Прекрасное далеко
Шрифт:
Река, к моему удивлению, была по щиколотку, но то что я увидела на противоположном высоком берегу меня не удивило. Потрясло!!! По крутому берегу от самой воды до верха были отрыты ступеньки, кроме как Божьим промыслом объяснить это явление я не могла. Мысли мои порхали как бабочки. Кто? Когда? Для кого? Вдалеке послышались голоса моих подруг. Я бросилась к ним с вопросом: «Видите вы это чудо?» Одна из подошедших высокая седоволосая строгая дама ответила: «Да какое же это чудо? Это Димка Козаков вчера вечером на тот берег свою капусту окучивать ходил».
Встреча
Жила и выросла я в одноэтажном деревянном доме. За границей нашего сада начинается городской стадион. Туда родители безбоязненно отпускали меня
Иногда по воскресеньям на стадион приезжали московские артисты и давали концерты. Сценой служила большая грузовая машина с опущенными бортами. Машину ставили в середине футбольного поля, зрители располагались на трибунах и начинался концерт. Метрах в ста от поля стояла лыжная база, готовое рассыпаться старенькое здание. Там переодевались к выходу артисты. Именно в разгар такого праздника мама позвала меня домой. Я пыталась от неё убежать, стрелой влетела на крыльцо базы, оказалась в полутемных сенях и врезалась во что-то тёплое, мягкое, душистое. Нежные руки обняли меня. Я посмотрела вверх и увидела много, много рядов красивых бус, роскошный сарафан, широкие рукава белой блузы и лицо. Это лицо я вижу и сейчас. Красивые, добрые глаза с нежностью смотревшие на меня. За своей спиной я услышала голос мамы: «Дочь! Куда! Это же Русланова!».
Не знаю можно ли помнить запах, но сейчас, когда я беру в руки флакон французских духов, я вижу её лицо и слышу мощный красивый русский голос.
Послушник
Весна в этот год выдалась яркая, жаркая, а по календарю шла Страстная неделя, последние дни перед великим праздником Пасхи. Голосую на обочине шоссе, чтобы доехать до ближайшей цивилизации – деревни Иудино. Там автостанция. Магазины, храм. Надежды, что кто-нибудь остановится, почти никакой. Неожиданно меня привлёк звук отнюдь не характерный для пролетающих мимо машин. Казалось, что по дороге кто-то тащит авоську с пустыми консервными банками. Звук прекратился, передо мной остановился автомобиль. Это был старенький «Жигулёнок». Дверца приветливо распахнулась, и я услышала долгожданные слова: «Может быть Вас подвезти?» За рулём сидел молодой человек в стареньком подряснике и такой же старенькой скуфейке. Я с радостью погрузилась, и мы тронулись в путь. Во время поездки откидывалась крышка «бардачка». По салону почему-то летал молочный алюминиевый бидончик. Я молилась, чтобы нас остановил хоть какой-нибудь милиционер и он остановил. Козырнул, заглянул в машину и подал знак следовать дальше.
Наконец в дали показались голубые маковки храма. Я спасена! По дороге мне удалось узнать, что водитель послушник из Троице-Сергиевой Лавры. Прощаясь с молодым человеком, я захотела его как-то отблагодарить. Я робко спросила, не могу ли я дать ему немного денег. Мне показалось, что своим вопросом я его несколько смутила. Молодой человек нерешительно кивнул. Мы тепло распрощались, и я осталась на солнышке ждать рейсового автобуса. Взгляд мой задержался на выходящем из магазина послушнике. Он медленно шел к своей машине нежно, благоговейно прижимая к груди буханку ржаного хлеба. Время от времени он отламывал хлеб и ел его, как едят нечто долгожданное вкуснейшее, наслаждаясь каждым кусочком, каждой крошкой. Хлопнула дверца машины, а из глаз моих хлынули слёзы.
