Прекрасное табу
Шрифт:
Охранник у входа в зал остановил нас и холодно сказал, обратившись ко мне:
— Ваш телефон.
Я вздохнула, но достав аппарат из сумочки, протянула его здоровяку. Зайдя в зал, в полумраке помещения, где не было окон, увидела за одним из столиков Соколовского, который обедал в полном одиночестве. В зале не было даже обслуживающего персонала, только сопровождающий меня охранник.
Когда я подошла, Соколовский, невозмутимо поедая свой стек средней прожарки, показал вилкой на диванчик напротив, чтобы я села.
— Странное место для дневного приёма пищи, — заметила я.
— Будешь
— Боюсь, что в твоей компании пища плохо усвоится, — с сарказмом ответила.
— И я рад тебя видеть, крошка, — улыбнулся мужчина, пригубив воду из бокала.
— Твоё логово? — окинула взглядом модный клуб, заметив сцену с пилоном. — Развлекаешься или это прикрытие для твоих грязных делишек?
Соколовский неторопливо вытер салфеткой губы и откинулся на спинку велюрового дивана тёмно-красного цвета. Его взгляд скользнул по мне и задержался на лице. Он с самодовольным видом улыбнулся.
— Приятное с полезным. А ты всегда была сообразительной девочкой.
— Уже слышала. Давай к делу.
— Тебе не идёт образ бизнес-леди. Расслабься. Ты прекраснее бы смотрелась там, — качнул головой в сторону пилона. — Или на мне.
— К счастью, у меня есть интеллект и хорошее образование, чтобы не опускаться до этого.
— А ты стала язвой, — ухмыльнулся, а глаза блеснули похотью.
— Зачем я здесь, Соколовский? Тебе не с кем поговорить?
— Не удержался, хотел с тобой пообедать.
— Я думала, что я здесь по делу, — устало вздохнула и встала, чтобы уйти.
— Сядь! — отчеканил стальным голосом. — Завтра приедешь снова и получишь контракт. Если не терпится, то могу ночью заскочить в твою уютную квартирку.
— Размечтался. Завтра я не могу. В понедельник, — снова села. — Можешь дальше ностальгировать на записи с твоим участием, если у тебя по-другому не встаёт, — с сарказмом отчеканила. — Мне нужна только запись со Скобцевым.
— Это дорого стоит, — усмехнулся.
— Но мне нужны гарантии.
— Гарантии?
— Я не настолько глупа, чтобы верить тебе на слово. Думаешь, я позволю тебе постоянно держать меня на поводке? — холодно отчеканила, слегка наклонив спину в его сторону. — Мне нужны записи с гарантией, что у тебя не останется копий.
— Какие гарантии, малыш, я могу дать кроме моего честного слова? — развёл он руками с улыбкой.
— Действительно, — усмехнулась я. — Такому беспринципному подонку нельзя верить на слово, — Соколовский заиграл желваками от моих слов. — После того, как ты нарушил своё обещание не появляться больше в моей жизни никогда, сложно доверять твоему честному слову, — сделала ударение на последних словах, и глаза мужчины засверкали недобрыми огоньками.
— У тебя нет выбора. Или веришь моему слову, или нет, — отчеканил он. — Я могу отдать тебе оригинал этой записи и дать слово, что копий у меня нет. Я не настолько глуп, чтобы разбрасывать такие улики по гаджетам.
Соколовский достал сигарету из пачки и прикурил её, блеснув золотой зажигалкой. Не отрывая взгляда от моего лица, вальяжно закинул руку на спинку дивана, выпятив грудь в расстёгнутом пиджаке.
— Цена? — твёрдо спросила я.
— К контракту с «Вита Мед», который должен подписать Атаманцев, плюс
Я сглотнула, унимая дрожь в коленках, сжала кулачки, до боли вонзая ногти в кожу.
— Если дашь гарантию, страховку.
— Хочешь меня шантажировать, держа за яйца? Ты быстро учишься, малышка. Мне даже стало интересно, — он прищурился, улыбаясь. — Знаешь, из нас бы вышел прекрасный тандем. С тобой гораздо интереснее, чем с пустоголовыми курицами, раздвигающими ноги на пилоне и перед членом за хрустящие купюры.
— Так что?
— Давай попробуем, — он кивнул стоящему в стороне здоровяку в чёрном костюме, и тот тут же оказался рядом. — Сумочку покажи, — обратился ко мне.
Я поставила сумку на стол. Мужик открыл её и вывернул всё содержимое. Внимательно осмотрев его, пошарил в карманах сумки и не нашёл ничего подозрительно.
— Ты же не думаешь, Соня, что меня так легко провести? — глядя на меня, обратился к своему охраннику: — Обыщи девчонку. Только руки не распускай.
Я встала и развела руки в сторону. Охранник обыскал карманы пиджака, потом аккуратно, не позволяя себе лишнего, облапал меня в поисках прослушки. Встал по стойки смирно, сцепив руки впереди.
— Идиот, не знаешь, где бабы могут прятать жучки? Раздевайся, малыш.
— Что-о? — протянула я, охренев от такого приказа.
— Что слышала. Лифчик снимай, — Соколовский затянулся сигаретой, продемонстрировав массивный перстень на пальце.
От одной мысли, что на меня будут пялится два взрослых мужика, меня заколотило дрожью. Гнев распалялся в груди всё сильнее, но отступать я была не намерена.
— Он пусть отвернётся.
Соколовский улыбнулся, предвкушая, и кивнул охраннику, чтобы он отвернулся. Тот отошёл на несколько шагов в сторону и повернулся к нам спиной. Я неторопливо расстегнула блузку, смотря как мужчина внимательно за мной наблюдает, докуривая сигарету. Его глаза горели, лицо расплылось от самодовольства. Я сняла блузку и, ловко расстегнув крючки, кинула кружевное бельё на диванчик. Старалась не смотреть на Соколовского, отведя глаза в сторону, но краем глаза видела, как он затушил сигарету, облизнувшись, встал и медленно подошёл ко мне. В нос ударил запах сигаретного дыма и его тяжёлого парфюма. Мужчина пристально посмотрел на мою грудь, засунув одну руку в карман брюк.
— Хороша-а, — цокнул он языком и пальцами поднял мой подбородок, заставив посмотреть на него. — Оформилась-то как с того времени, как тебя помню, — облизнул губу. — Не рожай детей, испортят такую красоту, да и от них одни проблемы.
— Пошёл ты! — прошипела ему в лицо.
Ничего не ответил, только скривил губы в ухмылке. Соколовский взял в руки мой лифчик и осмотрел его, потом рывком задрал мою юбку, провёл руками по бёдрам в чулках. Внутри меня всё сжалось от гнева и омерзения к его касаниям, к унизительному положению, в которое он меня сейчас поставил. Закусив до боли губу, ждала своей участи.