Преломление
Шрифт:
– Вам надо спросить Артура или Олафа. Я всего-навсего компьютерная чика. – Она отвернулась и пошла по коридору. Майк быстро, чтобы нагнать ее, двинулся следом.
– Если вы никогда не видели ответа, – спросил он, – откуда вам знать, что уравнение решено?
– Потому что Дверь открывается. Вы всегда такой занудный?
– Только когда пытаюсь найти ответы, – пожал плечами Майк.
– От меня вы больше ничего не узнаете, – заявила Джейми.
– На самом деле, Артур говорил, что у вас есть копии отчетов об испытаниях.
Она вздохнула.
– Правда? – И Джейми свернула в боковой коридор, не приглашая Майка
Они прошли к выходу из главного здания и двинулись к стоянке трейлеров.
– А как, – сказал Майк в спину Джейми, – вы сюда попали?
Она оглянулась:
– Чего?
– В «Дверь Альбукерке». Вас взяли по объявлению, или через знакомых, или как-то еще?
– Меня нанял Артур. И вам это известно из моего досье.
– Вам нравится работать с ним и Олафом?
– Уж получше, чем в банке.
– Вы, как правило, перекусываете вместе или…
Джейми остановилась и развернулась к Майку. Тот покачнулся, но восстановил равновесие, не успев на нее налететь.
– Это к чему?
– Что?
– Все эти вопросы, ответы на которые вы уже знаете.
– Я пытаюсь…
Ее глаза полыхнули:
– Вы что, стараетесь заставить меня опорочить Артура или типа того, потому что я не…
– Я просто пытаюсь поддерживать светскую беседу, – сказал Майк и устремил на нее Взгляд, который чуть не дал сбой, когда он осознал, что применяет учительскую тактику к женщине, которая всего тремя годами моложе его.
Джейми посопротивлялась Взгляду, но тот все же задел ее за живое. Продолжая кипеть, она пошла на попятную и сказала: «Простите», хотя, судя по тону, ни о чем не сожалела.
– Ничего страшного, – ответил Майк, – это я должен просить прощения, если натолкнул вас на мысль, будто подвергаю сомнению вашу лояльность или вроде того. Я всего лишь старался быть дружелюбным. И найти место для ленча. Вот и всё.
Они с минуту постояли друг напротив друга.
– Мы не делаем ничего плохого, – сказала Джейми.
Майк рассмотрел несколько возможных ответов. Взвесил их, сопоставляя с тем, что до сих пор знал об этой женщине. Банальность, конечно, но лучшее, что он смог ответить, было:
– Я знаю.
– Не надо нам пакостить.
– Я на вашей стороне, помните? Я тут, чтобы вы наверняка получили финансирование.
– Тогда донесите до комиссии, что наш проект все изменит, – сказала она. – Мы знаем это, Магнус знает. Вы знаете. Поэтому все должно быть прекрасно.
– Это я понял. Я просто пытаюсь…
Джейми развернулась и продолжила путь по дорожке мимо могилы Трэмпа. Под ногами сперва хрустел гравий, потом шуршала искусственная трава, а затем они вышли к трейлеру Джейми.
– Опять замок, – сказал Майк, пока Джейми отпирала дверь.
– Да, в этом отношении я старомодна.
– Нет, я имел в виду… – Он помолчал. – Я понимаю, что в лаборатории нужны меры предосторожности, но тут-то зачем запирать?
– Ну, у себя в Нью-Гемпшире вы, возможно, ничего не запираете, но тут все-таки город.
– В Мэне. И тут не совсем город. Это охраняемый правительственный комплекс. Вряд ли сюда случайно забредут хулиганы или воры.
– Это мой дом, – сказала Джейми. – Почему бы мне его не запереть?
– Я… ладно, неважно. Простите.
Она повернулась к нему спиной и исчезла в трейлере. Он счел открытую дверь приглашением.
Небольшое помещение
36
Дуглас Хофштадтер (род. 1945) – американский физик и информатик. Прославился благодаря книге «Гедель, Эшер, Бах. Эта бесконечная гирлянда», получившей в 1980 году Пулитцеровскую премию в категории «Нон-фикшен».
Майк поглядел на два полуразобранных системных блока на кухонном столе. На одном из них лежал пакетик чипсов, защепленный зажимом для бумаг. На стуле возвышалась стопка материнских плат в антистатических пакетах.
– Я вижу, уборщица ушла в отпуск, – сказал Майк.
– Ага. Сбежала с парнем, который выдумывает для вас шутки.
– Ох!
– Где-то тут была от них открытка. Хотите, поищу?
– Нет-нет, хватит и документов.
На полке наверху что-то вздрогнуло и потянулось. Показалась белая лапа, растопырив полный комплект острых нестриженых когтей.
– Сбой, – сказала Джейми, проследив за взглядом Майка. – Он уже был здесь, когда я переехала, и после первой банки тунца решил, что я могу остаться.
– Сбой?
– На второй день нашей совместной жизни он проскакал по клавиатуре и уничтожил сорок две строки кода.
Майк кивнул:
– Сбой и есть.
Кот минуту щурил на него свои ярко-зеленые глаза, а потом снова уснул.
Джейми взяла со стола десяток листочков, потом прихватила еще несколько с пробковых щитов. Пролистала их, отошла к кровати, присела на корточки и начала рыться в лежащих на ней бумагах. Джинсы сползли на несколько дюймов, явив взору плотно прилегающие синие велосипедные шортики с высокой посадкой. Ее зад был не чем иным, как глянцевитым синим спандексом.
Она оглянулась через плечо.
– Опыты с животными и предметами вам тоже нужны?
Он пожал плечами, стараясь не смотреть на ее зад.
– Возьму все, что разрешите взять.
Джейми встала и вернулась к нему с двумя пачками бумаг со словарь толщиной, добавив их к тому, что нашла раньше.
– Думаю, тут все, кроме вчерашнего перехода Олафа. Отчет о нем еще в лаборатории или в кабинете Артура. – И она полувпихнула-полууронила бумаги в руки Майка.
– Спасибо. – Он постоял еще мгновение, пока муравьишки разложили все файлы по местам. – Удивительно, что у вас тут так много документов. В смысле, – он взвесил в руках свою стопку, – бумажных документов.