Приключение Флинкса - 1

Фостер Алан Дин

Обеспокоенная, она встала и пошла в комнату мальчика. Заглянула. Он спал под одеялом, невинно выглядящий ребенок. Но что-то есть в нем, невидимое и непредсказуемое, в чем она никогда не будет уверена. Она поняла, что больше никогда не сможет полностью расслабиться в присутствии этого мальчика.

Она уже забыла о своих первоначальных сожалениях и дарила ему любовь, которую раньше никому не могла отдать. Он милый дурачок и очень помогает ей в магазине. Хорошо иметь такого рядом в ее возрасте. Но сейчас, пусть только на время, она одной рукой будет гладить его, а другую держать вблизи

оружия. По крайней мере пока не убедится, что ее мозг -- по-прежнему ее мозг.

Глупая старая дура, подумала она и пошла назад в свою комнату. Ты радовалась его Дару, а теперь тревожишься из-за него. Нельзя иметь и то, и другое. К тому же чего опасаться Дара, которым не может управлять его обладатель? Это признание мальчика кажется достаточно правдивым, если судить по его замешательству и расстройству.

Вторично ложась в постель, она почувствовала себя лучше. Нет, беспокоиться не о чем. Конечно, интересен этот его Дар, но так как он им не управляет, тревожиться не из-за чего.

Ясно, что тот, кто не умеет управлять такой способностью, многого не добьется.

=

x x x

– - Хейтнес, Круачан, идите сюда!

Женщина, сидевшая перед экраном компьютера, провела все утро, роясь в массе абстрактных данных. Она пыталась разрешить очень сложную химическую головоломку. Но именно сегодня утром, как бывает очень редко какая-то особенно важная часть головоломки неожиданно встала на место. И вместо хаотического набора цифр и непонятных схем на экране возникло совершенное симметричное изображение.

Человек, откликнувшийся на ее призыв и через ее плечо заглянувший на экран, высок, с выразительным морщинистым лицом. Смуглая женщина, вскоре присоединившаяся к нему, также производила внушительное впечатление.

Помещение, в котором работали эти трое, размещалось в небольшом ничем не примечательном деловом здании малозначительного города на одной из захолустных планет. Оборудование, на котором они работали, хотя и собранное наспех, требовало огромного опыта в обращении и стоило очень дорого.

И знания, и деньги поступали из разбросанных и внешне никак не связанных между собой мест со всего Содружества. Мужчины и женщины практически жили в этом помещении, изоляция стала их почетным бременем, тайна -- самым мощным оружием. Ибо они были членами уникально разбросанного и преследуемого меньшинства, которое оказалось в состоянии войны со всем цивилизованным обществом. Их сердца чисты и цели благородны -- остальная часть человечества усомнилась лишь в их методах.

Трое внимательно смотревших на экран определенно не походили на людей, достойных такой участи. Высокий мужчина напоминал доброго дедушку; женщина восточной внешности, сидящая за компьютером, была бы уместней в какой-нибудь древней эпохе, одетая в шелка, в обуви на деревянной подошве. Только на лице высокой смуглой женщины, стоявшей против Круачана, отражалась внутренняя твердость.

Но во всех них жила эта твердость и холодная решимость, взращенная и укрепившаяся за два десятилетия непрерывных преследований. Эти мужчины и женщины считали себя выше остального стада. И цель их заключалась в усовершенствовании всего человечества. То, что их методы

могут принести вред невинным жертвам, они знали с самого начала. Они отбросили и это, и свои привычные моральные нормы в сторону, считая, что такие жертвы необходимы для блага большинства. Они называли себя Обществом Улучшения -- это невинное название прикрывало попытку усовершенствовать человечество путем изменений на генном уровне.

Неприятности у них начались, когда стало известно о нескольких неудачных экспериментах. Крик при этом поднялся ужасный. И вот теперь они вынуждены работать в отдельных тайных лабораториях, вместо большого научного-исследовательского института, и всегда пытаться на шаг опередить преследователей из правительственных организаций. Население в целом относилось к ним с ужасом и ненавистью.

Многие из членов Общества уже исчезли, их раскрыли и посадили в заключение невежественные чиновники правительства. Уцелевшие члены Общества считали их мучениками науки, в прессе их именовали бесчеловечными чудовищами.

Конечно, цели Общества Улучшения опасны! Усовершенствование, перемены всегда считались опасными. Такой способ мышления больше не действовал на членов Общества. Важен результат, а не мнение невежественной массы.

Они не боялись смерти, не боялись даже более страшного наказания -избирательной промывки мозга, потому что верили в справедливость своего дела. Если хоть один их эксперимент окажется успешным, он докажет необходимость работы, начатой еще на Терре сорок лет назад основателем Общества. И тогда они смогут вернуться в научное сообщество которое отвернулось от них. И смогут с гордостью продемонстрировать зрелое, явно усовершенствованное человеческое существо.

И вот, когда они собрались у экрана, всех охватило возбуждение, хотя и сдерживаемое.

– - Хорошо бы, если бы эти данные подтвердились, Ньясса-ли,-- сказал Круачан.-- У меня еще много информации из Каначанской системы, и как ты знаешь, мы должны будем не позже чем через месяц покинуть это место. Значит, разборка всего оборудования и все прочие следствия переселения.

– - Ты меня знаешь, Круачан,-- ответила женщина в кресле. В ее словах не было торжества: они все давно отвыкли от таких тривиальностей.-- Я уже несколько месяцев сопоставляла характеристики различных объектов. И наконец весь этот труд оправдался. Я нашла Номер Двенадцатый.

Высокая смуглая женщина придвинулась к экрану.

– - Номер Двенадцать, помню такого. Это мальчик, верно?

Ньясса-ли кивнула и указала на экран:

– - Вот я снова покажу все самое важное.

Они возобновили в памяти все подробности этого случая. Прошло восемь лет с исчезновения этого объекта. За это время они обнаружили несколько других объектов. Большинство оказалось нормальными детьми. Несколько человек проявляли какие-то искорки, но ничего многообещающего.

Были и такие, чей мозг и тело оказались чудовищно искаженными хирургическими манипуляциями на зародыше, за что все они несли вину. Правительство довело до всеобщего сведения эти неудачные эксперименты и так запугало невежественное население, что смогло провести закон о преследовании Общества.