При свете звезд

Мун Марлисс

Мерри скормила яблоко его лошади и, возвратившись к Сулейману, лицом к лицу столкнулась с Фениксом.

Заметив виноватое выражение на ее лице, Феникс прищурился.

– Что вы сделали? – спросил он без обиняков.

От его холодного взгляда у нее в жилах застыла кровь.

– Ничего, – ответила Мерри, прижимаясь к холке лошади. – Угощала яблоком лошадей. Вот и все.

Люк шагнул к Мерри, и она невольно попятилась, охваченная страхом.

– Леди! – Голос его прозвучал тихо и угрожающе. – Достаточно

того, что я позволил вам взять с собой кота. Не делайте из меня посмешище в глазах моих подчиненных.

Мерри отвела взгляд.

– Вы слышали, что я сказал? – На этот раз в голосе его прозвучало отчаяние.

Вскипев от гнева, Мерри пристально посмотрела на Люка.

– Это не вас они обвиняют в одержимости! – выпалила она.

– Ну и пусть, – сказал он уже более мягко. – Я не допущу, чтобы такие, как Каллин, вас обижали.

Мерри всей душой хотелось в это поверить. Но сэр Люк не всегда будет поблизости, чтобы ее защитить. У него и без нее полно дел.

– Пожалуйста, не разжигайте в людях суеверия. Вы жене ведьма, вы леди. Ведите себя соответственно, и солдаты вскоре забудут о своем невежестве.

Она сглотнула подступивший к горлу ком, вспомнив о лозе ядовитого дуба, завернутой в плащ Каллина. Ей захотелось признаться в своем проступке, но она решила не разочаровывать Феникса и молча кивнула.

Не сказав ни слова, он поднес руки к ее голове и поправил съехавший набок венок. Мерри замерла.

– Вы похожи на лесную фею, – промолвил Феникс.

Внезапно нахмурившись, он отвернулся и зашагал в гущу солдат, призывая их собираться. Они должны прибыть в Айверсли к наступлению ночи.

Они продолжали двигаться на запад со скоростью, от которой у Мерри стучали зубы. Она размышляла над словами Люка. «Пожалуйста, не разжигайте в людях суеверия. Вы же не ведьма, вы леди. Ведите себя соответственно, и солдаты вскоре забудут о своем невежестве».

Забудут ли? Ведь она и в самом деле целительница, а не колдунья. Но для многих это одно и то же.

Мерри уже пожалела о том, что подложила ядовитое растение в седельную сумку Каллина. Феникс прав. Если ратники узнают, что это дело ее рук, то утвердятся во мнении, что она ведьма.

Целительница должна избавлять от страданий, лечить, а не причинять людям зло.

А что, если Феникс запретит ей заниматься целительством, усмотрев в нем колдовство? Придется его ослушаться. У каждого свое призвание. У Мерри – ухаживать за больными, у Феникса – вести за собой людей.

Не исключено, что в один прекрасный день Мерри спасет ему жизнь и он оценит по достоинству ее искусство. Такое вполне возможно, учитывая предсказание Сары. И тогда Феникс поймет, что Мерри Дюбуа больше чем леди.

Глава 6

Барон Айверсли стоял за закрытыми воротами, вцепившись

синими от разбухших вен руками в железную решетку. Солнце спряталось за холмом, и ночные тени сгустились, поэтому Мерри видела лишь его седую бороду.

– Все-таки ты явился, – услышала она голос барона, когда Люк с сержантом приблизились к воротам.

В его голосе слышалась обреченность, и Мерри невольно задумалась. Чем же занимается Феникс в угоду принцу? Люк что-то сказал, но так тихо, что Мерри не разобрала слов.

– Я не могу накормить целую армию, – проворчал барон.

– Мы принесли снедь с собой.

Люк указал на тушу вепря, болтавшуюся между двумя лошадьми.

Наступило молчание. Наконец барон велел поднять ворота и решетка со скрежетом поползла вверх. Еще он был необычайно высок ростом. Повернувшись к солдатам спиной, он повел их в цитадель.

Когда они въехали во внутренний двор, Люк помог Мерри спешиться.

– Мой сквайр присмотрит за вашим котом, – сказал Люк, протягивая ее котомку Эрину.

Капитан, сержант и Мерри проследовали за бароном в хорошо освещенную башню замка, в то время как солдаты остались у гарнизонной казармы.

В сумерках барон принял Мерри за сквайра. Его жена, ожидавшая их в большом зале, скользнув взглядом по Мерри, сразу догадалась, что это девушка.

Барон всех представил друг другу.

– Это – легендарный Феникс и его сержант, сэр Пирс, – обратился он к жене. – Джентльмены, баронесса Адель.

Баронесса присела в легком реверансе.

– Кто эта женщина? – осведомилась баронесса.

– Мерри из Хидерзгила, – ответил Люк. – Я сопровождаю ее в Хелмсли.

Барон и баронесса с любопытством уставились на Мерри, затем перевели взгляд на Люка. Уж не собирается ли Люк проверять их домовые книги, подумала Мерри.

Баронесса указала на высокий стол.

– Не изволите ли поужинать с нами? – обратилась она к прибывшим без малейшего намека на любезность.

– С удовольствием, – вежливо отреагировал сэр Люк. Леди Адель проводила их к возвышению.

– Наши сыновья ушли в поход на континент, так что у нас теперь все по-простому, – бросила она через плечо. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Идя к столу, Мерри обвела зал взглядом. Балки кое-где были затянуты паутиной, камыш на полу требовал замены. Время здесь, казалось, застыло. Старинные ковры на стенах и пожелтевшие полотна лишь усиливали это впечатление.

Появился паж с тазиком воды для мытья рук. Вассалы барона были столь же почтенного возраста, как и он сам. Вряд ли у них хватило бы сил защитить крепость в случае необходимости.

Подали пожаренную на углях форель, приправленную зеленым соусом. Мерри предстояло делить трапезу с Люком. Девушка проголодалась, и Люк отдавал ей лучшие куски.