Приходящие из Мора
Шрифт:
…Так вот. Пойдешь в лес, взгляни на любую травинку. Кто знает, может быть, в этом лесу вскоре вырастут хищные растения, и они будут убивать все живое на расстоянии нескольких метров вокруг себя, а то, что ты сможешь увидеть сейчас возле рябины — прямое тому подтверждение. Но точно так же можно допустить, что здесь появятся и какие-нибудь пальмы, дающие удивительно вкусные и неизвестные человеку плоды. А эти жучки, что сейчас мирно ползают в траве — как знать, вдруг вообще исчезнут с лица земли, будучи поеденные другими жучками, появившимися
Спросишь, можно ли это остановить? Но скажи мне, как это сделать?
— Твоя задача сейчас — выжить и попытаться дать знак человечеству, предупредить его о надвигающейся опасности. Но, боюсь, и это не спасет, — с грустью сказал Игнат.
Лука не спорил и все же не мог удержаться, чтобы не спросить:
— Почему?
— Бесполезно в чем-либо убедить толпу, или то, что мы называем обществом. Если только у тебя нет возможности для пропаганды. Только оказавшись перед фактом, человечество поймет, с чем столкнулось. Но уже будет поздно.
— А ты, Игнат. Что будет с тобой?
— Я один из тех, кого ты назвал нелюдями. Еще совсем недавно я мог находить силы перебороть страх перед светом. Только благодаря этому ты остался жив. Но самое главное мое отличие от них — я сохранил душу. Это мой секрет и моя сила. Думаю, мне и самому здесь придется не сладко, уж коли я отличаюсь от остальных.
— Остальные. Их много?
— Не так уж и много. Но и не мало.
— Но почему ты другой, Игнат? Почему ты не жаждешь крови. Я не верил и не поверю, что ты мог убить Евгению.
Игнат засмеялся.
— А ты не признал ее? Вернее, то существо, которым она стала.
— Что? Она тоже?
— И она, и Еносий. Возможно, Егеря. Насколько я могу судить — еще человека три-четыре, которых я не знаю. Могут быть и другие. Все они поделились своими телами с Силой. Я не знаю, что происходит при этом с человеком, возможно, что-то и остается от прежней личности. Но… Не мне судить…
Он вдруг захихикал, нервно и неприятно. Голос его сильно изменился, возможно, это было частью его собственной телесной трансформации. Устало закашлялся, после чего Лука долго слушал его сдавленное дыхание.
— А вот Василия я убил! Специально убил, — отдышавшись, заметил Игнат. — Я до сих пор слышу его крик: «Оборотень, оборотень!» Пожалуй, он единственный, кто из вас видел меня в нынешнем облике. Даже Марина смотрела на меня во мраке леса. Бедная девушка. Я здорово напугал ее. И ты сейчас говоришь со мной, но не видишь. Тебе это ни к чему…
«Выходит, Игнат действительно следил за нами. Превозмогая страх перед светом, опасаясь быть замеченным» — подумал Лука.
— Почему ты пошел за нами?
— Не знаю. Мне очень хотелось, чтобы с вами ничего не случилось. Когда я увидел, как вы с Василием отправились в лес, пошел следом. Я же его как облупленного знаю.
— Выходит, это действительно был ты. Спасибо. Если еще
— Не знаю. Но пока ты был в прострации, когда я спас тебя, мне пришлось оттащить его в соседний дом и спрятать в подвале. Я так думаю, когда он захочет выйти, вы его не захотите видеть
Игнат опять мерзко захихикал, потом успокоился и продолжил серьезно:
— Лука, не сопротивляйся. Следуй моему совету. Уходите. Что-то дало вам шанс остаться людьми, и вы должны этим шансом воспользоваться. Вернуться отсюда живыми в свой мир — я прежде всего говорю о вас с Мариной. Нарожать кучу ребятишек и каждому объяснить, что его будет ждать через десяток, другой лет. Уверен, процессы, запущенные сейчас не бесконечны. Когда-нибудь они остановятся. Ведь эта скала стояла здесь еще за миллионы лет до человека, и что-то подобное наверняка происходило уже не раз.
— Землетрясение! — вспомнил Лука — Не связано ли происходящее с ним? Ведь атака тварей случилась после него.
— Да, согласен, в этом, возможно, есть связь. Но в любом случае у людей еще есть время для того, чтобы подготовиться.
— Подготовиться к чему? — спросил Лука, но, впрочем, ответ был и так понятен.
Нужно быть готовым к тому, чтобы осознать: с тем, что происходит, нельзя бороться. Это бессмысленно. Нужно быть готовым к тому, что Новый мир не уничтожить. Кто откажется приспосабливаться — погибнет. А к нему нужно приспосабливаться. Искать контакт с новыми разумными существами — разве Игнат не пример новой формации? Все-таки человек. Но другой человек. Или станет совсем иным, когда в результате метаморфозы примет свой окончательный вид.
Но согласятся ли нынешние люди с существованием таких других, новых людей? А новые люди, когда их станет много — будут ли они хорошо относиться к своим старшим «братьям»?
Он вдруг подумал о судьбе человечества. Так ли хорош человек, чтобы он был достойным гладкой жизни? Разве не он безвозвратно стер из памяти природы сотни живых существ, ранее в изобилии обитавших на планете? Разве не человечество на протяжении всей истории занималось уничтожением себе подобных, начиная с каменного века. Сколько цивилизаций было погребено под руинами из-за одной только ненависти к тем, кто живет не по твоим законам. Когда-то же должно было прийти возмездие…
Исход. Послесловие
Итак, возле скалы Лука рассказал Марине все, о чем поведал Игнат, утаив только некоторые подробности, включая судьбу Фаддея. Ей он сказал, что дед умер, и они с Игнатом отнесли его тело в лес, где похоронили старика. Ему показалось, что девушка о чем-то догадывается, но боится расспрашивать.
— Что же, дальше? Бежать? — спросила она, когда они направились обратно в деревню.
— Да. И как можно скорее. Пока не зайдет солнце, мы должны изготовить плот. Тогда сможем проплыть достаточное расстояние, чтобы чувствовать себя в безопасности. Но сперва нужно закончить одно дело…