Приишимье
Шрифт:
И такая ситуация сложилась не только в Зеренде, разрушение природы наблюдается повсеместно. Лишь в тех районах, где расположены лесничества и ведется какая-то пропаганда среди населения правил поведения в лесу и существуют ограничения на доступ людей в заповедные места и заказники, положение в общем стабильное. Но ведь во многих случаях вся воспитательная работа сводится лишь к объяснениям, что курить и сорить в бору запрещается. Важно вести серьезное экологическое воспитание. Многое еще всем нам предстоит понять и осмыслить в своих взаимоотношениях с лесом. А впрочем,только с ним?
РЫБАЦКИЕ
Во время путешествия по Приишимью мне приходилось рыбачить на озерах и прудах, речках и водохранилищах — в сроки, установленные существующими правилами. Но теперь мне хотелось бы вспомнить о другой рыбалке, состоявшейся четверть века назад.
...Мы приехали на Нуру с ночевкой. Стоял теплый август. Недавно закончился сенокос и на берегу речки то здесь, то там лежали большие копны сухого сена. Одну из них мы облюбовали, побросали здесь свои рюкзаки и, не теряя времени, приступили к делу. То есть натянули перемет (тогда его применять не запрещалось), разобрали удочки и разбрелись по берегу, каждый в поисках своей рыбацкой удачи.
Потом, когда мы все собрались у костра, предусмотрительно разведенного на безопасном расстоянии от копны, я выяснил, что рыбы поймал меньше всех. Но уха, конечно, была вкусная.
Утром у нас оставалось мало времени для любования природой — нужно было возвращаться в отделение совхоза, куда мы прибыли на уборку урожая. Поэтому наскоро похлебав остывшей за ночь ухи, тронулись в обратный путь.
Теперь, двадцать пять лет спустя, вновь оказавшись в этих местах, я спрашиваю себя: почему мне запомнился именно тот вечер? Видимо, память о том случае прямо связана с рыбацкой удачей, а значит, с хорошим настроением.
...На этот раз мне не везло: клевало вяло, однообразно и невольно в голову приходила мысль о том, что в Приишимье рыбные запасы заметно оскудели. На это можно возразить, что делать серьезные выводы на основании столь незначительного личного опыта неправомерно. Однако зачастую все познается именно на личном опыте. В самом деле, какой вывод я должен делать из такого, например, факта? В целиноградском магазине «Океан» торгуют в основном морской рыбой, а когда завозят свою, пресноводную, выстраивается огромная очередь.
А между прочим, рыбохозяйственный фонд области составляет двести тысяч гектаров. Такая голубая нива при правильном использовании может стать значительным подспорьем в решении Продовольственной программы. В местных водоемах обитают щука, язь, налим, окунь, ерш, пескарь, линь, карась, чебак. В созданных руками человека прудах стали разводить карпа и сазана. Только в последнее время коллектив Целиноградского рыбозавода вырастил десятки миллионов личинок и более восьми миллионов сеголеток карпа, которые используются для выращивания товарной рыбы. Кроме того, из других областей республики завезено около двенадцати миллионов личинок ценных сиговых пород. Только в Вячеславское водохранилище, например, выпущено для разведения три тысячи производителей карпа и сазана.
Это данные 1986 года. И хотя понятно, что
Этот процесс стал особенно заметным лет десять назад. Тогда же специалисты рыбоохраны, любители природы забили тревогу. Они привлекали внимание общественности к следующим фактам. Повсеместно осуществляется бессистемное гидротехническое строительство, которое нарушает сложившиеся тысячелетиями условия жизни обитателей водоемов. Взять, к примеру, реку Нуру, которая питает влагой Уялинскую, Биртабан-Шалкарскую и Кургальджинскую систему озер. На реке расположен целый комплекс лиманного орошения. Весной после залива лугов вода сбрасывается как попало. В итоге гибнет множество икры в местах нерестилища.
Многие совхозы ради сиюминутной выгоды пересыпают земляными дамбами русла не только малых рек, но даже Ишима — в летний период скорость воды в нем практически равна нулю, она застаивается, зарастает камышом, осокой, покрывается тиной. Весной половодье разрушает все эти временные плотины, земля «размазывается» по руслу, забивает родники, пополняющие реку, губит нерестилища. А летом все повторяется снова. И так из года в год. Не случайно специалисты-гидрологи отмечают в последние годы резкое ухудшение качества воды в Ишиме. Увеличивается содержание в ней минеральных и органических веществ, бактерий, планктона, других примесей.
Серьезная проблема с забором воды из озер на хозяйственные нужды. Совхозы забирают влагу в огромных количествах, расходуют ее небрежно. В результате водоемы быстро мелеют, зарастают сорной растительностью, а рыба в них гибнет. К такому же результату приводит неумелое использование гербицидов и ядохимикатов. Общеизвестно, что обработки ими полей запрещаются на расстоянии не менее двух километров от водоема. Но это требование повсеместно нарушается, а виновные не несут никакой ответственности.
Понятно, что складывающаяся в регионе ситуация не может не настораживать. Принимаются различные меры, чтобы выправить положение. Но болезнь оказалась слишком запущенной, что подтверждает такой факт: за последние пятнадцать лет, по данным службы рыбоохраны, в Целиноградской области исчезли озера общей площадью около восьмидесяти тысяч гектаров. Причины те самые, о которых говорилось выше. И они, к сожалению, продолжают существовать по сей день. За время поездки по Ишиму убеждался в этом воочию. Вот некоторые случаи из тех, что довелось наблюдать.
Сегодня известно всем, что распахивать землю близ водоемов нельзя — плодородный слой почвы смывается в озеро или речку. Категорически запрещено применять плуг в двухкилометровой санитарной зоне, а также использовать удобрения. Но вот на территории совхоза имени Карла Маркса, что в Атбасарском районе, расположено богатое рыбой озеро Узункуль. Впрочем, это раньше оно было богатое — здесь вылавливали до двадцати тонн рыбы, а теперь водоем обречен на гибель. Причина в том, что его начали опахивать до самого уреза воды. К тому же еще тут устроили под открытым небом склад минеральных удобрений — свалили прямо на землю, тонн пятнадцать-двадцать.