Приходящие
Шрифт:
– Может вас устроит стиральная машинка, – неуверенно произнес я, и сразу решил, что сказал глупость. Однако мое предложение нашло поддержку. Глаза инопланетянки прояснились, и она одарила меня невинной милой улыбкой. Инопланетяне улыбаются – подумал я и улыбнулся в ответ. – Это значит да?
– Конечно, – девушка с фиолетово-непонятной прической быстро закивала, – моим шортам нужно срочно искупаться. – С этими словами она радостно захихикала, от чего стала похожа не на инопланетное существо, а на клиента психиатрической лечебницы.
Я спустился с крыльца и указал в сторону одноэтажного здания, примостившегося
Дверь прачечной была не заперта, и мы вошли внутрь. В помещений оказалось довольно темно, в первую очередь из-за развешанных повсюду простыней и другого постельного белья. Сырость и прохлада сразу сковали тело.
– Как здесь холодно, – девушка тянула слова. – Как в колодце.
– В колодце? – переспросил я. Такого сравнения я еще не слышал.
– Ну да. Как в колодце – сыро, холодно и бесконечно.
На этот раз я не стал спрашивать, что значит бесконечно, боясь получить в ответ какую-нибудь инопланетную чушь.
Мы пересекли комнату, в которой когда-то стояли длинные столы, и на полу еще можно было различить места, где крепились ножки, и повернули в узкий коридорчик. В конце его обнаружилась дверь, ведущая в подвал. Я нащупал на стене выключатель и щелкнул по нему. Засветились две лампочки, осветив неглубокий спуск вниз.
– Как в фильме ужасов. – Голос инопланетянки скорее говорил о том, что она сейчас уснет, но уж точно не о том, что ей страшно.
Мы спустились вниз в помещение, где в мегаполисе различного хлама и старой мебели в самом отдаленном конце примостились три бочкообразные стиральные машинки и несколько полок с моющими средствами.
– Вот, – я показал на среднюю машину, – эта рабочая. Включается очень просто, там только одна кнопка. Стиральный порошок я сейчас найду. – Искать долго не пришлось. Ближайшая полка оказалась заставлена всеми видами средств для стирки. Недолго думая я взял коробку с надписью “Real”. Хороший он или плохой я не знал, но моя мама всегда пользовалась именно этой маркой, да и шорты инопланетянки были совсем не грязные. Повернувшись обратно, я оторопел. Девушка стояла как и прежде, но только шорты она держала в руках, оставшись в одних лазурных трусиках, с трудом скрывающих святая святых женщины. Учитывая, что у меня никогда не было серьезных отношений с противоположным полом, и такие картины я видел только в фильмах, ситуация оказалась для меня жаркой.
– Вот, – я протянул коробку вперед и только потом понял, что до сих пор смотрю на лазурный треугольник трусиков инопланетянки.
Не дождавшись, когда девушка соизволит забрать у меня стиральный порошок, я торопливо прошел к машинке. Рядом стояли четыре ведра два из которых были заполнены водой. Поставив коробку с порошком на соседнюю машинку, я вылил оба ведра в барабан.
– Ну вот, – я нервно потер руки, стараясь не смотреть на девушку, по крайней мере, ниже пояса. Получалось плохо. – Можете стирать. Засыпьте порошком, и пусть она крутит минут пятнадцать. Я принесу еще
* * *
Разобравшись со стоком вдоль забора, я с чувством выполненного долга отправился в “Главный”, чтобы немного отдохнуть и попить чаю. В разгар дня, я не ожидал увидеть кого-нибудь на кухне, и поначалу никого не заметил. А когда Аня, сидевшая на стуле возле окна в самом углу кухни, предложила мне попробовать зеленый чай, я подпрыгнул от неожиданности и чуть не разбил чашку.
– Ты что так испугался? – Мой озадаченный вид повеселил ее. – Это всего лишь я. Приведений мы не заселяем, так что боятся нечего.
– Я не заметил тебя. Тоже решила чаю попить?
– Да нет. Нужно обед готовить. Через два часа уже подавать.
– Обед? А где Люся? – Люся была нашим поваром. Молодая девушка жила в поселке Росово по соседству. Приходила обычно утром, готовила обед и ужин, а завтрак оставался на Ане с Игорем. Я и Люся были единственными кого наняли в “Черную лису”, да и то за небольшие деньги. Без нас на базе можно было поставить крест.
– Людмила Ивановна перебралась в город. Теперь работает в какой-то забегаловке. Пока никого не нашли, мне приходится заниматься готовкой. Я и так уставала, а теперь у меня ощущение, что надо мной ставят опыты, сколько я смогу выдержать. Вечером у меня хватает сил только доползти до кровати.
– Может тебе чем помочь?
– Не надо, у тебя самого куча работы. Я как-нибудь справлюсь. – Это был один из пунктиков Ани. Если она делала какую-то работу, то не терпела, чтобы кто-то вертелся рядом. Какая бы сложная задача не стояла, Аня должна была знать, что каждый шаг ее рассчитан и сделан именно ею.
Налив чаю, я сел за стол. Аня продолжала сидеть на стуле и смотреть в окно. Я мог ошибаться, но мне показалось, что в ее взгляде я уловил тоскливую безысходность. Она казалось потерянной, выбившейся из сил, и причиной этому была не только физическая усталость.
В коридоре послышались шаги. Они быстро приближались к кухне, и через секунду в дверном проеме показался их владелец. Высокий светловолосый мужчина в оранжевой безрукавке и шортах цвета хаки. Он весело подмигнул мне, хотя во взгляде я почувствовал холод, и помахал рукой. Только это была не рука. Я удивленно охнул. Мне и раньше приходилось видеть протезы, но таких – никогда. То, что торчало вместо руки мужчины, больше напоминало экспериментальный образец тысячелетней давности. Огромная пластмассовая рука, сантиметров на десять длиннее левой, застывшая в одной позиции. Позиции – “только что у меня в руке был стакан”.
– Я собирался искупаться, – обратился он к Ане. – Хотел спросить, где здесь можно найти хорошее неглубокое место?
Аня никак не отреагировала на вопрос, полностью утонув в своих мыслях. С ней такое случалось. И ее мужа – Игоря, это жутко бесило.
– Я покажу вам, – пришлось брать инициативу на себя. Двумя большими глотками я разделался с чаем, вот и передохнул. – Пойдемте.
Прогулка с Николаем, так звали однорукого мужчину, оказалась не самой приятной. Мне понадобилось перекинуться с ним лишь парой фраз, чтобы составить о нем безаппеляционное мнение – высокомерный ублюдок.