Приключение
Шрифт:
— С нами крестная сила! — Шелдон с комическим ужасом отскочил от стола. — Вы всегда сможете без труда зарабатывать хлеб, — рискнул он пошутить. — Если лопнет ваша плантация, вы сможете взяться за перо и начать успешно писать тенденциозные повести. Я уверен, что на этом поприще вы легко завоюете популярность.
— Я не знаю, кому будут нужны на Соломоновых островах такие книги, — отрезала она. — Они полезны только для вас и подобных вам моралистов.
Он поморщился, но Джен продолжала с оригинальной находчивостью и задором, свойственными юности:
— Ибо какую же цену имеет вынужденная добродетель,
— Не в том дело. Дело в том, что скажут о вас другие.
35
Аргус — мифический многоглазый великан.
— Пускай они думают, что им угодно. Что мне за дело до грязных сплетен. Люди, подобные вам, из боязни пересудов готовы подчиняться мнению, всяких проходимцев.
— Вы заговорили языком Шелли [36] , — ответил он. — Я вижу, что мне придется сделаться вашим компаньоном хотя бы для того, чтобы принять вас под свое покровительство.
— Ежели вы принимаете меня компаньоном для того, чтобы учредить надо мной опеку, то я… я… отказываюсь наотрез… Вот и все. Придется, видно, приобрести Пэри-Сулай.
36
Шелли — один из величайших английских поэтов (1792–1889).
— Тем более вам понадобится… — начал было он.
— Знаете, что я сделаю? — перебила она его. — Я поищу для себя какого-нибудь другого советчика на Соломоновых островах, который не подумает учреждать надо мной опеку.
Эти слова поразили Шелдона в самое сердце, и он не мог скрыть своего испуга.
— Вы шутите, — застонал он.
— Нет, не шучу, я так и сделаю. Мне, наконец, надоело это непрошеное покровительство. Пожалуйста, не забывайте ни на минуту, что я сама отлично умею постоять за себя. А кроме того, у меня целых восемь лучших защитников, каких только можно желать: я говорю про своих матросов.
— Вам бы надо было родиться лет за тысячу или через тысячу лет, — засмеялся он. — Вы какая-то первобытная и в то же время архисовременная. Двадцатый век не по вас.
— Но зато Соломоновы острова пришлись мне как раз по вкусу. Вы жили здесь совсем как дикарь, когда я впервые встретилась с вами, пробавлялись одними только мясными консервами да лепешками, то есть такой пищей, которая способна расстроить пищеварение верблюда. Как-никак, а я вам наладила обиход. И если мы станем совладельцами, то на этот счет вы вполне обеспечены. Во всяком случае, вы у меня не умрете от плохого питания.
— Если только мы станем совладельцами, — сказал он, — то имейте в виду, что нам на шхуне разъезжать не придется. Вы можете отправиться в Сидней и выбрать там шхуну, но шкипера нужно будет нанять.
— Чтобы тратить лишние деньги на содержание безответственного, неспособного пьяницы? Между тем как я могла бы сама отлично
— Но, сделавшись моим компаньоном, вы становитесь в положение хозяйки.
— Благодарю за комплимент, из которого вывожу заключение, что вы считаете мое поведение недостойным почтенной хозяйки!
Обиженная донельзя и расстроенная, со слезами на глазах она поднялась со своего места и подошла к граммофону.
— Неужто все мужчины подобно вам пропитаны столь смехотворными взглядами?
Шелдон встряхнул плечами и улыбнулся. Спорить было бесполезно; он изведал это на опыте; он решил взять себя в руки. И к вечеру она, наконец, ему уступила. Решено было, что она с первым же пароходом отправляется в Сидней, покупает там шхуну и возвращается со шкипером на борту. Шелдон, со своей стороны, пошел тоже на уступки: Джен будет предоставлено право время от времени совершать небольшие путешествия на острова. Но он оставался непреклонным, как камень, в одном отношении: чтобы она сама производила набор на Малаите, — этого он никак не мог допустить.
После того, как предварительные переговоры были закончены и подписан составленный по ее настоянию формальный письменный договор, Шелдон целый час прохаживался из угла в угол, размышлял о том, какого он свалял дурака. Что за нелепое положение! Впрочем, пожалуй, не хуже того, которое ему предшествовало из во всяком случае, менее невозможное, нежели то, в котором он очутился бы, если бы Джен вздумала поселиться на Пэри-Сулай.
Ему ни разу не случалось встречать более самостоятельной женщины, которая вместе с тем более нуждалась бы в покровительстве, чем эта, походившая на мальчика девушка, сопровождаемая живописной своей свитой, появившаяся на этом берегу в оригинальном костюме, с долгоствольным револьвером на поясе, с сумкой золота и целым ворохом романтических бредней в голове.
Ни в каких романах ему до сих пор не приходилось встречать ничего подобного. Действительность, правда, иногда превышает фантастичностью всякую сказку. Все это было так странно и необычно, что казалось неправдоподобным. Он кусал усы и курил папиросы одну за другой. Сатана, прибежавший со двора, подскочил к нему и прикоснулся влажным холодным носом к его руке. Шелдон погладил его по голове. Появление собаки вывело его из задумчивости. Он кинулся в кресло и весело расхохотался. Что только подумает правительственный комиссар Соломоновых островов? Что подумают его знакомые и родные? Он заодно и радовался состоявшемуся между ними соглашению и сожалел о том, что Джен Лэкленд появилась на горизонте Соломоновых островов.
Шелдон вошел к себе в комнату, достал карманное зеркальце и долго и пристально всматривался в свое отображение.
Глава XIV
«Марта»
— Большой, фелла, шхуна у берега! — объявил Вайсбери, входя в комнату, где после завтрака Джен и Шелдон с азартом сражались на биллиарде.
Одновременно с этим послышался лязг цепей, и, выйдя на веранду, они увидели большую черную шхуну, стоявшую недалеко от берега и плавно покачивавшуюся на якоре.