Откровенный разговор
Макушка лета, разнотравье, вдоль реки стеной стоит Иван-чай, разливает в воздухе тончайший аромат. В вышине звенят жаворонки, в воздухе проносится разноцветные бабочки, мелькают блестящие стрекозы. Руки до земли оттягивают два ведра огурцов, так и хочется высыпать их у обочины дороги и бежать, раскинув руки по полю. Встретить здесь кого-либо нет никакой надежды. Невесёлые мои мысли прерывает звук приближающегося автомобиля. Чудо, удача! Рядом со мной остановился
Ехали без дороги по полю. Я начала разговор о наболевшем. Не стесняясь в выражениях ругала, администрацию совхоза, его директора, агронома. Директор совхоза распорядился распахать грунтовую дорогу, ведущую к нашим дачам, агроном сыпал весной дорогие удобрения на заливные луга без меры. Летом на этих лугах пасутся стада, заготавливают свежую траву на силос. Водитель слушал, кивал головой. В конце своего монолога я заявила: «Вот бы попался мне этот директор, я бы ему всё высказала». Деревня была совсем рядом, мы благополучно доехали и стали прощаться. Водитель протянул мне руку и спокойно сказал: «Очень приятно было с вами пообщаться, услышать справедливую критику, директор совхоза Семён Степанович Земцов. Счастливого Вам пути!».
«Любимый» ученик
В середине года в десятый класс приняли девушку. Вживую такой красоты я, пожалуй, не встречала. Наши парни потеряли покой.
Тёмный дождливый вечер, в школе тепло и уютно. Дискотека. Дети танцуют, учителя, верные стражи порядка, мирно беседуют в учительской. Когда учитель в школе, он не позволяет себе полностью расслабиться: он острее слышит, боковым зрением замечает, если что-то идёт не так. В какой-то момент мне показалось, что в школе стало тихо. Почти бегом направляюсь в зал и уже на подходе ощущаю, что окружающий меня воздух заполнен мощным электрическим полем, в зале мёртвая тишина. Кожей я почувствовала опасность. К одному из наших парней кошачьей походкой приближается чужой человек. В моей голове пронеслось. Сейчас он меня убьёт, и я решительно подошла к этому человеку со спины. Со словами – Тихо, тихо – взяла его за локоть. Локоть – это была кость, покрытая какой-то жидкой кожей. В ушах у меня звенело. Человек резко повернулся ко мне и сказал: «Ба, моя любимая учительница!» И поцеловал меня в макушку. Я, повторяя как заклинания слова «тихо, тихо», направилась с ним на выход из школы. У крыльца его ждала машина. Уехал. А меня в течение десяти минут бил тяжелейший озноб, зубы стучали, руки дрожали, ноги отказывались слушаться.
Выяснилось, что он приехал за своей девушкой, той самой девушкой неземной красоты. Она танцевала с одноклассником, и «гость» решил его наказать. Не случилось. Гость оказался отъявленным наркоманом, недавно вернувшимся из мест заключения. Не прошло и полугода, как он был опять арестован, о судьбе красавицы ничего не известно.
Подарок
Мураново! Чудное место! Вступая в прекрасный музей, погружаешься в атмосферу дворянской усадьбы. Вам кажется, что вы приехали в гости и сейчас будем пить чай из самовара с земляничным вареньем. На закате хозяин будет читать свои стихи.
Нам не дано предугадать.
Как слово наше отзовётся,
И нам сочувствие даётся,
Как нам даётся благодать.
Когда родители передают тебе с рук на руки своего ребенка, они ждут, что ты будешь не только учить, но и воспитывать. Воспитывать, а как?
Не все знают, что в глубине Мурановского парка стоит маленькая домашняя церковь и служит в ней замечательный человек отец Феофан. Его деятельность распространяется далеко за пределы прихода. Он окормляет Софринский полк, выезжает в Чечню, его знают и любят солдаты.
Приближался Новый год. Класс мой решил собрать ёлочные игрушки и отправить нашим воинам в Чечню. Самый быстрый и короткий путь через Мураново, через отца Феофана. Семь моих самых непоседливых и шумных парней вызвались везти необычную посылку, преодолевая часть пути на автобусе, часть на электричке и довольно внушительную часть в мороз по открытому полю пешком. В церкви никого не оказалось. Спустились вниз под обрыв в трапезную, постучали в дверь и к нам вышел солдатик. Именно солдатик, очень худенький и как будто даже робкий. Мы объяснили, что привезли ёлочные игрушки чтобы передать их в Чечню. Солдатик принял коробку и с каким-то детским восторгом без конца повторял: