Прекрасное табу
Шрифт:
Cock — (англ. сленг) петух, кран, курок, пенис, самец.
Глава 39. СТАС
Эти месяцы для меня были просто грёбанным адом. Смерть Тани… нам с Катёной нелегко было перенести этот удар. Сердце разрывалось, глядя на малышку. Старался держаться, быть сильнее, дать ей всю свою любовь, заботу, нежность. Почти забросил работу, чтобы быть с ней, с семьёй. Беркут справлялся, и я был ему благодарен. Хорошо, что у компании проблемы устаканились и дела снова пошли в гору. Этого урода, виновного в аварии, задержали и привлекли к суду. При данном обвинении и обстоятельстве, что этот подонок сбежал с места ДТП, мы с Гошей добились максимального
Малышка моя, доченька… Она помогала мне справиться с эмоциями, быть сильным… ради неё… Думал, что Я нужен ей, но на самом деле, она была нужна мне ещё больше, потому что помогала держаться, продолжать жить, чувствуя себя необходимым… Если бы не дочурка, то я бы точно с ума сошёл…
Соня… Сказать, что мне было без неё хреново — ничего не сказать. Это было грёбанной мукой — видеть её на афишах, в рекламе на местном телевидении… и осознавать, что НЕ МОЯ…чужая… с другим…
Светские и местные новости вообще не смотрел, потому что Соколовский там светился постоянно. От одной мысли, что этот подонок совратил мою девочку, когда она была несовершеннолетней, скулы и кулаки сводило от напряжения до боли, мой внутренний зверь рвался наружу. Каждый раз, как видел его гнусную рожу, хотелось разбить экран, а в живую — врезать в морду, размозжить до кровавого месива. Искренне не мог понять почему Сонечка сделала такой выбор. После всего, что он сделал… что было межу нами… Никак не мог поверить, что всё было обманом…
«Чем он её удерживает? Она не знает… не догадывается, что он причастен к гибели её родителей? Неужели у неё чувства к нему? Не смогла забыть вот и побежала? Но почему сейчас, через десять лет? Сам её бросил, а теперь решил вернуть… А-а-ар-р!» — со всей силы засадил стакан с виски о стену своего пентхауса, где я скрывался ото всех, чтобы побыть наедине со своими демонами. Мозг взрывался от этих вопросов и догадок… Несколько раз порывался встретиться… поговорить… задать эти вопросы ей, но каждый раз останавливался, убеждая себя в том, что она сама сделала выбор… Была с ним в сговоре, чтобы меня облапошить. А так ли? Дела-то у моей компании стали налаживаться. Все претензии Соколовский завернул. С чего бы это? Может, Соня и была его целью? Вернуть её… забрать у меня? Но тогда…
Все эти мысли и вопросы мучили меня изо дня в день. А тоска и жажда по её глазам, улыбке, запаху, поцелуям, ласкам… по её телу…просто доводила меня до неконтролируемой ярости. И я срывал её в зале на снарядах, на груше, в спаррингах… Да, снова занялся самбо, потому что алкоголь совсем не помогал справиться с болью и гневом. К тому же, это помогало мне упорядочить мысли.
