Приговорённые
Шрифт:
«Как же узнать, кто это был? Кто?» – не мог успокоиться Белодымов. Он привык всегда быть в курсе дел Сиверского и на этот раз не собирался оставаться в неведении.
«Леночка! Конечно! Она же видела посетителя и наверняка записала его данные в специальный журнал». Разыскать Леночку не составило особого труда. Она, как всегда, болтала со своими подружками из бухгалтерии. Одарив молоденькую секретаршу обескураживающей улыбкой, Виктор Викторович вывел ее в коридор. К его великому разочарованию, Леночка не только не записала в журнал имя посетителя Сиверского, но и вообще его не видела. Оказалось, что генерал сообщил ей о своем посетителе по телефону,
«А может, у Сиверского никого и не было?» – с облегчением подумал Виктор Викторович. Насвистывая какую-то мелодию, подхваченную во время прослушивания радиостанций, Белодымов прямиком отправился в свой кабинет.
«Сейчас генерал посмотрит документацию, и ему не останется ничего, кроме как свернуть эту бессмысленно затянувшуюся проверку „Боевого братства“! Он еще извиняться передо мной будет!» – с удовлетворением подумал Виктор Викторович. Закурив, Белодымов откинулся на широкую спинку своего кожаного кресла, водрузил ноги на край стола и задумчиво уставился в потолок. Где-то рядом, на столе, загудел мобильный телефон.
– Черт подери! – от неожиданности Белодымов уронил пепел на свой дорогостоящий английский костюм.– Ну, Маруся, ты у меня получишь! – в сердцах воскликнул он.
Сколько раз он ругал свою младшую дочь за то, что она постоянно меняла мелодии в его мобильнике,– и все без толку. В последнее время вообще стала над ним издеваться. И где только она доставала эти ужасные звуки! Недавно на совещании у Сиверского, где собралось все руководство УБОПа, у него вдруг зазвонил телефон. Такого позора Белодымов давно не испытывал. Истошный женский крик, сменившийся хохотом, а затем недвусмысленными намеками эротического характера… Целую неделю все Управление над ним посмеивалось. Со злостью затушив сигарету в пепельнице, Виктор Викторович схватил телефон, намереваясь немедленно позвонить дочери и устроить ей хорошую взбучку. Однако после прочтения только что полученного сообщения его настроение внезапно изменилось.
– Нет, сегодня, несомненно, удачный день! – воскликнул он.– Я знал, был уверен, что ты одумаешься! Ты без меня ноль, пустое место… ты еще заплатишь мне за свою дерзость и за предательство заплатишь! Дай только срок… Дай срок, Князь…– с нескрываемым злорадством сквозь зубы процедил Белодымов. Набрав на мобильнике короткое сообщение «19:00 Японский ресторан на Моховой», Виктор Викторович отправил его, а затем достал из ящика стола фляжку с коньяком и сделал несколько глотков в честь фортуны, которая снова повернулась к нему лицом.
***
Менеджер небольшой туристической фирмы «Роза ветров» – Максим Оболдин никогда проблем с правоохранительными органами не имел и старался держаться от них как можно дальше. До недавнего времени вроде бы все у него было хорошо. Стабильная прибыльная работа. Девушка, которая его понимала и во всем поддерживала. За относительно небольшую плату ему удалось снять однокомнатную квартирку на Садовой улице, находившуюся в пятнадцати минутах ходьбы от его работы. В общем, все складывалось прекрасно, если бы не одно но.
Оставшаяся у него на этом свете единственная родная душа – брат Игорь, вот кто являлся этим самым но. Хорошим Игорь был когда-то парнем. Спортом увлекался, добился статуса кандидата в мастера спорта по борьбе самбо и дзюдо, на гитаре в рок-группе играл. Друзья его любили и уважали. Все прочили Игорю блестящее будущее. Видимо, сглазили. После того как в середине девяностых годов его призвали для прохождения срочной
Домой Игорь вернулся совсем другим человеком. Нервным стал, каждое слово в свой адрес воспринимал болезненно. С родителями постоянно конфликтовал, на отца руку поднимать стал, а дальше – хуже. Оказалось, что с Чеченской войны Игорь привез домой два десятка патронов от автомата Калашникова. Сувениры делать из них собирался. Вот эти самые патроны сотрудники полиции и изъяли у них дома. Уголовное дело в отношении Игоря возбудили. В итоге приговорили его к двум годам лишения свободы. Когда он освободился из мест заключения, заработав себе туберкулез, стало еще хуже. Пенсию по инвалидности Игорю дали мизерную, только на хлеб и воду. На работу его никто брать не хотел. Мало того, что инвалид, так еще и туберкулезник. Родители до последнего тянулись, помогали Игорю, лучшим специалистам показывали, лекарства ему дорогостоящие покупали. Все было напрасно. Игорь сорвался, погрузившись в беспробудное пьянство. Он неделями не появлялся дома. Сколько раз Максиму приходилось вытаскивать брата из притонов да подворотен, но Игорь снова и снова туда возвращался, говорил, что «не видит больше смысла в своем жалком существовании».
Несмотря ни на что, здоровья у Игоря оказалось предостаточно, чего нельзя сказать об их родителях. Сначала умер отец, а следом за ним и мать. Остался Игорь один в родительских трехкомнатных хоромах, расположенных в историческом центре Питера. Максим с братом жить не смог. Постоянные попойки, друзья-алкоголики. Квартира превратилась в склад стеклотары и мусора. Пришлось Максиму снять для себя другую квартиру. По мере возможности он продолжал помогать Игорю. Оплачивал коммунальные услуги, покупал для него продукты. Повлиять на брата Максиму никак не удавалось.
В последнее время к Игорю стали часто наведываться сотрудники УБОПа, пару раз его к себе в управление забирали. Сначала пытались его обвинить в угонах автотранспорта, совершаемых в составе какой-то бандитской группировки, но у них ничего не получилось, так как писать явки с повинной Игорь категорически отказался. Затем начали требовать, чтобы он рассказал, куда спрятал похищенное во время Чеченской войны оружие. Из УБОПа Игорь возвращался избитым. Узнав об этом, Максим пришел в отчаяние. Не было никаких угонов, никакого оружия. Только сотрудников УБОПа это нисколько не волновало.
Максим стал появляться дома как можно чаще. Выставлял собутыльников брата за порог, в квартире убирался. Надеялся привести квартиру в божеский вид. Максим думал, что если будет жить с братом, то и менты от него отстанут, увидят, что есть кому за Игоря заступиться, и не будут на него всякую понапраслину возводить.
Только вот появился у Игоря в последнее время собутыльник, от которого Максим никак не мог избавиться. Дружок армейский, непонятно откуда их адрес раздобывший. Здоровый, рослый, с жуткой рожей. На вид и не скажешь, что алкаш.