Прекрасный дикарь
Шрифт:
Николи удалось освободить руку и потянуть за галстук, чтобы ослабить его на шее.
— Убери от нее руки! — прорычал он, пытаясь подняться, но несколько ублюдков снова повалили его, и узел снова затянулся на его горле.
— Еще раз попытаешься встать, и я попрошу Антонио прикончить тебя, — предупредил Рамон, и от страха мое тело онемело, голова закружилась, пока я пытался сообразить, что делать.
— Зачем ты это делаешь? — взмолилась я к Рамону, переключая его взгляд с Николи обратно на меня, нуждаясь в том, чтобы его ярость была направлена
— Ты знаешь почему! — Рамон крепче сжал мое лицо, ударив меня головой о стену, когда его верхняя губа оттопырилась. Воспоминания пронеслись в моем мозгу, как фейерверк. Ночь, когда Дюк и его люди пришли за мной в наш дом. О том, как меня насильно вытащили из нашей постели. Рамон звал на помощь. Но никто из стражи не пришел. Почему никто не пришел?
Моя жизнь с Рамоном пронеслась перед глазами. Я познакомилась с ним на вечеринке в восточной части города. Он показался мне очаровательным, добрым, заботливым. Я была увлечена им в вихре романтических отношений, но после свадьбы все изменилось. В последний раз, когда я видела маму, она плакала, говоря, что Рамон не разрешает ей приходить в дом. Я отрицала это, уверенная, что Рамон так бы не поступил. Но когда я вернулась домой и столкнулась с ним, он ударил меня в первый раз. Мой мир уменьшился, эскорт следовал за мной повсюду. И каждый раз, когда дела Рамона шли не в его пользу, он вымещал свою ярость на мне.
В конце концов я начала шпионить за ним, пытаясь узнать, когда он уходит, чтобы попытаться сбежать. Тогда я и узнала, что он из картеля. Наркобарон. А потом…
— Боже мой, — вздохнула я, когда Рамон посмотрел на меня.
Его хватка на мне ослабла, его глаза изучали меня. — Ты помнишь, — прорычал он, увидев это знание в моих глазах, и я поспешно покачала головой. — Не лги мне! — он повалил меня на пол, Николи выкрикивал проклятия, а Рамон врезался своим блестящим ботинком мне в брюхо. — Скажи мне код!
Код. Какой код?
Он снова вспыхнул в моей голове, как удар молнии. Код от банковской ячейки в банке. И теперь я точно помнила, что было внутри. Но если Рамон хотел получить код, это могло означать только одно.
— Ты отправил меня к ним, — кашлянула я. — Ты ублюдок! — я поднялась, набросилась на него и нанесла удар в челюсть. Он схватил меня за волосы и дернул мою голову назад, пока я не закричала, затем взглянул на меня сверху вниз. Я зарычала на него, как животное, мои ногти впились в его руки. — Я умру прежде, чем скажу тебе его.
Он поднял меня на ноги, прижавшись лбом к моему лбу. — Ты украла у меня. Теперь ты отдаешь себя другому мужчине. Ты должна мне все. Саша. Код, каждую каплю крови в твоем теле, каждый твой крик. Они все мои. Каждый порез, нанесенный тебе этими людьми, был нанесен потому, что я попросил их об этом. И ты все еще не подчиняешься мне?!
— Я уничтожу тебя, — задыхался Николи, пока люди Рамона пытались удержать его на месте. Я смотрела на него с отчаянием,
— Ты не хочешь мне сказать? Отлично. — Рамон жестом указал на мужчину, затягивающего галстук на горле Николи. — Убей его.
— Нет, подожди! — закричала я, и Рамон поднял руку, чтобы удержать Антонио.
Паника когтями впилась в мои внутренности, пока я смотрела вниз на человека, которого любила всей душой. Душу, которую он исцелял по частям, собирая меня обратно, пока я не стала чем-то новым, чем-то сильным, чем-то, чем я гордилась. Я не позволила бы Рамону причинить ему боль, даже если бы это стоило мне каждой частички себя снова и снова.
Николи запыхался, когда Антонио немного ослабил галстук, его глаза были прикованы к Рамону с убийством во взгляде. Он даже не вздрогнул перед лицом смерти. Он был потерян от жажды крови, готовый остановить биение сердца каждого мужчины в этой комнате, если представится возможность.
Рамон обвил рукой мою талию, притягивая меня к себе, а я смотрела на Николи со страхом, давящим со всех сторон. Его рот переместился к моему уху, и я отпрянула от него, когда он прошептал. — Код в обмен на его жизнь. Такова цена.
У меня зазвенело в ушах от этих слов.
— Хорошо, — тяжело сказала я. — Но ты должен отпустить его.
— Я отпущу его, когда получу то, что ты у меня украла, — прорычал Рамон, повернулся и потащил меня к двери. Я услышала шум борьбы и оглянулась через плечо: шестеро мужчин подняли Николи на ноги и потащили его за нами.
Он смотрел на меня так, словно я была последним закатом, который он когда-либо увидит, но это было не так. Рамон мог получить код, если такова была цена. Мне было все равно. Мне просто нужно было, чтобы Николи был в безопасности.
Рамон вывел нас через черный ход в переулок, где ждала наша свита, пять сверкающих машин, готовых к отъезду.
— Держите его спокойно, — приказал Рамон своим людям, толкнув меня в объятия одного из шести мужчин, окружавших Николи. Остальные четверо толкнули Николи к моему мужу, крепко держа его за руки, заведенные за спину, а галстук все еще был затянут на шее, как поводок.
Рамон был ниже ростом на дюйм, но у него было достаточно мускулов, чтобы представлять угрозу. Он ударил кулаком в живот Николи, заставив его наклониться вперед. Я закричала, умоляя его остановиться, но он нанес еще три удара, один в живот и два в голову.
Плечи Николи вздрогнули, и только через секунду я поняла, что он смеется, так как он снова стоял прямо, а изо рта у него капала кровь.
— Я собираюсь вырезать все твои органы и скормить их стае уличных собак, пока ты будешь смотреть, — прорычал Николи, когда Рамон разжал руку.
— После сегодняшнего вечера мы больше никогда вас не увидим, мистер Ромеро, — шипел Рамон. — Так что я очень сомневаюсь в этом.
Он повернулся ко мне, указывая на Роллс-Ройс, и я в тревоге посмотрела на Николи.