Превозмоганец-прогрессор 8
Шрифт:
Позади взбиралась пятёрка янычар, но Игорь не рискнул доверить столь ценный груз своим парням. Всё-таки, хоть бывший спецназовец и подверг себя заслуженной критике, пока во всех умениях для янычар ещё недосягаем.
– Я сам могу пройти, - заупрямился принц, - Мы же учились.
– Это приказ, сержант! Будешь пререкаться, никогда ты не станешь майором. Моих янычар.
Угроза подействовала, мальчик оседлал дядю, и через пару минут их небольшой отряд оказался на удобной площадке - пять шагов в длину и три в ширину - с которой открывался прекрасный вид на
– А храбро атакуют, - прокомментировал открывшуюся панораму янычар-горнист, - Господин, они ведь так могут и прорвать линию укреплений.
Ванитен не мудрствовал и послал в первых рядах на острые колья, ловчие ямы и магические ловушки тех, кого здесь называют мясом - набранных из всякого сброда и наспех обученных копейщиков, боявшихся палок десятников и удавок сотенных капитанов больше, чем мечей неприятеля.
У Игоря самого подобного мяса было больше половины в составе полков, но маршал Приарский с помощью Майена и Тэга смог обеспечить полную укомплектованность войска достаточно профессиональными офицерами и унтер-офицерами, в то время, как биранский виконт-наследник оставил большую часть своих младших командиров убитыми под стенами Вара и при тяжёлом отступлении.
Глядя на то, с каким остервенением враги рвутся в атаку, Егров едва сдержался, чтобы подобно генералу Багратиону, восторгавшемуся стойкости французов под градом ядер и картечи, не воскликнуть: "Браво, биранцы! Браво!".
– Обязательно прорвут, Дайвин, - ответил горнисту попаданец, - Мы же не зря целых четыре полосы препятствий построили. Лучше бы, конечно, не все они нам пригодились.
Пожертвовав частью солдатского быдла виконт-наследник ценой потери почти двух-трёх сотен копейщиков - с расстояния в пол километра, с которого наблюдал за битвой Игорь, точнее определить было невозможно - прорвал всё же первые заграждения и сохранил резервы своих иск-магов.
Одарённые биранцев не потратились на дезактивацию Ловушек, благодаря чему смогли ударить боевыми заклинаниями - Стрелами Льда, Огнешарами и Молниями - по фаланге гирфельского полка, стоявшей в пяти шереножном строю по двести человек в каждом ряду, перекрывая полностью проход.
Магическое зрение позволяло видеть, какие участки не защищены редкими носителями амулетов. Именно туда враг и ударил.
Теперь настала очередь бойцов графа Приарского погибать. Огнешары прожигали не слишком глубокий строй насквозь, а три Молнии выбили в прямоугольнике солдатской массы проплешины, впрочем, быстро затянувшиеся.
– Что же он не атакует?!
– воскликнул принц, - Игорь, кто тем полком командует?
– Не спеши, Дин, - попаданец не стал признаваться, что пока и сам не очень понимает логику магического средневекового сражения, но был уверен в командире полка, опытном рубаке, успевшим поучаствовать в десятке войн, а лейтенантскую службу прошедшим в Гира-Туанской империи, - Он знает, что делает.
Все свои предыдущие победы землянин одержал благодаря тому, что тактически переигрывал соперников
И действительно, выстояв под первым шквалом магических ударов, гирфельская фаланга, перестроением залатав внутри себя дыры, набрав скорость шага почти до бега, врезалась в дезорганизованную преодолением препятствий колонну неприятеля.
– Дави их!
– радостно воскликнул Дин.
Полк опрокинул неровные разрозненные ряды неприятеля обратно на полосу преград, сейчас усиленно разбираемых и растаскиваемых задними отрядами биранцев, и пошёл дальше рубить пятившихся солдат Ванитена.
Теперь настала очередь гирфельских иск-магов ударить боевыми заклинаниями. К своей досаде Егоров увидел среди четвёрки одарённых позади фаланги и полковника-магиню Щерну, бывшую заместительницу Тании во время Исторского похода.
Тут Игорь сам виноват, что в суматохе напрочь забыл определить главной иск-магине войска её место в боевых порядках, но ты могла бы и без его указаний сообразить, что не её дело участвовать в первой же сшибке.
Граф Приарский в сердцах даже пообещал себе по окончании войны определить Щерну в какой-нибудь отдалённый гарнизон в глухомани, хотя знал, что это он так мыслит на эмоциях. Чуть время пройдёт, и он полковника поймёт, простит.
Удар одарённых первого полка и Щерны довершил разгром передовой линии наступающих. Биранские копейщики откатились к следующим за ними рядам своих товарищей.
– Дайвин, труби полку отход за четвёртую линию, - скомандовал попаданец.
– Отступать?
– изумился виконт Дин, - Но мы же побеждаем?!
– Пока нет, но к этому идёт, - Игорь под звук горна повернулся к мальчишке, - Не торопись с выводами. Досмотри это шоу до конца, а потом мы с тобой всё подробно обсудим.
Сигнал горниста, отражаясь от скал, прозвучал очень громко вдоль всей тропы.
Первый полк тут же вышел из боя, разорвал с неприятелем дистанцию и в заранее подготовленные проходы отступил, минуя вторую и третью линии укреплений, за четвёртую.
– Молодцы, - вслух похвалил граф Приарский действия своих воинов.
Без лишнего хвастовства он мог бы адресовать добрые слова и себе. Именно Игорь под уже ставшим широко известным в гирфельской армии лозунгом "тяжело в учении - легко в бою" заставил полковников ежедневно тренировать отступления и быстрое закрытие проходов заграждениями.
Биранцы, понесшие ощутимые безвозвратные потери - не менее полутысячи убитыми и тяжело ранеными, при виде отхода гирфельцев воодушевились и, организовав новую колонну, поставив впереди солдат, ещё не принимавших участия в сражении, двинулись вперёд сомкнутой в ряды по полторы сотни человек единой колонной, оставив вне строя, похоже, только тыловые и штабные службы.
Перевалив за небольшой излом предгорного склона, первые шеренги неприятеля резко сбавили шаг, из-за чего во вражеской колонне образовалась небольшая давка - задние ряды напирали на притормозившие передние.