Но я, как долбанный наркоман, мучаясь в ломке, приезжал в свою пустую квартиру, которая была наполнена воспоминаниями о НЕЙ. Даже не смог избавиться от её платьица, белья, халата, зубной щётки и маленьких мелочей в ванной, которые создавали иллюзию её присутствия. Заходил сюда и чувствовал её запах, видел её в моей рубашке на голое тело… босая… соблазнительная… улыбается и манит пальчиком… Лежа на кровати, видел её обнажённую за стеклянной стеной душа, как она гладит своё тело руками, растирая мыльную пену, как подставляет личико под упругие струи воды, а её дерзкие сосочки и упругая попка дразнят меня… Всё тело ломило от желания быть с ней… в ней… целовать, ласкать её тело… чувствовать её… И я, любя, желая и ненавидя за предательство, не сдерживался… Но облегчение физическая разрядка давала только на миг. Осознавая, что это всего лишь моя фантазия, я ещё больше злился и порывался залить эту тоску и злость алкоголем, но, слава Богу, у меня хватало сил сдерживаться… Ведь дома меня ждала дочурка… моя радость… моё счастье…
Знал, что у Сони в клубе последнее выступление, не удержался, достал билеты… Сидя в баре неподалёку, до
Сорвался… как долбанный нарик в завязке, сорвался и пошёл к последнему её финальному номеру. Сидел там, смотрел как она танцует и с ума сходил от того, как сильно хотел её. Не только тело, а любить, быть с ней… чтобы она меня любила… Видел как на неё смотрят другие мужики, как слюни пускают, облизываются… и ещё сильнее сходил с ума…
Поехал за ней… зачем? Не знаю… просто не мог отпустить… как приворожённый, словно под гипнозом, следил. Как маньяк, мать твою, стоял там на улице под холодным дождём, смотрел на её окна и ждал. Чего? Сам не мог ответить на этот вопрос, но уже накрутил себе всякого… что она с ним там трахается, что это её новый любовник… Господи, чуть не чокнулся от этих мыслей! Уже хотел ворваться и выместить на них всю свою ярость… И каково было моё удивление, когда телохранитель уехал уже через пять минут, а она осталась… Сердце заколотилось как сумасшедшее, кровь ударила в виски, в паху свело спазмом, возбуждение уже душило жаром… и я решился…
Это было грёбанное помутнение… сумасшествие… хотел её всю… залюбить… зацеловать… затрахать… наказать… Околдовала ведьма… никак не отпускала… никак не мог её забыть. С ума сходил от страсти, кипевшей внутри меня… обезумел от жажды… Запах её тела пьянил как дурман… Казалось, умру, если не получу её… сейчас…
И Соня ответила… приняла меня так же страстно… так же отзывчиво… открылась… отдалась… ласкала… целовала… шептала слова страсти… стонала в моих руках… под моим напором. Болезненное наслаждение и восторг испытал, когда оказался в ней… ощутил такую сладкую, горячую… как и всегда. Я словно слился со своей Инь, предназначенной мне судьбой… оказался в колыбели моей Вселенной… прикоснулся к источнику энергии, без которого жизнь во мне постепенно затухала… Эйфория…. Экстаз… Моя… сейчас она МОЯ… я в ней… весь… без остатка…
Безумие отпустило так же резко, как и охватило… Очнулся, глядя в ведьмовские омуты. Боялся в них утонуть… потерять себя… Лживое «люблю» сорвалось с её красивых, припухших от поцелуев губ… Как она могла?.. Как?.. Я доверился ей полностью, без остатка, был искренен, откровенен… А она… Думал, что она испытывает то же самое ко мне, и верил ей…
Как она смеет говорить о любви? когда предала… ушла… теперь с другим каждый день… ласкает… дарит себя…
Но её глаза…
Бежал… Снова бежал от себя самого… от этой болезненной зависимости… слабости… боялся снова пропасть в паутине сладкой лжи обольстительницы… потерять себя…
Два дня после был словно в прострации. Словно и не жил. На автомате делал ежедневные дела, а мысли все были там… в той ночи… с ней… Не мог забыть её поцелуи, страсть, с которой она отдавалась, эмоции, которые испытал, её глаза, полные слёз, сдавленный голос и отчаянные «прости» и «люблю»…
Постоянно слышал её голос. Даже когда был с дочерью, занимался делами… Только на миг отвлекался, и он тут же возникал в моей голове, отдаваясь болью в груди, заставляя сердце биться чаще. Воспоминания о поцелуях сладких губ, о тепле, исходящем от её тела, её запахе были во мне постоянно… не хотели отпускать… душили томительной истомой, волнами возбуждения накрывая всё тело…
Вот и сейчас смотрел в финансовый отчёт, а она не отпускала моих мыслей. Мешала работать. Это было уже невыносимо… казалось свихнусь совсем… Свихнусь к чёртовой матери, если Соня снова не будет со мной… МОЕЙ…
Пришёл к мысли, что хочу с ней поговорить, узнать правду, услышать её, что это произошло два дня назад. Почему это произошло? Почему она ответила? Почему сказала, что любит? Почему так поступила со мной?
Набрал её номер, но услышал только гудки… Палец уже завис, чтобы набрать снова, но входящий звонок прервал меня. Незнакомый номер.