Прикончить чародея
Шрифт:
– Я позову других стражников, и мы отнесем вас к нашему мудрецу. Он узнает правду. Если ты соврал, Рико, вас обоих убьют.
– Договорились, – сказал я.
Через минуту здесь было уже полно гномов. Они обнажили мечи, и я подумал, что Колин передумал, и решил убить нас прямо сейчас.
Но гномы не стали нас убивать. Они положили мечи на пол и укрыли их плащами, соорудив что-то вроде носилок. Когда меня подхватили, чтобы переложить на эти носилки, я снова вырубился. Наверное, уже надолго.
Глава пятнадцатая,
в
Гномы напоминают мне муравьев, и в данном случае речь идет совсем не о размере. Так же, как и не о трудолюбии или способности переносить вес, в несколько раз больший, чем их собственный. Тем более, что такой способностью гномы не обладают.
Как известно людям, получившим классическое образование, муравьи – достаточно умные насекомые. Они образуют сложные семьи, включающие в себя несколько каст. Есть рабочие муравьи, муравьи-воины, муравьи-фуражиры, самки, обеспечивающие производство потомства…
С гномами та же фигня.
Их общество разделено на три касты, представители которых отличаются друг от друга даже внешне.
Гномы, которые нашли нас в подземельях, принадлежали к касте воинов. Сами себя они называют стражниками.
Стражники – самые мощные из всех гномов. Самые высокие, самые широкоплечие, самые воинственные. Если вы встречались с гномами на поверхности, скорее всего, вы имели дело со стражниками.
Именно они чаще всего покидают свои подземные владения и вступают в контакты с прочими обитателями Вестланда. Это не значит, что все стражники – солдаты. Среди них есть немало торговцев, чародеев и дипломатов. Они самые общительные среди всех гномов. Но в случае необходимости все они могут схватиться за топор.
Еще есть гномы – шахтеры. Они не уступают стражникам в физической силе, но гораздо меньше ростом и не так широкоплечи, чтобы было удобнее прорубать шахты и туннели под землей.
И есть гномы – ремесленники. Те, которые куют лучшее в Вестланде оружие, работают с драгоценными камнями, изготавливают зеркала, оптические приборы и еще много всяких полезных и дорогих вещей, которые пользуются большим спросом наверху. Ремесленники – самые субтильные из всех гномов. Даже их кузнецы уже давно сами не размахивают кувалдами и молотками, используя молоты, приводимые в движение хитроумными паровыми машинами.
Конечно, эти виды не имеют между собой физиологических различий и вполне могут скрещиваться между собой. Однако они этим занимаются кране редко.
Речь идет не о различных видах, а скорее, о трудовых династиях, уходящих своими корнями в глубину веков. Теоретически сын шахтера может стать стражником или ремесленником, но он редко изъявляет подобное желание. Любовь к профессии гномам прививают с самого детства.
Эти виды равны между собой. Никто не доминирует над другими, и никого не угнетает. У каждой касты есть свои старейшины и свой
В общем, все это довольно сложно для понимания человека со стороны.
Гномы – создания дружелюбные и миролюбивые, иначе им просто не удалось ты стать самыми преуспевающими торговцами Вестланда. Но насчет своих подземных владений у них есть пунктик.
Прибывающие для заключения торговых сделок купцы имеют право передвигаться по ограниченной, специально отведенной для этого территории. Все остальное подземелье гномы считают своей собственностью, и убивают любого не-гнома, решившегося на эту собственность посягнуть.
Гоблины и пещерные тролли постоянно чувствуют это на своей шкуре.
В очередной раз придя в сознание, я обнаружил себя лежащим к чистой мягкой постели. О, чудо! Меня помыли и перевязали мне все мои многочисленные раны. Я чувствовал себя… неплохо. По крайней мере, желание умереть куда-то пропало.
Постель – каменная плита, накрытая несколькими перинами – стояла в каменной же келье, освещаемой при помощи масляных ламп. Убранство было до крайности аскетичным. Помимо моей кровати, в комнате был еще только один предмет мебели – стул.
На стуле сидел гном. Седой гном из касты ремесленников, борода которого едва ли не волочилась по полу. Местный чародей. Гномы называют этих парней мудрецами.
Мудреца совсем не удивило, когда я открыл глаза. Наверное, он ждал моего пробуждения с минуты на минуту. Мудрец, что с него взять.
– Рад, что вы решили меня не убивать, – сказал я.
– Мы еще ничего не решили, – сказал мудрец. – Мы просто не могли принять решение, когда ты был в таком состоянии.
Гномы не пользуются местоимением «вы», даже обращаясь к своему королю. У них есть другие способы выказывать уважение.
– Гуманное решение, – сказал я.
– Гуманизм тут ни при чем. Если бы мы убили тебя, а ты бы на самом деле оказался учеником Зеленого Мага, то все гномы покрыли бы себя несмываемым позором, – сказал мудрец. – Но если ты солгал Колину, то мы тебя убьем, потому что чужакам нечего делать в наших владениях.
– Типа, наша смерть послужит уроком для остальных?
– Вряд ли о ней узнает кто-то из живущих на поверхности, – сказал мудрец. – Меня зовут Сегерик, сын Эрарика. А тебя как зовут?
– Рико.
Взгляд Сегерика был обращен на меня, но глаза смотрели куда-то вдаль, пронизывая мое тело насквозь или попросту его не замечая. Такая манера смотреть всегда меня раздражала.
– Ты называешься этим именем, – сказал Сегерик. – Но готов ли ты поклясться, что это твое настоящее имя?
– Нет, – сказал я.
– Это правда, – сказал Сегерик. – Чей ты сын?
– Мой приемный отец – дон Диего де Эсперанса, барон Вальдеса, – сказал я. – Его родовой замок, Гнездо Грифона, находится в ста километрах от Бартадоса.