Преступление
Шрифт:
Собственное детство скользит мимо, словно тарелка фрисби, для того и сделанная, чтобы пойти по рукам.
11 Дорога
Карта вибрирует в Ленноксовой распухшей, дрожащей руке, самого же Леннокса не отпускает ощущение, что он дождался настоящего дела, и дело этр дрянь. Езда, сопровождаемая одновременным чтением плана города Майами и карты автомобильных дорог штата Флорида, определенно чревата. Леннокс мысленно клянет типографию. В его усталых глазах план предстает набором нечетких разноцветных линий — они походят на черную решетку, оживленную десятком красных и синих и парой совершенно
Остается ехать на запад. По междуштатному шоссе до Болоньи часа два-три; по сорок первому хайвею, Тамайами-Трейл, явно больше. Знак «скорость не выше пятидесяти пяти миль в час» крушит Ленноксовы планы; алюминиевый барьер вдоль разделительной полосы, весь во вмятинах совершенно определенного происхождения, бесстрастно подтверждает адекватность рекомендуемого скоростного режима.
Пригороды Майами слишком быстро и неожиданно, на взгляд Леннокса, сменяются болотами национального парка Эверглейдс. В небе зависли хищные птицы — Леннокс таких прежде не видел, походят на помесь гигантских ворон с ястребами. Немало их распластано на дороге — верно, спустились, привлеченные погибшими под колесами мелкими зверушками, и сами стали жертвами. Весь хайвей своими перьями да кровищей испоганили. Местами по лесу словно коса прошлась — не иначе, последствия урагана, прикидывает Леннокс. А местами деревья согнуты в дугу, скрючены, листья на них желтые, будто пострадали не от ветра, а от жары, целые участки ограждения вовсе снесены. Белые цапли в немыслимых позах зависли на изможденных деревьях. Ленноксу в очередной раз вспоминается друг Лес и чайки.
Тианна достала бейсбольные карточки и взялась их пересчитывать.
— Я смотрю, тебе карточки нравятся. Ты их коллекционируешь?
— Да нет. Просто эти вот храню. Они мне от папы достались. — Волосы снова служат девочке щитом, она ждет Ленноксовой реакции. — Вообще-то от них никакой пользы, но у папы были и довольно ценные. А ты любишь бейсбол?
— Не особо. Честно говоря, я от американских видов спорта не в восторге. Бейсбол — та же лапта, забава для малышни. — Леннокс усмехается, прежде чем соображает, сколько лет Тианне. — В смысле, в бейсбол ни один шотландец никогда не играл!
— Так уж и не один? — Тианна с довольным видом вручает ему карточку.
БОББИ ТОМПСОН
(д.р. 23 октября 1923 г. Глазго, Шотландия)
264 гола за 14 сезонов. Всемирную славу ему принес знаменитый удар, который обеспечил победу в Кубке Национальной лиги для «Нью-Йорк Джайентс» против «Бруклин Лоджерс» в 1951 г.
«Американский шотландец» был шестым, младшим ребенком в семье, иммигрировавшей в США в пору его дет
ства. Он играл за «Джайентс», «Брейвс», «Кабс», «Ред Сокс» и «Ориолс». В настоящее время на заслуженном отдыхе. Живет в Саванне, штат Джорджия.
Леннокс косится на карточку, не разжимая пальцев на руле.
— Убедила!
Тианна со смехом прячет карточку. Внезапно внимание ее привлекает автомобиль с двумя велосипедами на багажнике.
— Клево! — восклицает девочка. —- А у тебя в детстве был велосипед?
— Был. — При мысли о бело-голубом «ралее», подарке на
— А какой?
— Велосипед как велосипед. — Леннокс отвечает отрывисто; отрывистость, почти грубость обусловлена болью. После вчерашних возлияний его мучает горькая отрыжка; память косой прошлась по давно и густо заросшим тропам. Леннокс сглатывает ком. — А еще чем ты увлекаешься? — произносит он, чтобы сменить тему. — Я хотел сказать, ты любишь, гм, животных?
Тианна с минуту размышляет. Парадоксальным образом ее желание придать вопросу значимость, на которую он явно не тянет, заставляет Леннокса почувствовать себя законченным болваном.
— Пожалуй, я люблю дельфинов. Мы за ними с Четовой яхты наблюдали. Еще мне нравятся тюлени, аллигаторы, рыбы и ламантины. Короче, все морские обитатели.
— Ты, должно быть, порядочно их насмотрелась, во Флориде-то живя.
— Нет, в основном я о них читала.
— Ну, уж аллигаторов-то ты точно видела.
— Живых — никогда, — вздыхает девочка. — Мы через Эверглейдс раз пятнадцать проезжали, только взрослые всегда говорили, нам некогда на рептилий глазеть. Просто на свои вечеринки торопились. Подгоняли все время. Мама со Стэрри, и — Тианна отворачивается, не в силах закончить фразу.
Леннокс прямо видит Робин со Стэрри, нанюхавшихся кокаина, мчащих на очередную тусовку, с сонной Тианной на заднем сиденье.
— И кто? — спрашивает Леннокс. — Кто тебя подгонял? Мама?
— Мама и другие.
Леннокс смотрит на девочку. Та уставилась в пол, мусолит во рту прядь волос.
— Другие — это типы вроде Ланса и Джонни?
— Рэй, я не хочу о них говорить. — Личико сморщилось, голосок звенит. — Давай не будем о них говорить, пожалуйста!
— Ладно, ладно, солнышко, не будем, успокойся. — Леннокс неловко гладит острое плечико. Лучше не давить. Путь неблизкий. Девочка сама расскажет, когда будет готова. Кстати, она в первый раз обратилась к нему по имени. Вот сучки. Времени у них нету. Ребенок, можно сказать, вырос на мангровых болотах, а живого аллигатора не видел. Кого она имела в виду под «другими» ?
Леннокс включает джаз-авангард, для успокоения, однако успокоительность зашкаливает — такое впору в доме престарелых слушать. У Леннокса мороз по коже, Тианна судорожно тянется к кнопке, убирает звук.
— Меня от этой музыки тошнит!
— А что ты там в торговом центре купила? Давай-ка сюда!
Девочка роется в своей сплющенной овечке, с гордостью достает диск Келли Кларксон и пытается загнать его в плеер. Леннокс в душе рад, что плеер упорно выплевывает диск. Остальные диски постигает та же участь.
— Дурацкая система!
— Нажалуемся в пункт проката, — говорит Леннокс, пытаясь сдержать улыбку. Улыбка прорывается, Тианна шлепает Леннокса по руке.
— Ты знал! Ты нарочно!
Они настраиваются на волну 101.5 Лучшего РМ, которая сама себя анонсирует как «Радиостанцию Номер Один в Южной Флориде». Звучит «Как трудно сказать «извини» группы «Чикаго», Леннокс думает о Роббо.
За композицией следует обильная реклама. Разнообразные голоса с преувеличенным, хотя и искренним восторгом предлагают ссуды частным лицам и кредиты практически на все, но главным образом на недвижимость и автомобили. Золотым дождем проливаются серьезные предложения серьезных агентств по оптимизации долгов и сокращению расходов. Кажется, одни и те же граждане вещают, прикидывает Леннокс, поднося к губам бутылку минералки «Эвиан». Очередной залп по распоясавшемуся сушняку.