Превращение [CИ]
Шрифт:
– Сила? Это то, что пытается разорвать меня на части? Это не сила, а мучение. Я не могу.
– Она отступила на шаг назад, как будто хотела сбежать от себя самой.
– Можешь, просто вспомни, как ты сдерживала свои чувства, когда была человеком.
– А кто я, если не человек?
– Не перебивай меня.
– Голос черноволосого был немного раздраженным.
– Закрой глаза и вспомни, ты можешь сделать, так что бы все в тебе утихло. Успокойся, ты не одна, я помогу тебе.
"Успокоиться, взять свои мысли под контроль, вспомнить,
– Кирилл я теперь вампир? Я вспомнила, это я убила того парня или мне приснилось? Убила, кровь на моих губах, она вкусная...
Девушка облизала губы, пробуждая в памяти вкус молодой крови, но когда она вспомнила как хладнокровно, поддавшись своим инстинктам, убила того парня, слезы потекли по ее щекам. Ей было страшно. Алана не могла понять, как она могла так просто, как будто невзначай, забрать жизнь человека.
На долю секунды она увидела себя со стороны: стоит молодая девушка, очень даже симпатичная, черты ее лица были красивые и правильные. Красные волосы, не естественный цвет, но и не крашеные, хотя обычному человеку покажется, что это очень хорошая работа стилиста. Они, развеваясь на ветру, опускались немного ниже плеч. Тату уже не сверкала и была черного цвета. Глаза, прежде бывшие не яркого голубого оттенка теперь стали как пучина чистейшего моря с отливом зеленого. Она осталась прежней, но в то же время неповторимо новой до неузнаваемости. Каждый с ее прежнего мира мог бы узнать девушку, но в то же время понял бы, что это не та Алана, которую они знали.
Если бы Кирилл не отводил взгляды прохожих, то они бы ужаснулись: она стояла в легком платье, босая в февральском снегу, просто стаяла и смотрела на свои руки. По щекам лились слезы, никаких эмоций не было на ее лице, только отрешенный взгляд, но слезы лились ручьем, и в глазах была настолько ужасная грусть, что девушку хотелось пожалеть, но было видно, что если кто-то посмеет это сделать, то она возненавидит его до глубины своей души. Уже давно со своей жизни Алана вычеркнула чувство жалости. Все это видел только Кирилл. Он знал что из-за ее пробуждения скоро здесь соберется много вампиров, даже самый слабый не может не почувствовать ее силу, знал что нужно ее успокоить увести отсюда, знал... но не мог отвести от нее глаз. Девушка не была красавицей с глянцевых обложек, но в ней было, что-то такое, что не позволяло отвести от девушки взгляд.
– Пошли Кирилл, я чувствую, здесь не безопасно.
Так резко и так просто, пошли. Ни кали слез на ее глазах, ни следа от той боли. Она за секунду изменила свое настроение, когда почувствовала приближение чего-то незнакомого, посчитав это опасностью.
– Кирилл, я не помню ничего. Знаю, как меня зовут, тебя помню, но толком не могу понять кто ты. Куда мы направляемся?
– Ко мне. Тебе нужно поспать.
– Поспать? А разве вампиры спят?
–
– На его губах появилась насмешливая улыбка.
– Ещё спроси: разве мы не бессмертны. Хотя чего я ожидал, ты всего лишь новорожденная.
Девушка приостановилась и покраснела, ей стало стыдно за свой глупый вопрос. Когда Алана так стояла, то была похожа на маленькую миленькую девушку. Румянец ей был очень к лицу.
– Все нормально, я тебя понимаю, У тебя сейчас очень много вопросов в голове, но с ответами на них повременим.
– Ему стало почему-то очень хорошо, когда он посмотрел на нее, такую открытую и искрению. Когда они пришли к Кириллу, он уложил ее в кровать.
– У тебя будет очень тяжелый сон, в нем ты вспомнишь всю свою жизнь, я верю, что ты справишься и не затеряешься в своих воспоминаниях. Извини меня, тебе придется перетерпеть ужасную боль и все воспоминания заново в одиночестве и с теми же чувствами.
– Но зачем? Мне и так хорошо,- она не могла понять, почему у него такой виноватый взгляд.
– Нужно. Извини.
– Объясни, что мне делать.
– Ты сама все поймешь.
Кирилл коснулся рукой ее головы, и глаза девушки закрылись, она не успела увидеть, как на его глазах появились слезы. Он помнил, как тяжело было это для него, а жизнь Аланы была не более сладкой, даже наоборот. Он не мог понять, что чувствует к ней. Видел ли он в ней только подругу как говорил сам себе и всем окружающим? Кирилл взял ее за руку, хотя и знал, что она этого не почувствует, что ей это ничем не поможет. Ничем... но он просто хотел быть рядом.
Глава 1
Куда я опускаюсь? Или падаю? Почему меня окутывает непроглядная темнота? Что за невыносимая боль?! Моя голова сейчас взорвется. Я даже закричать не могу! Стало светлее или просто боль немного утихла?
Из темноты показалась странно знакомая картинка: ребенок, которому ещё года нет, на руках у парня, рядом маленький мальчик. В этот парень, я узнала отца, и по моим щекам побежали слезы. На его руках наверняка я, а рядом мой старший брат, младший братишка ещё не родился в то время. Мама сидит за столом. Они счастливы. Никогда в сознательной жизни не видела у папы такого нежного взгляда.
Так тепло на душе. Но почему я плачу? Что за невыносимая боль в груди?
Первая картина быстро сменилась следующей. Я как бы наблюдаю за сценами фильма - все со стороны, и вмешаться, или изменить что-то не могу. Передо мной привстал детский садик. Воспоминания были безумно четкими, и по моему телу прошла теплая волна воспоминаний.
Как приятна эта детская наивность, эта дружба, когда не думаешь, что тебя предадут, не думаешь о выгоде. Хотя это только я не думала в свою пользу. Смотрю и понимаю, что даже тогда дети искали выгоду в общении, это заложено с рождения, наверное. Обидно. А я же так наивно смотрела на жизнь не только в детстве.