Превентивный удар
Шрифт:
Чект на глазах преображался и удивлялся, как это он сам не додумался до такого логического объяснения развития событий.
– Тогда все меняется, мы неправильно акцентировали свое внимание на мелочах, не увидев главного. Теперь все встало на свои места, с такими выводами можно смело идти на совет.
Вошел адъютант и доложил, что совет цивилизации состоится ровно через три периода (часа). Суст сразу заторопился, ему не хотелось появляться на совете с военными, он аналитик цивилизации, лицо независимое. И его экспертное мнение ценится. Оба командующих отнеслись к его торопливости с пониманием.
– Что это сейчас было? Ты это все вещал для Суста?
– И для него тоже, мы с вами командующие, а им, гражданским, никогда не понять нас, военных, что им нужно, командующий?
– Что? – как заведённый переспросил Чект.
– Только победы, о поражениях они слышать не хотят. Я говорил только правду, несколько по-иному интерпретировав факты и иначе расставив акценты.
– Получилось очень убедительно, а на самом деле, что происходит, так сказать, реальная картина?
– Реальную картину предлагаю раскрывать только для посвященных, и она безрадостная. Мизавторы набираются сил и атакуют, атакуют наши центральные миры, проверяют нашу боеспособность. Более того, они ушли в свою центральную систему и остались там, поджидая и заманивая нас. Скорее всего, устроили западню, мы больше не пойдем у них на поводу. Будем воевать не торопясь, по всем правилам ведения боевых действий.
– Я тебя понимаю и поддерживаю, но совет не поддержит и не поймет.
– А ему и не нужно знать истинное положение дел, пусть находится в блаженном неведении, выделяет ресурсы и корабли, а мы с вами займемся реальным делом.
– Хорошо, обсудим детали после заседания совета, а теперь попрошу вас привести в порядок командующего Нолона.
– Слушаюсь.
– Через час выезжаем, там нам предстоит спектакль с хранителем, теперь он наш заклятый враг.
– Не обращайте внимания на такую мелочь, он нам не противник, если хотите, мы уничтожим его одним словом.
– Вы опасный враг, я подумаю.
Отлон отправился в охотничий вольер, где застал Нолона за охотой. Весь вольер и сам Нолон забрызганы кровью, везде валялись зверьки, убитые просто так в порыве ярости. Нолон остановился, увидев Отлона, тот сделал знак – заканчивать.
Через несколько минут Нолон вышел уже совершенно чистый и успокоенный, охота пошла ему на пользу.
– Командующий, я готов предстать перед Вершителями.
– Предстанете, когда потребуется, а сегодня вас будут чествовать, как героя, отразившего неожиданную атаку превосходящих сил Мизавторов.
– Но как же командующий Чект…
– Командующий Чект не разобрался в ситуации, я ему разъяснил положение вещей. Теперь разъясняю вам, что говорить на совете и как себя вести, – после чего изложил все, что говорил Чекту, добавив деталей.
– Как же я сразу не сообразил, вы великий командующий! Я готов выполнить любой ваш приказ.
– А вот это пригодится, мне нужны обстрелянные командующие. Так что на совете держись с достоинством и отвечай уверенно, я поддержу.
Почва вернулась под лапы Нолона, он почувствовал себя снова командующим, он действительно почувствовал себя героем.
– Я готов исполнить поручение.
– Отлично, нам пора.
Чект встретил их на выходе, осмотрел
– Пора, совет нас ждать не будет.
Хранитель Бег видел прибывших, помнил свой последний позор и теперь не знал, что делать, все могло повториться, и его авторитет может пошатнуться, поэтому решил поступить дипломатично, приблизился к командующим и поздоровался.
– Командующий Чект, а кто это с вами, командующего Отлона я знаю, а кто это? – Чект приготовился было ответить, но Отлон остановил его жестом.
– Командующий Чект, разрешите ответить мне.
– Разрешаю, – Отлон повернулся к Бегу и встал в позу ярости и готовности напасть.
– Как смеешь ты, простой хранитель, подходить к высшим должностным лицам?! Пропуск к старейшине не твоего ума дело, на это есть охрана. Ты знатного рода или нет? На бой я могу вызвать только равного, а не равного просто убить.
Произошла немая сцена, Застру по-настоящему наслаждался спектаклем: «Поступил Отлон правильно, не придерёшься, все по законам чести, а как выйдет из положения Бег и выйдет ли? Вмешиваться не буду, умрет этот, поставлю другого, но урок будет усвоен».
Бег оплошал и понимал, помощи ждать неоткуда. Тишину никто не нарушал, все ждали развития событий, а его жизнь повисла на волоске.
– Я не ровня тебе, командующий, но все равно тебя убью, – и выхватил бластер, но не успел активировать, упав к ногам трех командующих с отрубленной головогрудью и истекая кровью. Бег принял единственно правильное решение. Из этого положения выхода не было – только смерть.
А Отлон проявил редкую реакцию, отразив атаку и убив Бега, вытер меч о его одежды и вложил в ножны, проскрипев с отвращением.
– Пришлось замарать меч неравной кровью.
Застру очень довольный поведением Отлона дал команду вынести труп и начинать заседание совета, делая это так, словно ничего не произошло. К командующим подошел начальник охраны, представился и попросил предъявить пропуска и назвать себя. Отлон и Чект предъявили метки старейшины, а Нолон назвал себя и был пропущен, авторитет Отлона вырос до небес, на него поглядывали с опаской и подобострастно.
Совет находился под впечатлением случившегося и никак не мог собраться, Застру решил помочь.
– Совет готов к работе? Или, быть может, кто-то равный хочет сразиться с командующим Отлоном? – наступила гробовая тишина. – Я так и думал, вы не воины. Поэтому приступаем к работе, вопрос один – нападение на звездную систему Ксил. Командующий Нолон, доложите обстоятельства битвы.
Нолон смело вышел в середину круга и заверещал, жестикулируя и придавая колоритности рассказу. Застру ничего нового не ожидал от заштатного командующего, который проиграл битву, то, что он слышал сейчас, выходило за рамки понимания. Члены совета переглядывались и удовлетворённо трепетали крылышками в знак согласия и сопереживания оратору. Застру не стал задавать вопросы, а предоставил возможность изложить свою позицию, так удивившему его командующему Отлону. Совет замолк и насторожился, Отлон следовал древним традициям и мог бросить вызов любому, а биться с ним уже никто не мог.