Причины полюбить тебя вновь

Кит Тата

— С той журналисткой, которая…

— Которая спрашивала его о том, свободно ли его сердечко, и про любовь? И которой он ответил, что в рот пихал той любви? Походу, не только любви, но и еще одной любопытной журналистке.

— Арина! Тебе двадцать лет, что за «в рот пихал»? Тебя словарем побить?

— А тебе двадцать семь, и что? Может, тебя побить тик-током, чтобы ты не вела себя как бабка? И вообще, почему он с этой журналисткой? Фу! Она же буквально булькает от силикона.

— Арина, это не моё дело. И зря я тебе, вообще,

рассказала. Забудь.

— И какой он? — так она и отстала, ага. — Такой же красивый как в телике?

— Лучше, — перед глазами вновь встал образ Саши в одном полотенце. Капли воды, влажные волосы, суровый взгляд, безразличный тон. — Мужественнее, красивее, равнодушнее, холоднее.

— А почему он ту тёлку в отель повёл, а не к себе домой?

— Куда? Под нос своей маме? — фыркнула я. — И отстань от меня с вопросами про Сашу, иначе я в твою личную жизнь полезу.

— Да хоть двумя ногами, — отмахнулась сестра и отвалилась на спину, уставившись в потолок. — В моей личной жизни такой штиль, что твоя жизнь для меня, как бразильский или турецкий сериал. Остается только надеяться на то, что удастся избежать клише с потерей памяти. С ребёнком-то клише уже есть. Потеря памяти — это уже зашквар…

На журнальном столике завибрировал мой телефон. На коленях подползла к нему и взглянула на дисплей.

Денис: «Привет! Какие планы на вечер?».

Решение пришло само:

«Еду к тебе» — набросала я ответ.

— Арин?

— М? — приподняла сестра голову.

— Ты никуда не собираешься? Штиль в личной жизни дома переживешь? Заодно за Настей посмотришь.

— К Денису собралась? Езжай. Клин клином, как говорится, вышибают, — при этом сестра весьма двусмысленно постучала ладонью о кулак.

Молча проглотила её колкость.

— Утром дождись Валентину Семеновну.

— Не учи ученого. Можно подумать, ты меня первый раз с мелкой оставляешь.

— Мелкая хотя бы растёт и умнеет, а вот ты…

— Эй! — деланно возмутилась Арина. — Читать по слогам и считать до тысячи и я умею. Не надо делать из Насти вендеркиндера.

— Отличные достижения для двадцати лет. И Настя, кстати, уже давно читает не по слогам.

— Она мухлюет.

— Завтра вечером вернусь, — встав с пола, я направилась в комнату к дочери. — Зайка, мне нужно ненадолго отъехать.

— Опять на свидание? — в голосе дочери так и слышались насмешливые интонации Арины. — С дядей Денисом?

— Да, Настюш, на свидание.

— Мама, ты влюбилась? — Настя отложила планшет в сторону и повернулась ко мне. Карие глаза с неподдельным любопытством смотрели в мои.

— Да, — я присела рядом с Настей, притянула ее к себе на колени и обняла.

— А моего папу ты тоже любила?

— Очень, — ответила я сразу, ни на секунду не задумавшись и не усомнившись.

— А теперь любишь дядю Дениса?

— Получается так, доча.

Настя

не знает, кто её отец. Она знает только то, что иногда люди не всю жизнь живут вместе, даже если у них есть общий ребенок. Такова правда. Я намеренно не стала кормить дочь сказками о космонавтах, лётчиках и прочем, боясь в дальнейшем нанести еще большую травму, когда она узнает, что лётчики и космонавты в полётах находятся не вечно, а мать ее просто лживая дрянь, которой было сложно сказать хотя бы часть правды в двух-трёх словах. Часть правды она знает, об остальном я расскажу ей потом.

— А вы уже целовались с дядей Денисом? А он уже обнимал тебя под одеялом?

— Что, прости? — растерялась я, чувствуя, как внутри поднимается целое цунами из злости и негодования. — Откуда ты знаешь про… обнимашки под одеялом?

— Ниоткуда, — абсолютно невинно ответила Настя и округлила глаза, став похожей на сову. Она так всегда делала, когда пыталась быстро найти выход из ситуации. — И мы с Ариной не смотрели никакие фильмы. То есть, Арина смотрела, а я нет.

— Честно, не смотрела?

— Честно-честно, — заверила меня дочь и поспешила сгладить крепкими объятиями тот факт, что сдала себя и Арину с потрохами. — Ну, всё, мам. Иди уже на свидание, — еще одна попытка дочери выйти из ситуации, в этот раз путем избавления от того, от кого можно понести бескомпромиссные ата-та.

— Хорошо. Но долго в планшет не играй. Договорились? В десять часов ложитесь спать. И никаких фильмов с Ариной. Проследи, чтобы Арина тоже легла спать в десять и завтра не проспала будильник.

— Я остаюсь за старшую? — загорелись восторгом детские глазки.

— Конечно, зайка. Не тётю Арину же оставлять за старшую, за ней глаз да глаз нужен. Я тебе доверяю. Люблю тебя. Давай ещё раз обнимемся.

— А мороженое можно? Я Арине не дам, чтобы у нее горло не заболело.

— Хитрюга, — щелкнула я дочку по носу. — Можно, но немного. И с Ариной поделись, а-то она обидится.

Глава 4

До новостройки Дениса я доехала на такси. Иногда он забирал меня с работы, если сам освобождался раньше, но чаще всего Денис просто забирал меня у подъезда моего дома, мы где-нибудь ужинали и после этого ехали к нему.

Нашим отношениям больше полугода и начинались они, как невинный флирт в кондитерской недалеко от отеля, в котором я работаю. Я часто забегала в кондитерскую за свежеиспеченными булочками для своих девчонок в обеденный перерыв (и до сих пор забегаю). Денис бывал там же и чаще всего в то же время, чтобы купить себе кофе. Однажды я так спешила, что не заметила его и врезалась в крепкий мужской торс так сильно, что нас двоих облило его горячим кофе. Я была уверена, что он свернет мне шею за свою белую рубашку и кофе, которое он даже пригубить не успел. Уж больно грозный вид у него был. Всегда.