случае, пока нет.

«Какого хрена ты делаешь, Конн? Просто трахни ее уже сейчас. Вот что ты хочешь сделать. Трахни ее так сильно, чтобы стены вокруг тебя разрушились».

Я потряс головой, словно пытаясь прочистить ее. «Заткнись, Дэнни. Ты мне не помогаешь».

«Хватит играть в игры. Ты все равно потеряешь свою работу из-за этого. А может, и больше. Потому что Мейсон собирается убить тебя на

хрен. С таким же успехом ты мог бы попробовать ее — просто попробовать»…

Дэнни был прав. Я тоже мог бы все сделать…

Нет, нет, нет.

Я снова прочистил горло.

— Жасмин опустилась на колени перед своим учителем, ее спина была прямой, а глаза скромно опущены.

Я положил книгу на колени и выжидающе посмотрел на Кейси. Как будто знал, что делаю. Как будто я не играл с чертовым огнем.

— Я тебя жду.

— Ты хочешь, чтобы я… встала на колени?

Она выглядела такой неуверенной. Я улыбнулся, не сводя глаз с ее ключицы. Кожа не должна выглядеть такой осязаемой. Девушка практически светилась.

— Это твоя книга.

— Это моей подруги Дафны. Она одолжила ее мне.

Я отрицательно покачал головой.

— У тебя нет никаких друзей. Теперь, если ты не хочешь снять еще один предмет одежды…

Она судорожно выдохнула, и я почувствовал себя ублюдком. Ровно на две секунды. Потому что после этих двух секунд девушка подошла ко мне и начала опускаться на колени.

О, мой гребаный Христос.

— Ближе.

Ее глаза метнулись вверх, и она сглотнула. Потом девушка подвинулась ко мне. Прямо между моих бедер.

Она смотрела в пол, когда в ожидании, опустилась на колени.

Я снова взял книгу в руки, мое сердце в бешеном ритме перегоняло кровь по телу к моему набухшему члену. Я сам делал это с собой.

— Ее губы были открыты и ждали прикосновения хозяина. Ее бедра сладко раздвинулись.

Я скользнул вперед. Господи, кто же написал это дерьмо? Было чертовски грязно. Я не собирался читать дальше, не пересекая черту.

Во всех направлениях.

— Она положила голову на бедро своего господина и умоляла его позволить ей доставить ему удовольствие. Со стоном, он согласился.

У меня пересохло во рту, когда Кейси заколебалась и прижалась щекой к моему бедру. Но она не стала умолять. Ей и не нужно было этого делать.

Я мог бы заполучить ее прямо здесь и сейчас. На полу. На стуле. Я закрыл книгу, Мой голос был низким и грубым.

— Она была хорошей девочкой. Его удовольствие было ее наградой.

Я протянул руку и убрал волосы Кейси с ее лица. Глаза девушки были закрыты. Она слегка дрожала. Я застонал, когда понял, что ее губы были открыты. И бедра раздвинуты.

Прямо как в книжке.

Я подхватил Кейси на руки и крепко прижал к себе. Какое-то мгновение я просто смотрел на нее, готовый унести ее вверх по лестнице к своей кровати.

Вместо

этого я опустил ее на диван и склонился над ней, мои губы оказались прямо над ее губами.

Ее дыхание стало прерывистым, как у крохотного кролика. Я изо всех сил старался держать себя в руках. Чтобы остановить себя от совершения чего-то плохого.

Чего-то плохого, что было бы слишком хорошо.

Мы смотрели друг другу в глаза, не двигаясь с места.

Ну, что ж, я сделал движение. Только одной рукой. Потянувшись… ниже… обхватывая пальцами шелковистую ножку ее икры…

Ее глаза расширились, когда я защелкнул манжету обратно на место.

Глава 13

Кассандра

— СЪЕШЬ МЕНЯ.

Я уставилась на записку, лежавшую на кофейном столике. Она была прислонена к рогалику. Я чувствовала запах кофе, который варился на кухне.

Должно быть, он был поставлен на таймер, потому что я была одна.

Я приподняла одеяло и посмотрела на себя сверху вниз.

Голая и совершенно одна.

Я застонала и схватилась за голову. Она пульсировала. Во рту у меня пересохло, и я чувствовала себя как в тумане. Что, черт возьми, произошло прошлой ночью? Я не была готова съесть рогалик, но заметила еще одну надпись на обороте.

Я взяла записку и перевернула ее.

— Апельсиновый сок в холодильнике. Выпей его.

Я заставила себя встать и босиком прошла на кухню.

Заметила, что домашние животные были накормлены и напоены. Хорошо. Потому что, если бы мне пришлось наклониться, у меня было такое чувство, что я бы вывернула свое содержимое на красивый деревянный пол.

Я распахнула холодильник. Там стояла бутылка апельсинового сока с приклеенной к ней запиской в виде смайлика. Мне захотелось врезать смайлику.

Вместо этого я вытащила апельсиновый сок и налила себе в стакан. Я прислонилась к кухонному столу и выпила половину. Затем снова наполнила стакан и побрела обратно к дивану.

Звон цепи, звякнувшей о пол, напомнил мне о том, что Коннор был ублюдком. Он оставил меня здесь одну, с похмелья. Закованной в цепи, как собаку.

И все же он меня накормил.

Я села и заставила себя съесть кусочек рогалика. Медленно прожевала и откусила еще кусочек. Подумала о том, чтобы включить телевизор, и решила, что это будет слишком больно для моей головы.

Интересно, где сейчас Мейсон и не злится ли он на меня? Интересно, где сейчас Конн и почему он такой ублюдок? Интересно, почему я проснулась голой?

Я удивилась, почему меня это больше не беспокоило.

ЗВОНОК.

Я посмотрела на экран. На его заблокированном телефоне было сообщение. Я положила рогалик на стол и подняла телефонную трубку.