Прекрасней всех
Шрифт:
— Маменька, он сам…
— Да, — матушка опустила свиток и прищурилась. — Конечно, он сам. И лес тоже сам. И голую тебя из поместья герцога тоже саму привезли. Ты мне международный скандал обеспечила, Анита. Король Кадуи, как только узнал, что его сыну плохо, первым делом обвинил меня, в том, что при моём дворе Его Высочеству подсыпали яд.
— Но кто ж знал, что этот хлюпик пить не умеет…
— Вот и я то же ответила: не волнуйтесь, это моя дочь ему испытание устроила. По количеству выпитых чарок, — сердито отозвалась мама.
— И сама же выиграла, — быстро вставила я.
Мама тяжело
— Милая Анита…
— Мамочка, — испуганно всхлипнула я, — может, не надо?
Мама припечатала меня сердитым взглядом.
— Милая Анита… тебе пора замуж. Я желаю, чтобы ты выбрала жениха.
Я осторожно выдохнула. Да ладно! Вот так просто? Это я ещё легко отделалась…
— Конечно, мамочка. Давай снова устроим турнир…
Мама взглядом заставила меня замолчать. Мы обе отлично помнили, что на предыдущем турнире все три победителя резво бегали по арене от взбесившегося дуба… А потом хором отказались на мне жениться.
— Нет, Анита. Снова турнир мы устраивать не будем. Мы поступим иначе. Ты знаешь, что я еду в королевство Ивэр через три дня?
Я быстро кивнула.
— Ты едешь со мной.
— Но мамочка..!
— Не ной! Ты же наследница. Ты едешь со мной, и ты будешь примером благовоспитанной девушки для всей ивэрской знати. И, — я попыталась возразить, но матушка хлопнула в ладоши, — я требую, чтобы ты нашла себе среди ивэрских вельмож супруга.
— Мама!
— Анита, мне надоело терпеть твои выходки! Мне страшно оставить тебе страну! Что будет, когда я умру?!
— Матушка, тебе ещё даже пятидесяти нет, ну куда тебе умирать…
— Хватит, Анита, — отрезала мама. — Мы обе знаем, что тебе пора замуж.
— Но почему ивэрец?
— Потому что мне нужен выгодный договор с Ивэром, — отозвалась мама. — К тому же, если ты не нашла достойного юноши при нашем дворе и перебрала всех неженатых заморских принцев…
— Может, не всех?
— Не перебивай. Так вот, если ты не нашла подходящего кандидата, уверена, уж в Ивэре тебе кто-нибудь приглянется. Её Величество устроит для тебя бал…
— Ба-а-ал! Мама! Я не хочу!
— Надо, Анита. И пеняй на себя, если ты не выберешь себе мужа в ближайший месяц!
Я промолчала, ковыряя носком туфли щель между мраморными плитами.
— Не понимаю, — уже тише добавила мама, — чем тебе принц Кадуи не приглянулся? Красивый, послушный юноша…
— Вот именно, мам, — послушный. Зачем мне муж-тюфяк?
В этом споре мы давно уже копья сломали, и сейчас мама только тяжело вздохнула.
— Когда выйдешь замуж, ты поймёшь, что покорный муж — благословенье небес. Он не ездит по любовницам, он не пытается склонить тебя принять выгодный ему приказ, он не принимает за тебя решения…
— Он только убить тебя пытается, — тихо отозвалась я.
Мама отвернулась.
— Это было досадное недоразумение. Твоего супруга капитан гвардейцев и начальник тайной стражи проверят тщательнее, чем это было при моей матери.
Я молча кивнула. Конечно — и живи потом с этим «проверенным». Не муж, а кукла какая-то! Хоть в постель с собой клади по ночам и умиляйся. Я, может, любви
Королева Ивэра была ослепительно красива — светловолосая, белокожая, глаза голубые огромные, черты лица точёные, фигурка, утянутая в платье, стройная… На неё смотрели даже больше, чем на маму, когда она шла мимо придворных, медовым голоском представляя герцога такого-то, графа другого, а вот там ещё барончик очень перспективный. Идея предоставить мне жениха Её Величество очень обрадовала, прямо-таки увлекла. Я смотрела сквозь сеть ритуальной вуали на всех этих графов-баронов, и у меня на языке вертелся вопрос: она их лично в постели проверяла? Так уж расхваливала — не каждый торговец сможет.
И матушка многозначительно на меня посматривала: ну как? Кто? Вон тот, рыжий голубоглазый? И королева Ивэра, словно мысли читая, добавляла, что вот этот рыжий-голубоглазый недавно турнир почти выиграл — подумаешь, пятое место. А охотник какой! У вас же в Полесье лесов много, да?
«Да, — говорила матушка, глядя на меня. — Очень. Аж в самой столице недавно роща выросла, никак срубить не можем. Вы кстати, не хотите ли первоклассной древесины?» И королева Ивэра тоже смотрела на меня (прекрасно знала о моём даре, стерва) и кивала: «Хотим, очень хотим». Забесплатно-то все хотят — если она мне своего любимца пристроит, тот ведь легко меня убедит лес вырастить, где ивэрской королеве удобно. Первоклассная древесина…
Так что за наш первый день в Ивэре я сыта была по горло и дворцом, и королевой, и местными лордами. Хвала богам, я перед ними в вуали вышагивала, а то бы прохода не дали! Так-то можно платье сменить, вуаль снять и сделать вид, что я так, мамина фрейлина, погулять по дворцу вышла.
Дворец, кстати, поражал — как размерами, так и атмосферой. У нас в Полесье солнце и постоянный запах древесины. И да, всё из дерева, коль скоро его как грязи. Здесь — камень, сырость, холод и снова камень. И редкое солнце проглядывает сквозь тучи в зарешёченные окошка, узенькие, как иглы, и высокие. Я бродила по коридорам, по большей части пустынным (почему-то местная знать предпочитала во дворце не жить, а приезжать, видимо, раз в день, как на работу). Неплохой обычай, мне понравился — а то у нас вечно толкутся какие-то странные юноши, косяками за мной ходят, руку и сердце предлагают… Хоть тут от них отдохну.
Зато с непривычки я быстро заблудилась. Сумрак, тяжёлый, вечерний, холод — очень скоро дворец стал напоминать мне паутину. Ледяную — холодно потому что. И да, в подземелье, куда я ненароком спустилась, лёд на стенах — ужас, как они тут узников-то держат? Замёрзнут же.
Очередная лестница вывела меня во внутренний двор — к конюшням. Кутаясь в подбитую мехом накидку и утопая по щиколотку в снегу (всё, я отдохнула от ухажёров, верните меня домой, там вечная весна, а тут снег ледяной и кусается!) я подёргала дверцу ближайшего загона — но она и не подумала открыться. Зато солнце, мигнув последним лучиком, скрылось за горизонтом, осветив на прощание тяжёлые тучи розовым цветом.