Приговор
Шрифт:
Пока они дожидались Фарона, Халисстра решила более подробно осмотреть развалины. Она имела некоторую склонность к науке, а изучение древнего города было ничем не хуже любого другого способа отвлечься от мыслей о последних, полных ужаса часах ее родного города. Другие занимались всякими мелочами в лагере или терпеливо ждали в самой глубокой тени, которую только смогли отыскать. Халисстра собрала свои немногочисленные вещи и направилась прочь из разрушенного двора. Взгляд ее упал на Данифай, тихо сидящую на коленях в тени обвалившейся арки и спокойно наблюдавшую
— Пойдем, Данифай,— помедлив, велела Халисстра.
Ей не нравилась мысль оставить служанку одну с мензоберранзанцами. Данифай годами хорошо служила ей, но обстоятельства изменились.
Служанка спокойно поднялась и последовала за ней. Халисстра провела ее сквозь осыпающийся остов дворца, окружавший внутренний двор, и они вышли на широкий проспект, пронизывающий центр древнего города. Воздух заметно прогрелся примерно за час, прошедший с восхода солнца, но все еще был мучительно холодным, и великолепие дня, казалось, еще усиливалось хрустальной прозрачностью небес. Две женщины остановились, ослепленные на несколько долгих мгновений солнечным светом.
— Плохо,— проворчала Халисстра. — Я так щурюсь, что не вижу даже собственной руки прямо перед лицом.
Даже когда она сумела открыть глаза, то не увидела ничего, кроме ярких, причиняющих боль пятен.
— Вейлас говорит, что со временем к дневному свету можно привыкнуть, — сообщила Данифай. — Теперь, когда я на собственном опыте узнала, что это такое, мне с трудом в это верится. Хорошо, что мы собираемся скоро вернуться в Подземье.— Халисстра услышала рядом легкий треск, и Данифай вложила ей в руку полоску ткани. — Завяжите глаза, госпожа. Возможно, это поможет.
Халисстра сумела соорудить из куска темной материи импровизированную вуаль. Это действительно помогло ослабить жестокое сверкание солнца.
— Так лучше, — сказала Халисстра.
Данифай оторвала от своей одежды еще одну маленькую полоску и повязала себе на глаза, пока ее госпожа рассматривала руины. Халисстра предполагала, что дворец, в котором они нашли кров, был одним из самых значительных зданий, и это было вполне логично. Создавать магические порталы нелегко, и их часто размещали в укромных или неусыпно охраняемых местах. Спереди дворец украшала колоннада, а через проспект стояло еще одно величественное сооружение — храм или, может быть, что-то вроде суда. В архитектуре зданий было нечто знакомое.
— Неферезы, — произнесла она. — Видишь квадратные основания колонн и стрельчатые арки окон?
— Я думала, города неферезов летали в воздухе и были полностью уничтожены каким-то магическим катаклизмом, — отозвалась Данифай. — Как же могло уцелеть такое?
— Это мог быть один из их преемников, — ответила Халисстра,— построенный после того, как потерпели неудачу великие мифаллары древних неферийских городов. Они, должно быть, во многом унаследовали их архитектурные черты, но должны были стать более земными, не столь магическими.
— Там, наверху, надпись, — заметила Данифай, указывая на фасад разрушенного здания. — Там... над колоннами.
Халисстра
— Да, — согласилась она. — Это неферийский.
— Вы можете прочесть это? — спросила Данифай.
— Я изучала несколько языков — Общий, Высокий неферийский, Иллускан, даже кое-что из драконьего, — ответила Халисстра. — В наших библиотеках хранится множество очаровательных историй и могущественных знаний, записанных на различных языках. Я завела обыкновение изучать такие вещи еще больше ста лет назад когда думала, что смогу отыскать какое-нибудь забытое заклинание или секрет, способные помочь в борьбе против моих соперников. Вышло так, что я ничего такого не нашла, но зато обнаружила, что мне нравится сам процесс обучения.
— И что же здесь написано?
— Я не уверена в некоторых словах, но думаю, надпись гласит «Верховный Зал Правосудия, Хлаунгадат — Там, Где Свет Истины, Нет Места Лжи».
— Какая глупая сентиментальность.
Халисстра указала на окружающие их развалины и добавила:
— Сама видишь, до чего она их довела. Однако это название, Хлаунгадат, мне знакомо. Я видела карты Верхнего Мира. Вейлас правильно определил, где мы находимся.
— Даже мужчина время от времени может что-нибудь сделать правильно, — сказала Данифай.
Халисстра улыбнулась и повернулась к руинам, высматривая еще что-нибудь интересное.
Быстро промелькнуло что-то рыжевато-коричневое и проворное и скрылось из виду. Халисстра на мгновение застыла, уставившись туда, где она заметила это: в пролом в каменной кладке стены неподалеку от них. Там теперь ничто не двигалось, но с другой стороны донесся звук осыпающихся камней. Не отводя взгляда, жрица коснулась руки Данифай.
— Мы здесь не одни, — жестами передала она. — Назад к остальным — быстро!
Они вместе попятились из дворца правосудия, снова на улицу. Когда они повернулись, чтобы вернуться по своим следам, что-то длинное и низкое, покрытое чешуей песочного цвета выскользнуло на дорогу. Его короткие крылья явно не могли бы удерживать существо на лету, но мощные когти и разинутая пасть были развиты гораздо лучше. Дракон помедлил; поднял голову, чтобы разглядеть двух дроу, стоящих перед ним посреди улицы, и довольно зашипел. В нем было верных пятьдесят футов от носа до хвоста. Громадное, сильное существо, со сверкающими хитростью и злобой глазами.
— Спаси нас Ллос! — выдохнула Данифай.
Две женщины принялись пятиться в другую сторону, под прямым углом к дворцу, где дожидались их спутники. Дракон неспешно последовал за ними, переваливаясь на ходу с боку на бок.
— Он гонит нас прочь от остальных, — проворчала Халисстра.
Она почувствовала спиной каменную стену и рискнула быстро оглянуться. Они были прижаты к зданию и двигались вдоль него, пытаясь держаться на прежнем расстоянии от монстра. Несколькими футами далее зиял вход в темный проулок. Халисстра мгновение колебалась, потом схватила Данифай за руку и рванулась в узкую щель со всей прытью, на какую была способна.