Приговорил и исполнил
Шрифт:
«Мерседес» стоял очень удачно. От проспекта его прикрывали кусты, а у мемориала прогуливалось всего несколько человек – две мамаши с колясками, пара бабок и сборщик пустой стеклотары с сумкой. Ну, и еще Саид, естественно…
Остановившаяся чуть поодаль «Шкода-Октавия» потихоньку тронулась с места, подъехала и встала рядом с «мерсом». Дверь открылась, и в салон к Магомеду быстро пересел статный чеченец примерно тридцати пяти лет.
– Приветствую тебя, Магомед! – протянул он руку.
– С прибытием… – пожал руку чеченца дагестанец.
Тот
– Называй меня Лечи!
– Рад знакомству, Лечи! – кивнул Магомед.
Несмотря на относительную молодость, в чеченце чувствовалась уверенность и властность опытного воина. Магомед понял, что его собеседник успел на войне отрезать не одну голову русским, причем воевал он отнюдь не рядовым боевиком. Да и не стал бы сам Али хлопотать за какого-то рядового нохчу.
– Я тоже рад познакомиться с тобой, Магомед, – кивнул Лечи. – Говорят, ты держишь местных русских баранов за глотку, верно?
– Стараюсь…
– Большое дело делаешь, брат! – похвалил Лечи. – Открою тебе секрет – совсем скоро мы вернем себе не только Кавказ, но и всю территорию до Казани. А ты будешь великим амиром отряда, который захватит Белогорск при подходе наших войск! Так что заранее думай, как мы назовем этот город после того, как зальем его улицы кровью неверных! Никаких Белогорсков в нашем Великом Халифате не будет! Аллах акбар!
– Аллах акбар! – эхом ответил Магомед.
Лечи словно читал его мысли. Только в отличие от осторожного Магомеда чеченец не боялся называть вещи своими именами и не собирался ограничиваться полумерами.
– Я уже давно собираюсь взять под контроль Белогорск, – поделился сокровенным Магомед. – Только вот поддержки не хватало, чтобы русские воры не дергались…
– Поддержку мы тебе обеспечим! – заверил Магомеда Лечи. – Но немного позже. Сейчас тут шуметь не стоит, чтобы не насторожить русских. Потому-то мне и нужна твоя помощь, Магомед…
– Все, что смогу, брат! – вполне искренне заверил Лечи Магомед.
Он понял, что Аллах наконец-то оценил его терпение. И решил отблагодарить. Знакомство с самим Али само по себе стоило многого. Знакомство же с Лечи открыло перед Магомедом еще более широкие, если не сказать уникальные, возможности.
Наверняка у Лечи имелось наготове несколько десятков затаившихся боевиков. Одного его слова было достаточно, чтобы несколько из них тайно прибыли в Белогорск и по наводке Магомеда «зачистили» его. Взять после этого под контроль город, в котором останется только мелкая криминальная шушера, будет делом одного-двух дней. И даже русские воры ничего Магомеду не предъявят. Стрелять-то будут не его люди…
– Дело важное, Магомед. Очень важное. Тут нужно все сделать так, чтобы никто ни о чем не догадался. А ты, можно сказать, местный, знаешь что к чему…
– Извини, что перебиваю, Лечи. Но это лишнее. Ты обратился ко мне. Почему – для меня не важно, мой долг…
– Извини, Магомед, что перебиваю, но как раз это и важно.
– Я понял, – кивнул Магомед. Лицо его стало напряженным. Внутренне он приготовился к тому, что Лечи готовит в Белогорске захват спортивно-концертного комплекса или что-нибудь в этом роде. Опасно, конечно, но никуда не денешься. Главное теперь соблюсти конспирацию, но с этим у Магомеда проблем не было. Саид слова лишнего не проронит, а исполнителей просьбы Лечи можно поручить Руслану. После беседы с ним уже никто ничего и никому рассказать не сможет…
18
– Давайте задержанного! – донесся из комнаты усталый басок.
– Сержант Буркин! Введите задержанного! – визгливо продублировал команду старлей.
– Пшел! – ткнул Вася Логинова автоматом.
В комнате металлоломщицы народа стало больше, а денег – намного меньше. Теперь на мохнатом ковре лежали только три сотенные бумажки. Следователь оказался невысоким толстым мужчиной в затертом пиджаке и такой же затертой рубашке с вышедшим из моды галстуком. Устало посмотрев на Логинова, следователь сказал:
– Можете сделать чистосердечное признание, гражданин. Суд это учтет…
– Здравствуйте! – кивнул Виктор. – А вы следователь, из прокуратуры?
– Да. Моя фамилия Гришко, – слегка наморщил для важности картофелеобразный нос с красными прожилками «следак».
– Тогда я хочу сделать официальное заявление! – быстро проговорил Виктор. – Я сегодня случайно познакомился с гражданкой э-э… не знаю ее фамилии, она представилась Юрьевной. И она дала мне номер своего мобильного телефона! Ночью я ей позвонил, и она пригласила меня в гости. Когда я приехал, в квартире находился убийца, который меня оглушил…
– Единственное, что может вам помочь, – вздохнул следователь, – это чистосердечное признание…
– Да в чем мне признаваться? Во-первых, вы можете посмотреть время моего звонка, прибавить к нему время на дорогу и сопоставить его с временем смерти э-э… потерпевшей. А во-вторых, оглушить меня она не могла! Уж это-то вы как следователь должны понять без каких-либо экспертиз!
– Это почему? – впервые не со скукой, вроде как с интересом посмотрел на Логинова Гришко.
– Да потому что у нее сломана шея! А в этом случае смерть наступает мгновенно!
– А откуда вы знаете, что у нее сломана шея? – быстро спросил следователь.
– Да это же видно! В общем, прошу вас освободить меня под подписку о невыезде! Обещаю являться на допросы по первому звонку и все такое!
– А вы шутник, – хмыкнул Гришко.
– В каком смысле? Я же вам объяснил, что потерпевшая никак не могла нанести мне удара. А раз так, то из этого следует…
– Из этого не следует ровным счетом ничего! – покачал головой Гришко.
Тут пришла очередь удивиться Виктору: