Прекрасная Бомба

«Самое умное, что я когда-либо делал – это привлек Макса Стеллу к помощи в организации твоего мальчишника».

Я посмотрел на своего брата Генри, после того, как он практически пропел это. Он сидел, откинувшись в шикарном кожаном кресле с новой порцией водки с соком лайма, недавно вернувшись с приватного сеанса и нацепив на себя самую широкую ухмылку, которую я когда-либо

видел. Он не смотрел на меня когда говорил; он наблюдал за тремя красивыми девушками на сцене, которые танцевали и раздевались под медленный, пульсирующий ритм. «Нужно запомнить на будущее» пробормотал он, поднося стакан к губам.

«Я планирую отметить это только один раз» произнес я.

«Хорошо». Уилл Самнер, лучший друг и деловой партнер Макса, наклонился вперед, чтобы поймать взгляд Генри. «Впрочем, тебе в итоге может понадобиться второй мальчишник, если жена узнает о профессиональной и довольно активной работе здешних танцовщиц. Судя по всему, они здесь исполняют не только стандартные приватные танцульки».

Пренебрежительно взмахнув рукой, Генри сказал: «Это всего лишь приватный танец [1] ». А затем улыбнулся мне, подмигивая. «Хотя и очень хороший приватный танец».

«Удачная концовка?» спросил я его, слегка поддразнивая и возмущаясь.

Генри покачал головой, рассмеялся и, взяв свой напиток, сделал пару глотков. «Не такая уж удачная, Бен».

Я с облегчением выдохнул. Я хорошо знал своего брата, чтобы понять, он никогда не обманет свою жену Мину. Но, в отличие от меня, он все еще придерживался принципа: «то, что она не знает, не может ей навредить».

Несмотря на то, что мы с Хлоей собирались пожениться в июне, единственными выходными, когда Макс, Генри, Уилл и я могли вырваться на мой мальчишник, были вторые выходные февраля. Мы полагали, что придется основательно задобрить наших женщин, чтобы те согласились отпустить нас в Лас-Вегас на День Святого Валентина, но как обычно они нас удивили: они закрыли на это глаза и просто, на те же самые выходные, запланировали поездку в горы Катскилл.

Для того чтобы начать выходные гарантированного кутежа, Макс выбрал клуб высокого уровня. Мы, безусловно, не наткнулись бы на это место во время прогулки по стрип-клубам Вегаса или проведя поиск в Интернете. Честно говоря, стрип-клуб Черное Сердце выглядел не так уж привлекательно снаружи. Он располагался в обычном офисном здании, в паре кварталов от интенсивного движения главного проспекта Лас-Вегаса. Но внутри – миновав три запертые двери, двух вышибал, которые по величине ничем не уступали моей квартире в Нью-Йорке, погрузившись в темное нутро здания – клуб выглядел шикарно и определенно излучал секс.

В огромном зале были установлены небольшие возвышающиеся сцены, на каждой из которых располагалась танцовщица, облаченная в сверкающее, серебряное белье. Там же было размещено четыре бара в черном мраморе, по одному в каждом углу, которые специализировались на определенном виде спиртного. Генри и я развлекались в баре с водкой, также заказав немного икры, блинов и гравлакс [2] . Макс и Уилл отправились за порцией виски. В двух других барах был представлен ассортимент вин и ликеров.

Мебель

из темной кожи была шикарной и невероятно мягкой. Каждое кресло было довольно широким для двоих… в случае, если бы кто-нибудь из нас заказал танец на первом этаже. На официантках, разносивших подносы с напитками, были либо бикини из латекса, либо вообще ничего. Наша официантка Джия в начале вечера была в красной кружевной сорочке и трусиках, с искусно подобранными украшениями в волосах, ушах и на шее, но, создавалось впечатление, что перед тем как подойти к нам, каждый раз она с себя что-то снимала.

Я не был постоянным клиентом в такого рода заведениях, но даже я знал, что это не был заурядный стрип-клуб. Черт возьми, он был впечатляющим.

«Вопрос вот в чем» сказал Генри, прерывая мои мысли, «Когда будущий жених получит свой приватный танец?»

Рядом со мной стали раздаваться всевозможные подбадривающие слова, но я уже качал головой. «Я пас. Приватные танцы – это не моё».

«Как незнакомая и на редкость горячая женщина, отплясывающая у тебя на коленях, может быть не твоим?» спросил Генри, недоверчиво на меня посмотрев. В своих командировках, мы с братом никогда не посещали клуб подобного рода. Думаю, я был также озадачен его бурным восторгом, имевшим отношение к танцовщицам, как и он был поражен моей к ним антипатии. «Ты ведь темпераментный мужик?»

Я кивнул. «Весьма. Думаю, из-за этого они меня и не прельщают».

«Чепуха» сказал Макс, поставив свой напиток на стол и махнув кому-то в дальнем темном углу. «Это первая ночь твоих холостяцких выходных и приватный танец является обязательным атрибутом».

«Вы можете удивиться, но я с Беннеттом заодно» сказал Уилл. «Приватные танцы от незнакомок – сущий кошмар. Куда деть руки? Куда смотреть? Всё это слишком бездушно, не так как с любимым человеком».

В то время как Генри настаивал, что Уилл, скорей всего, просто не получал качественного приватного танца, Макс отошел поговорить с человеком, который, казалось, появился возле нашего стола из ниоткуда. Он был ниже Макса – что не удивляло – и с сединой на висках. Его лицо и глаза заключали в себе невозмутимость, которая указывала на то, что он многое испытал в этой жизни, а повидал еще больше. Его костюм был темным и безукоризненным, его губы были сжаты в тонкую линию. Про себя я отметил, что это, скорей всего, был тот самый скандально известный Джонни Френч, о котором Макс упомянул во время нашего полета.

Хоть я и подозревал, что они обговаривали детали готовящегося для меня танца, я заметил как Джонни что-то пробормотал, после чего Макс отвернулся и уставился на стену с непроницаемым лицом. Я мог пересчитать по пальцам то количество раз, при котором видел Макса таким напряженным. Я наклонился вперед, пытаясь понять, что происходит. Генри и Уилл остались безучастны, их вниманием завладели, теперь уже голые, танцовщицы на сцене. Наконец, плечи Макса расслабились, как будто он пришел к какому-то заключению, затем он улыбнулся Джонни и пробормотал: «Спасибо, приятель». Похлопав Макса по плечу, Джонни повернулся и ушел.

Макс вернулся на свое место и потянулся за напитком. Движением подбородка я указал в сторону дверного проема задернутого черным занавесом, за которым скрылся Джонни.

«Что это было?»

«Это» сказал Макс «было обсуждение комнаты, которую для тебя готовят».

«Для меня?» Я прижал руку к груди, качая головой. «Повторяю, Макс, я пас».

«Ни черта подобного».

«Похоже, ты серьезно».

«Ты прав, черт тебя дери, я серьезно. Джонни сказал мне, что ты должен направиться в сторону того коридора» - Макс указал на другую дверь, не ту, за которой исчез Джонни – «и добраться до двери с надписью Нептун».