Превозмоганец-прогрессор. Дилогия
Шрифт:
Пиратский корабль в это время почти не двигался, его капитан понимал, что поворачивать на курс против ветра жертва не станет, а направление от берега галера перекрыла. "Удача" могла только прорваться за счёт суммарного напора попутного и магического Ветра в своих парусах.
– Почти нет, но мы попытаемся, – вежливо ответил Авмий Тушт старшему группы пассажиров.
И так неплохое отношения экипажа к своим гостям накануне намечающегося сражения стало ещё лучше. Все моряки понимали, что имеющийся у них весьма высокий шанс одержать победу целиком и полностью зависел от наличия
– Ты зачем доспеховую куртку надел? – хмуро спросил Лойм, когда Игорь отошёл от капитана, – Здесь тебе не суша. Упадёшь за борт, не всплывёшь. На, вот, щит возьми, а куртку сними.
Усыпанная металлическими пластинами куртка и в самом деле была тяжеловатой. Никто больше на "Удаче" в доспех не обрядился. Но совету товарища Егоров не последовал, хотя щит – круглый, деревянный, с небольшим бронзовым умбоном по центру – разумеется, взял.
– Я не буду близко к бортам подходить, – Игорь поправил кожаную с толстой войлочной подкладкой шапку, – И тебе приказываю туда не соваться. Стоим здесь и перекрываем путь к нашим людям.
Когда до пиратов осталось меньше полукилометра, капитан скомандовал рулевому направить "Удачу" левее, уходя от галеры по диагонали к берегу, а сам, после непременных жестикуляций, сформировал заклинание Ветер, направленное в и так наполненные паруса.
У землянина в первый миг даже ёкнуло сердце – Игорю показалось, что центральная мачта переломится у самого основания, так сильно она заскрежетала. Но капитан Авмий оказался настоящим профессионалом своего дела – прочное дерево устояло, паруса не треснули, канаты, их крепившие, не порвались, а каравелла резко ускорилась, начав отдаляться от морских разбойников с приличной скоростью.
Вот только, пираты тоже, как говорится, не лаптем щи хлебали. Егоров увидел, как дружно поднялись, а, затем, опустились вёсла на галере, снова поднялись и вновь опустились. Расстояние между судами было уже столь невелико, а звуки над морской поверхностью разносились так хорошо, что легко слышались не только всё ускоряющиеся удары задающего темп гребли барабана, но и свист плетей, и крики надсмотрщиков, подгоняющих гребцов.
– Как в кино, блин, – сказал Игорь.
Землянин стряхнул с себя накатившее вновь ощущение сюрреализма происходящего – убить здесь могут без всяких шуток – и извлёк меч под вопросительным взглядом бывшего десятника, не расслышавшего или не понявшего слов командира.
Повторять или объяснять свою фразу Егоров не стал.
Галера показала себя во всей красе. Если ускоренная магией "Удача" двигалась очень быстро, то хищная своими обводами галера, буквально, летела над волнами, вспенивая вёслами воду, что тот миксер.
– Бесполезно, не уйдём, – сделал вывод Лойм.
Егоров с ним был полностью согласен – каравелла никак не успевала выскочить из ловушки и зримо настигалась двигавшимися наперерез морскими разбойниками.
– Вправо руля! – скомандовал капитан, пытаясь уже не оторваться от погони, а просто отклониться от таранящего удара врага.
Высотой галера сильно уступала "Удаче", но в передней части пиратского судна имелась
Тания верно предположила примерную численность врагов – Игорь насчитал три с половиной десятка готовящихся к абордажу пиратов. Численное преимущество у них имелось, но менее, чем полуторакратное. Хотя – подумал Егоров – многое ещё зависит от бойцовских качеств. Всё же, матросы "Удачи" – мореходы, а их сегодняшний противник – профессиональные убийцы.
Кроме абордажной группы на галере виднелись ещё люди – меньше десятка. Вряд ли, резерв, скорее, пиратское начальство, рулевые и надсмотрщики.
Оценивающе посмотрев на выстраивающихся двумя рядами вдоль борта людей Авмия, страха в них землянин не заметил. Являлось ли причиной такой храбрости их личные качества или чрезмерно большие порции выданного боцманом вина, сказать было трудно. Но факт оставался фактом – сдаваться противнику никто на "Удаче" не собирался.
Лойм тоже принял внутрь себя большой кубок сидра, и сейчас чуткий нос землянина хорошо улавливал запах свежака. Сам Игорь от предложенного алкогольного угощения отказался. В допинге спецназовец не нуждался, а голову в бою, считал, лучше иметь трезвой. При этом, бывшему десятнику принять "сто грамм наркомовских" не препятствовал. Взрослый уже дядя, опытный, в состоянии за себя решить, как ему будет лучше.
– Щит подними повыше, – посоветовал командиру Лойм.
Едва он это произнёс, как нос галеры впечатался в борт "Удачи". Рулевой успел повернуть каравеллу и удар пришёлся чуть наискосок, тем не менее, раздался жалобный скрежет всех сочленений корабля Авмия, треск сломавшегося почти в самой середине правой стороны фальшборта, под ногами Егорова сильно качнулась палуба, с грохотом с носа галеры упали широкие – метра два – мостки и по ним с громкими воплями кинулись в атаку морские разбойники.
Залп из самострелов никакого эффекта почти не дал – опытные разбойники пригнулись и закрылись щитами. Только одному из них – как успел заметить землянин – досталось получить болт в ногу. Впрочем, ответная стрельба с галеры показала результат ещё хуже.
Пираты, выйдя из-под магической защиты своего корабельного амулета, подставились под боевые заклинания Тании и Латаны. Первые же разбойники, ступившие на борт "Удачи" с жуткими воплями и воем стали замертво падать, получив попадания в них Огнешаров.
Один, второй…, восьмой. Игорь насчитал восемь боевых заклинаний, которые успели применить иск-магини. И все они достигли цели. Соратницы могли бы успеть и больше бросить Огнешаров, но всё смешал боцман Дильян. Перепил, что ли, придурок? – разозлился на него попаданец.
– Бей их! – завопил главный унтер-офицер "Удачи", бросаясь на врага и увлекая за собой всю первую линию жидкого строя своих товарищей.
Почти мгновенно моряки каравеллы оказались среди валивших толпой пиратов, и Тания с Латаной не могли больше бить Огнешарами без угрозы поразить кого-то из своих – слишком быстро перемещались бойцы обоих сторон относительно друг друга.