Превращение
Шрифт:
— Перешагнешь черту, и ты труп!
Макс легко потянул меня за локоть назад. Правильно. А то за действиями я забыла двигаться.
— Что ты делаешь? — Молодой Смотритель приблизился.
Я разглядела на медальоне в его руке солярный знак [Знак солнца в виде круга или плоской спирали].
Сбоку раздался знакомый звук — так оружие вынимают из ножен. Тяжелый лязг, шваркающий, неприятный.
Я смотрела в припухлые глаза парня в толстовке, а на краю сознания уже рождались варианты спасения. Красная линия аркана легла к моим
Окинула взглядом зал. Смотрители подготовились. В этом месте уже однажды произошло колдовство: одна неопытная колдунья помогла маленькой девочке прозреть, поэтому они воспользовались оставшейся здесь энергией. Что ж, сделали все неплохо, но… как-то наспех.
Я метнула второй стакан прямо в линию, разделяющую нас с парнем.
— Остановись! — закричал Смотритель, закрываясь от осколочных брызг.
Кружочек лимона лег наподобие солярного знака. Примета на примету! Должно подействовать. Главное, дать Максу возможность выйти. Зачем, зачем он полез сюда?! Мог же все объяснить заранее. К чему такой глупый, ненужный героизм? Опять хотел все сделать один?
— Есть предложение! — крикнула я парню, выкидывая пока Макса из головы. Когда он рядом, мне тяжело сосредоточиться.
— Иди ты к черту со своими предложениями! — нервничал Смотритель, мелкими шажками продвигаясь вперед.
— Этого вампира вы не тронете, и я вам помогу!
Я вытащила телефон. На экране высветилось три пропущенных звонка. Отлично! Первое устойчивое число. Вплетем его в дело.
Я захохотала. Какой восторг быть колдуньей! В ход идет любой предмет, главное, правильно его настроить.
— Больше не шевелись! — посоветовала я обладателю толстовки. Тот стоял уже на самой границе.
Парень все-таки сдвинулся с места, пытаясь прорваться через мою черту. Я отпрянула.
— Стол! — закричала я любимому. Опрокинутый столик добавит неудачи в аркан и отвлечет от Макса.
Невидимым движением он опрокинул тяжелую конструкцию.
Стол с гулом покатился по полу, захрустели осколки. Я присела, вдавила ладонь в битое стекло. Любой договор закрепляли кровью. Любой заговор можно той же кровью разрушить. Кровь закапала, но слабо. Я сжала кулак, встряхнула рукой.
— Вы ошиблись! — прошептала я зло. От боли перехватило дыхание.
Макс присел рядом. Он все понял. Легко резанул осколком по запястью. Из пореза равнодушно потекла кровь.
Воздух вокруг запел, зазвенел от скопившейся энергии. Аркан изогнулся, пошел пунктирами. Мой заговор прошил его, разбивая, оставляя только хвосты на улице.
— Черт возьми! — вскрикнул парень, пятясь. — Сумасшедшая!
— Кто вас привел? — спросила я, вцепляясь в Макса из страха, что сейчас упаду. Вокруг меня разлетелись кроваво-красные точки.
— Нам сказали, вампир один… — Парень не слышал меня.
— Их здесь больше! — закричала я, приводя его в чувство. —
— Ты — с ними? — Удивлению молодого Смотрителя не было предела. Он стоял, теребя ставший бесполезным оберег. — Но это же предательство!
— Кто вас привел?
Неприятное слово «предательство» кольнуло сотней иголочек. Ничего-то парень не понимает!
— Из Москвы пришло сообщение: у нас вампиры.
— Кто? — Я встряхнула рукой, разбрасывая вокруг себя осколки.
Мой противник безвольно прикрылся рукой.
— Как же так? Ты Смотритель!
— Маша… — напомнил о себе Макс. Как хорошо, что он рядом. Я схватила его за
руку.
— Ты пойдешь за мной, — напомнила я. — И только за мной. Ни шагу в сторону!
— Гера! — заорал за моей спиной парень. Я перепрыгнула лежащий на полу столик,
всем телом упала на дверь, заставляя ее открыться. За моей спиной тяжелый стол покатился, давая Максу дорогу.
Знакомое крыльцо, знакомые осевшие сугробы. В одном я заметила веточку — на конце она раздваивается, а потом и ее ответвления раздваиваются. В другом сугробе торчал вверх подошвой сапог. Так, это на дорогу… Красная нитка была хорошо заметна на затоптанном снегу.
Я сжала пораненную руку и шагнула вперед. На мгновение показалось, что на меня несется поток воды и хочет подмять под себя, сбить с ног, что он не даст мне совершить этот шаг. И все же я переступила нитку. Тут же поскользнулась и плашмя упала на спину. Ухнула в секундное беспамятство.
Я сидела на ледяной дорожке, мотала головой, не понимая, что произошло. Странными скачкообразными движениями ко мне приближалась фигура. Кто-то спешил сюда. Видимо, было назначено другое время, но человеку позвонили и вызвали раньше. И вот теперь он торопился, понимая, что опоздал, бежал, нелепо выбрасывая вверх колени. В каждом жесте — одно сплошное отчаяние.
— Цела? — Макс присел рядом со мной.
— Теперь можно выходить, — цепляясь за него, я попыталась встать. — Аркан разорван.
Действительность передо мной перестала дергаться, и я рассмотрела прибежавшего человека. Он стоял в нескольких шагах от нас. Моя догадка подтвердилась: судя по тому, как Макс напрягся, это был Смотритель.
— Трое — это уже много. — Человек был нелеп. Смотреть на него не хотелось. Тоже мне — Смотритель.
— Они сильные?
— Судя по аркану — нет. Но других не предвидится.
Человек все еще стоял на месте, вертел в руках какой-то предмет.
— Мы рано пришли, они не успели по-настоящему подготовиться, — озвучила я свою догадку.
— Мы пришли вовремя, за пятнадцать минут до начала спектакля. Я могу попробовать поймать этого человека и поговорить с ним.
Мне было уже все равно. В успех нашего предприятия верилось с трудом.
Макс спустился с пригорка по-человечески медленно. Смотритель попятился.
— Позвольте с вами поговорить, — церемонно начал Макс.