Преобразователи
Шрифт:
Альхэ поймала внимательный взгляд Мактара и обреченно кивнула. От всей фигуры жреца дохнуло облегчением. Он даже присел рядом, Дракон снисходительно подставил ему бок для почесывания. Преобразовательница дернула уголком губ: отношения у южанина с псом были сложные, они друг друга не признавали, относясь с холодным равнодушием. Только взаимная любовь Дракона и Альхэ немного изменила эту ситуацию.
— Только я не уверена, что пройду столько…
— Тебе и не придется. Доедем. Тебя даже укачивать не должно, по идее, у тебя вроде неплохой, как это называется…
— Вестибулярный аппарат? — уточнил Рей, решив все же вклиниться в диалог. —
— Он мне Дунха напоминает, — пробормотала Альхэ, когда Майерс скрылся за дверью. — Такой же нудный временами, аж придушить хочется.
— Я бы не сказал. Что Дунха был сильно нудным. А этот… Тьма с ним. Как ты себя чувствуешь?
— Ты уже спрашивал сегодня. С жизнью совместимо. По крайней мере, я не чувствую себя вытащенной из аквариума заготовкой. Я пока вообще не знаю, что чувствую. Мне надо побыть одной, извини, — Альхэ кивнула псу, уходя в дом.
Мактар запрокинул голову, рассматривая темнеющее небо и первые звезды. Он был счастлив, что Альхэ вернулась, вот только теперь она была какая-то не такая, и он не мог даже гадать, вернется ли его прежняя Аль. Изнутри головы словно холодными пальцами прошлись, заставив жреца поежится. Кажется, он случайно подумал что-то не то.
Она и не должна под тебя подстраиваться и оставаться прежней. Это ты можешь позволить себе застрять в прошлом. А преобразователи — настоящие преобразователи, Мактар — меняются. Помни об этом. Иначе я быстро найду тебе замену.
Как будто кроме меня остался кто-то из жрецов!
Всегда можно призвать новых.
Ощущение чужого присутствия в голове исчезло, оставив после себя тупую боль и стекающую по лицу кровь. Вот и поговорили… Мактар запоздало понял, что внимательный взгляд Безымянной в последнее время, когда появлялся, был слишком уж холодным. А сейчас словно что-то изменилось. Жрец попытался прислушаться к мыслям Альхэ и Рея, но ничего не уловил. Успокаивая тем, что оба, возможно, уже спят, Мактар вбежал в дом. Вот только Аль была еще на ногах, рассматривала малый алтарь, остановившись всего в шаге от него. И взгляд у преобразовательницы обдавал уже знакомым холодом. Значительная часть его силы ушла в единый момент, словно кто-то в два глотка опрокинул в себя стакан воды, оставив лишь немного на самом дне.
Жрец сделал еще один шаг, понимая, что Альхэ у алтаря не было.
*
— Все хорошо? — Рей бросил на нее взгляд через зеркало заднего вида.
— Ага… Я просто пытаюсь посчитать, сколько времени у меня уйдет на восполнение пробела в знаниях.
— А разве в тот раз ты не…
— Нет. Я знаю подходящие слова, но многие понятия из твоей головы для меня очень размыты. Мне нужно взаимодействовать с миром. И не взаимодействовать с людьми, желательно, но тут уж как получится.
Майерс кивнул, не отвлекаясь от дороги, тихо радуясь тому, что бледно-зеленый жрец уснул сразу, как они выехали. Таким подавленным он Мактара не видел ни разу, но отчетливый запах, названия которому Рей не знал и которым было пропитано пространство у алтаря, заставлял думать, что корень проблемы кроется в его непостоянном божестве. Попытки относиться скептично к вере южанина в Безымянную провалились, когда существование древней богини подтвердил даже дед, с которым Майерс общение не прерывал, пусть они и значительно отдалились. По рассказам Макху,
— Корни ее лежат в другом мире, да, но родилась она здесь.
И больше к этой теме они не возвращались. Иттрэй тоже картину не прояснил, но Рей и сам начал замечать странное. Словно кто-то стоял рядом, внимательно его рассматривая. Иногда он ощущал странную волну, прижимающую к полу, обычно перед очередным ухудшением состояния, будто неведомое существо проверяло его на прочность. С пробуждением Альхэ стало словно проще. Он ощущал присутствие, но теперь смотрели не на него, и жить стало гораздо легче.
Анктар тоже посмотрела на жреца, нахмурилась, поджала губы. Майерс, решив воспользоваться моментом, задал вопрос:
— Почему он такой?
— У меня есть идея, но я не уверена. Он внешне похож на преобразователя, побывавшего в храме. Или на заработавшего истощение.
— И? Что это дает?
— Кажется, его божество им недовольно. Мать рассказывала, — Альхэ запнулась, лицо на миг стало совсем жестким, но продолжила, — она однажды видела жреца, отказника… Не помню, то ли сам уйти хотел против воли Безымянной, не то чем ей не угодил — и не смотри так, я тоже сомневалась, переосмыслила все, пока лежала тысячу лет — выглядел он примерно также. И прожил потом недолго. Очень надеюсь, что Мактар по его стопам не пойдет.
Рей кивнул. Он примерно представлял, чем может окончится для жреца впадение в немилость. При всех его недостатках — такого исхода пожелать Мактару было нельзя. Альхэ сделала себе мысленную пометку поговорить с ним позже, когда приедут в Хиллоки. Жаль, что магия еще не вернулась и метки были неактивны. Смотреть на запястье вообще не хотелось, потому что из всех отметин на руке живой была только одна, та, что связывала ее с Мактаром. Еще одна была едва заметно серой на фоне остальных, но надеждами по поводу Энху Аль себя не тешила, скорее всего она останется такого цвета пока сама преобразовательница жива, все-таки магический фон химеры во многом повторяет фон создателя.
Лежащий рядом на сиденье Дракон поднял голову, осмотрелся и с тяжелым вздохом лег обратно. Анктар задумчиво потрепала пса по густой шубе, заодно отогревая руки. Ее после пробуждения часто знобило, даже не так, после ограничителей в подвалах Башни. Очень хотелось закутаться в одеяло с пачкой расчетов, но такой отдых она себе сейчас позволить не могла. Никто не знает, как подавители повлияли на ее дар, многому придется учится заново, наверняка. Хотя Рей с Мактаром старались внушить ей веру в более благоприятный исход.
— Вообще, это странно. Она к нему всегда была благосклонна. А зная, сколько всего в жизни себе позволяли остальные жрецы, удивительно, что он умудрился сотворить что-то, что ей не понравилось.
— Твой отец сказал, что вы с алтарной статуей похожи… Не могла его богиня приревновать?
— Да не… Даже звучит глупо. Ладно, смысл гадать, проснется — спросим.
— Не расскажет, он как-то неохотно про нее говорит. Если спрашивать, я имею в виду.
— Я сама с ним поговорю тогда, лично. Я бы все-так предпочла его живым видеть.