При свете звезд
Шрифт:
Люк отбросил топор. Сорок шесть пар глаз устремились в его сторону.
– Можете отдохнуть, – бросил Люк своим людям и направился к лестнице.
– Нам можно перекусить, милорд? – крикнул вслед ему сэр Пирс.
– Можно, – сказал Люк, хотя солнце только приближалось к зениту.
Люк мчался вниз, перескакивая через ступеньки. Во время перерыва он обычно не ел в главном зале, но сегодня решил сделать исключение.
– Не прогуляетесь со мной, леди? – спросил Люк. – Мне нужно
Несмотря на его холодный тон, у Мерри учащенно забилось сердце.
– Как вам будет угодно.
Мерри обрадовалась представившейся возможности уговорить Люка сжалиться над баронессой и ее мужем, а также узнать, какова его реакция на случившееся с ней ночью. Однако Люк был предельно сдержан. Выражение его лица оставалось спокойным, если не считать играющих на скулах желваков. Это был дурной знак, лишавший Мерри какой бы то ни было надежды.
И все же она сочла своим долгом вступиться за леди Адель независимо от того, как Люк к ней относится. А пока в ожидании его приговора сердце девушки трепетало. Услышать осуждение из его уст было гораздо обиднее, чем от кого-либо другого.
Их уже связывали какие-то узы, нечто вроде понимания. И хотя они часто и ожесточенно спорили, Люк относился к ней с величайшей добротой. А при воспоминании о его поцелуе, нежном и пылком, у Мерри захватывало дух.
– Как вы себя чувствуете? – обратился к ней Люк, когда они направились к выходу.
– Хорошо, благодарю вас, – ответила Мерри в тон Люку.
У основания лестницы он открыл перед ней дверь, пропуская вперед.
– Давайте пройдем во внешний двор, – предложил Люк, щурясь от солнца.
– Как пожелаете.
Он подставил ей локоть, и Мерри взяла его под руку. Было ясно, что Люк собирается сообщить ей нечто важное.
Во внешнем дворе не было ни души.
– Что заставило вас бросить работу? – осведомилась Мерри.
Вместо ответа Люк заявил:
– Я принял решение.
Мерри повернулась к нему.
– Что вы имеете в виду? – спросила девушка.
– Я намерен отвезти вас в Хелмсли.
На мгновение Мерри лишилась дара речи.
– Мне не следовало привозить вас сюда, – продолжал Люк бесстрастным тоном. – Кто бы мог подумать, что один из моих людей… – Люк недоговорил и посмотрел на ее щеку. – Это я виноват в том, что с вами случилось, – добавил он угрюмо.
Ее изумление уступило место горечи и боли. Люк считает, что она спровоцировала Каллина, и теперь хочет во что бы то ни стало от нее избавиться.
Для Мерри это не стало неожиданностью. Но с какой легкостью он решил расстаться с ней!
Стараясь преодолеть причиненную Люком боль, Мерри взяла себя в руки и решила замолвить словечко за баронессу.
– Потом вы снова вернетесь в Айверсли? – спросила девушка.
– Разумеется, – нахмурившись, ответил Люк. Мерри кивнула, судорожно сглотнув.
– Тогда вам стоит кое-что узнать о сыновьях
Мерри подумала, что ее горе не так безысходно, как горе леди Адель, и не могла не воспользоваться последней возможностью сделать для баронессы все, что в ее силах.
– Мало того что ее мужу осталось недолго жить, так теперь еще разгромили ее дом. Не кажется ли вам, Люк Ленуар, что настало время проявить милосердие?
Он смотрел на нее как на умалишенную. Напрасно Мерри пыталась разглядеть в его золотисто-карих глазах хоть искру сострадания.
– Что вам мешает сказать принцу, что вы снесли незаконно возведенные строения, и часть их оставить нетронутыми? – спросила девушка.
– Вы предлагаете мне солгать? – перебил ее Люк. – Солгать моему принцу?
– Не солгать, – не унималась Мерри, – утаить часть правды. Кто от этого пострадает? Как можно не понимать, что разрушение этой крепости – полный идиотизм? Ведь принцу придется прислать сюда людей, чтобы возвести стены заново.
– Я уже говорил вам, что ни вы, ни я не вправе подвергать сомнению приказы Генриха. – В голосе Люка прозвучали опасные нотки. – Я дал принцу слово и сдержу его. Как всегда.
Он бросил взгляд в сторону западной башни, которую еще предстояло снести.
Мерри охватило отчаяние. Она и представить себе не могла, насколько Люк беспощаден. И к баронессе. И к ней самой.
И Мерри захотелось причинить ему боль.
– Вы, Люк Ленуар, – жалкая марионетка в руках тирана, – процедила Мерри сквозь зубы. – Вы не достойны уважения. К тому же я не собираюсь ехать в Хелмсли, поскольку нужна еще здесь. Как насчет Филиппа? Кто позаботится о его ноге?
– Жервез.
– Ха! Жервез даже не знает, как справиться с лихорадкой! Что, если барона хватит второй удар? Кто утешит леди Адель, если ее муж последует за сыновьями в могилу?
Люк скрестил руки на груди.
– Вы не несете ответственности за баронессу, – парировал он. – В то время как я в ответе за вас, но не могу вам гарантировать здесь безопасность.
– Я не поеду в Хелмсли! – заявила Мерри. – Что меня там ждет? Пожизненное заточение!
– А здесь что вас ждет? – не сдавался Люк.
Наступило молчание.
«Здесь ты», – подумала Мерри, но из гордости не произнесла этого вслух, ибо на этого мужчину она не имела права.
– Я обещал доставить вас в Хелмсли, – продолжил Люк, отчеканивая каждое слово. – Неделей раньше, неделей позднее, не все ли равно?
Действительно, не все ли равно. Мерри не сводила глаз с Люка, чтобы унести его образ в свое мрачное будущее. Он был единственным, не считая ее отца, кто относился к ней с пониманием и добротой.
И еще был первым мужчиной, заставившим ее дрожать от желания.